Страница 25 из 66
Магия — это власть, счастливый билет о котором Катрин и мечтать не могла. Осталось лишь овладеть ею. Найти наставника, который подскажет, обучит, поможет обуздать непокорную стихию. И перед Катрин откроются все дороги.
Но к наставнику обращаться нельзя. Любой опытный маг разглядит метку ритуала в ауре ученицы. Свидетельство брачного обряда между монашкой и мертвым некромантом.
С нежданным даром надо что-то делать.
Можно принять предложение Тайберга. Физический контакт в обмен на обучение и помощь. Он усилит связь, поможет проклятому призраку быстрее обрести реальность, а самой Катрин — магию…
“Ну давай, чего ты ломаешься, как монашка”, — хмыкал Тайберг, разгуливая вечерами в ее покоях. — “Всего-то за ручку подержаться. Больше ничего не будет, пока сама не попросишь”.
Не будь тех слов в библиотеке, Катрин бы согласилась.
Еле ощутимое движение воздуха за спиной. Усталый вздох.
— Слушай, ну прекрати. Признаю: был не прав. Говорить подобное женщине, было не слишком-то умно с моей стороны. Но нам никуда не деться друг от друга, дорогая женушка. Так почему бы не получить удовольствие от этой связи?
Тяжелая и на удивление материальная рука опустилась на плечо. Монашка дернулась.
— Быстро убрал, — процедила она ледяным тоном.
— И если нет? Что ты тогда сделаешь?
— Увидишь.
— Сгораю от нетерпения.
Теплые пальцы скользнули вдоль шеи, приласкали открытую полоску кожи. Почти невесомые дразнящие прикосновения…
— Ну, хватит дуться, Катрин, — голос некроманта зазвучал глухо. — Мы нужны друг другу, ты же знаешь…
В глазах потемнело от злости. Снова вспомнился этот же самый голос, издевательски отчитывающий ее за розовые фантазии и признающий, что Катрин, в отличие от диббучки, не жаль…
Что она делает в этом доме? Тратит свои силы и время на помощь чужачке из другого мира. Терпит скабрезные намеки давно мертвого некроманта. Для чего?
“Можно просто уехать!” — эта мысль так поразила монашку, что она замерла, забыв о все более смелых прикосновениях Тайберга.
Да! Уехать! Сложить с себя обязанности дуэньи — храм пришлет замену. Призрак не сможет последовать за ней, не оставит свою драгоценную диббучку одну…
Какая же она дура, что не сбежала сразу после обряда!
А с бесконтрольными вспышками магии Катрин как-нибудь разберется. Она не первый маг без наставника. Должны быть учебники, упражнения…
— Какая же ты упрямая, — от вкрадчивого шепота на ухо по телу пробежала дрожь. А в следующий момент губы некроманта, легко, будто случайно коснулись нежной кожи у мочки.
Катрин дернулась, обернулась и не раздумывая влепила оплеуху.
Звук удара в тишине комнаты показался неестественно звонким. Тайберг отшатнулся, стремительно теряя материальность.
— Однако… — протянул он. — У тебя рука под стать характеру, моя нежная женушка. Но я имел в виду несколько иное, когда говорил о прикосновениях, — ошеломление на его лице сменилось наглой ухмылкой. — Хочешь покажу, что именно?
Резкий ответ вертелся на языке, но Катрин проглотила его и направилась к двери.
Решение принято. И чем раньше она распрощается с домом на улице Грёз, тем лучше.
Глава 18. О важности самоконтроля
Монашки пели гимн во славу небесного огня. Чистые голоса взлетали под своды храма и звенели там нечеловечески прекрасным хоралом.
Катрин подошла к молитвенному пуфику и опустилась на колени, заняв привычное место по правую руку от настоятельницы. Та покосилась на нее.
— Сестра Катрин? Что-то случилось? Что-то… связанное с вашей миссией?
— Да… — Катрин на мгновение запнулась — стоит ли вываливать новость прямо во время службы? И продолжила: — Я хочу отказаться.
Настоятельница нахмурилась.
- Что значит “отказаться”? Ты нашла то, что мы искали?
Хмыканье и еле слышный шепот над ухом:
"Мне вот тоже интересно. Что именно ищет храм, и от чего ты собралась отказываться, дорогая женушка?"
Катрин еле сдержалась, чтобы не начать озираться. Проклятый призрак снова последовал за ней и это было плохо. Очень плохо.
— Не нашла, — выдавила она. Если оно вообще существует…
— Ну конечно существует! — непререкаемым тоном оборвала ее настоятельница. — Бумаг Тайберга так и не нашли, архив должен быть где-то в доме.
Смешок.
"А… значит, архив. Могли бы и раньше сказать. И ста лет не прошло."
Что творит этот сумасшедший? Да, из-за хора приходилось наклоняться ближе. Но если за пением настоятельница расслышит Тайберга, это будет катастрофой! Катрин стиснула зубы.
— Он мог уничтожить их, перед тем как… — она осеклась. — Неважно. Призрак постоянно следит за мной, а Даяна не доверяет ничего сложнее ремонта.
— Не страшно, милая. У тебя достаточно времени.
— Нет. Я не справилась. Поэтому, — Катрин набрала побольше воздуха, — прошу освободить меня от этой миссии.
— Что?
"Что?! — хором с монашкой возопил призрак. — Ты в своем уме, женщина?! Как это “освободить”?! А как же я?!"
— Возможно, кто-то из сестер будет удачливее…
На лице настоятельницы поочередно отразились изумление, неверие и глубокое подозрение.
— Ты все же нашла его, — с холодным удовлетворением отметила она.
— Я?!
— Ты. Нашла и теперь надеешься продать подороже.
Катрин растерялась. Она понимала, что покровительнице не понравится ее капитуляция. Но даже близко не ожидала подобного обвинения. Слишком много произошло за эти короткие недели. Причина, по которой она оказалась в особняке на улице Грёз отодвинулась, стала иллюзорной и мелкой.
— Пресветлая, я уверяю вас…
— Не ври, — настоятельница поморщилась. — Я знаю тебя, Катрин. Ты не из тех, кто отступает при намеке на трудности.
В душе поднялось возмущение. Ладно глумливые замечания Тайберга — к ним Катрин уже привыкла. Но обвинения со стороны покровительницы задели.
— Это был не просто намек…
"Верно, я не любитель намеков. Итак, зачем храму мой архив?"
— Я думала, ты достаточно умна, чтобы понимать — верность хорошо вознаграждается. Но я ошиблась. Мечты о выгоде затмили твой разум.
Отзываясь на эмоции, в душе разбуженным зверем шевельнулась магия.
— Я не…
— Подчиняющие дракона чары принадлежат храму!
Над ухом изумленно выругался призрак.
"Какие чары?! Вы что — совсем рехнулись со своим ладаном и псалмами?!"
Сила нарастала, бурлила, как забытый на огне чайник. Катрин с ужасом осознала, что теряет над ней контроль.
— И я не позволю тебе отобрать наше достояние.
"Однако, какой слог! — восхитился призрак. — И какая жадная баба. Тебе стоит процитировать пословицу про шкуру неубитого дракона, милая женуш… Эй, Катрин! Что с тобой?!"
В ушах тяжело стучала кровь. Катрин сжала побелевшими пальцами в молельную подушечку. Сила билась в воздвигнутую ее волей преграду. А настоятельница шипела сквозь зубы:
— За это знание сестры сотню лет сражались с жутким призраком. Ты не сбежишь с ним. Слышишь?
— Слы… шу, — выдохнула Катрин, прикрывая веки. Собственный гнев казался ей бешеным псом на истлевшей веревке.
— Смотри мне в глаза!
— Не мо… гу…
Если она посмотрит, то не выдержит. Ее просто разорвет от ярости и обиды. Все, что копилось и зрело в душе эти недели после "венчания", что бурлило и тлело, разгораясь сильнее от насмешек Тайберга, сейчас грозилось вырваться на свободу.
Мелодия усилилась, накрывая зал. Голоса монашек из хора слились в торжественном крещендо.
"Не здесь! — встревоженный шепот призрака — Ты же все разнесешь!"
Да, разнесет. Но сколько можно быть милой, удобной, полезной для всех? Разве Катрин не заслужила хороший скандал?
— Пресветлая Катрин!
— Мне плохо… Кажется, что-то съела. Надо… идти…