Страница 20 из 74
«Дома», — мысленно ответила я, сомневаясь, что он меня услышит.
И с ужасом отшатнулась от мойки, когда услышала неожиданное: «Я иду».
Первая мысль — позвонить Салли и предупредить. Я мигом метнулась за мобильником в гостиную, ожидая какой-нибудь очередной подлянки вроде той же завтрашней газеты, неведанным образом вернувшейся на диван или репортажа из будущего на включенном экране телевизора, но в комнате ничего не поменялось. Разве что новости сменились какой-то передачей про политику, которую так любят старики.
Я закусила губу и набрала номер.
Первый протяжный гудок заставил чаще биться сердце, второй — заставил беспокоится, третий — почти заставил разозлиться, ну а четвертый…
Гудки прекратились — кто-то взял трубку.
— Ну наконец-то! Салли, ты там уснула что ли?
— Я поражен. Как ты меня находишь, Имриш? Неужели следишь за мной?
Безумный страх, как паук паутиной, мгновенно опутал меня с ног до головы. Я на миг отняла от уха мобильник, проверяя, не набрала ли снова номер Честера. Но нет. Номер принадлежал Салли, а на него ответил Тамзин.
— Сука, что ты сделал с Салли?! — В одно мгновение страх сменился гневом. — Если она пострадала, я лично тебе голову откручу!
— Успокойся, Имриш. — Его голос был мягким и нежным, почти убаюкивающим. — Она просто спит. Я так долго с ней работал, что мне проще стереть ее воспоминания, чем пачкать руки.
— А удача, которую ты ей подарил, против тебя не работает?
— Против меня ничего не работает. — Маг тихо рассмеялся. — Все работает только на меня. И никак не иначе.
— А что насчет Мэлани с другом? Ты ведь их убил! Их машина не просто так в дерево с шоссе улетела.
— Ну-у-у… — Я не сомневалась, что сейчас, говоря это, Тамзин улыбается. — Останься твоя знакомая в городе, я бы тоже над ней поколдовал. Но она рванула невесть куда с тем грузом знаний, который ей не вынести. Так что… пришлось действовать наверняка.
— Скотина старая! Убийца!
— Имриш, милая, а ты бы так на моем месте не поступила, узнай бы кто твою страшную тайну? — В голосе Тамзина послышалась издевка. — Тем более… Я же знаю, что эта Мэл тебе никогда не нравилась. Вы с ней не ладили. Так почему ты так за нее переживаешь?
— Она ведь тоже человек!
— Была человеком, — цинично поправил маг. — И?
— Сука… — Я открыла холодильник и потянулась за второй банкой пива. Первая впиталась, как в песок — весь хмель выветрился от одного голоса Тамзина. — И что теперь? За мной пойдешь? Будешь кошмарить? Не знаю… Заставишь стены дома кровоточить для пущего эффекта?
«Ключик» щелкнул, банка с шипением открылась.
— Имриш, это же жуткое клише! У меня есть идея получше.
Я сделала глоток пива и тут же выплюнула нечто соленое с сильным привкусом железа, никак на пиво непохожее.
— Ха-ха! — Ликующе раздалось из динамика. — Я так и думал, что попадешься!
Я вытерла рот ладонью и посмотрела на нее — на ней остались красные разводы. Осознание отозвалось сильным приступом тошноты: кровь! Этот чертов ублюдок превратил мое пиво в кровь! Подавив рвотные позывы, пришлось вылить содержимое банки в мойку.
— Ты мне теперь пиво должен, старпер.
— Скоро увидимся, — промурлыкал Тамзин.
«Я иду» — вновь прошептал Анри.
— Иди нахрен, — прошипела я в трубку и бросила ее.
Время играло против меня. Нужно было подготовиться к появлению Гёста, так что я вернулась к «Легендам» и начала нервно листать страницы в поисках хоть какой-нибудь подсказки. И к сожалению для Анри я ее нашла, зацепившись глазами за небольшой абзац где-то в конце второй части; нашла и возблагодарила автора книги за то, что тот наделил Анри как силами, так и слабостями. На моем лице заиграла гадкая затейливая ухмылка: пускай Гёст и считался повелителем теней, но в темноте своей он был слепцом, который ориентируется лишь на звук и запах.
Отбить свой запах оказалось легче всего: стоило только пробежаться под дождем до мусорного бака и достать оттуда мешок со своей одеждой, впитавшей в себя все ароматы канализации — за ними уж точно никакой Гёст меня бы не унюхал. Бросить вещи в угол прохожей и дело сделано.
Но как быть со слухом?
Я додумалась лишь до того, чтобы включить в разных комнатах радио — создать помехи, которые помогли бы рассеять внимание Анри и подарить мне преимущество. Один радиоприемник я поставила на кухню и включила там джаз, второй — в гостиной, ну а на верхнем этаже я включила какую-то воодушевляющую отцовскую подборку тяжелого рока, подошедшую бы для любой эпичной битвы.
«Я иду», — снова раздалось в голове, когда я принялась гасить везде свет и плотно занавешивать окна.
Всякий раз, когда я слышала этот шепот на границе сознания, во мне нарастало какое-то темное возбуждение. «Я иду», — как простое обещание долгожданной встречи; опасные слова, от которых бросало в дрожь. И хоть я страшилась прибытия Анри, его угроза пузырилась чёрной радостью, искривляя мои губы в ухмылке, которая напугала бы меня, посмотри я в зеркало.
«Я иду», — на этот раз прозвучало громче.
В потемках прихожей я достала из рюкзака отцовский нож, раздумывая о том, стоит ли еще вооружаться его пистолетом, лежавшим в футляре под кроватью в родительской спальне. В детстве, когда я была совсем соплей, отец всегда вынимал патроны, а сам пистолет прятал. Но с тех пор прошло уже много лет и смысла прятать его не было. Особенно после нескольких занятий на стрельбище, где я смога ему доказать, что уже достаточно взрослая, чтобы случайно не прострелить себе голову, и достаточно разумная, чтобы не сделать этого нарочно.
Да, можно было бы и вооружиться, но Анри не понимал огнестрельного оружия и как показали события в «Вестнике» — пули могли его только разозлить. А вот сталь — я провела по ней пальцем — могла говорить сама за себя и показать Гёсту, что я хоть чего-то стою. Возможно, не умениями, а безрассудной смелостью я заслужу его внимание, и он меня выслушает.
Возможно…
«Я иду», — прозвучало отчетливо и громко.
Время утекало песком сквозь пальцы. Я резко выключила лампу в прихожей и забралась на старый дубовый шкаф, стоящий подле лестницы. Пожалуй, я выбрала самое безопасное место во всем доме с прекрасным обзором на комнаты первого этажа.
Если прятаться, то на виду, так ведь?
«Я иду», — вновь сказал Анри.
Я сидела на шкафу, словно горгулья на своем пьедестале, замерев и не дыша, сжимая рукоять ножа в вспотевшей ладони. В детстве я часто здесь пряталась от отца, когда после исчезновения мамы он начинал пить и в беспамятстве буйствовать. Только в те времена я сидела здесь не с холодным оружием, а с плюшевой игрушкой, которая была для меня и щитом и лучшим другом.
«Я иду», — услышала я сквозь бешенный стук сердца и свое неровное дыхание.
В эту секунду все показалось бессмысленным. Боже, что я делаю? Сижу и поджидаю двинутого на голову маньяка в темном доме вместо того, чтобы от него бежать. Тут и дурак поймет, что шансов против Гёста у меня не много. А если быть честной, то их не было совсем. Скорее всего Анри отберет у меня нож как конфету у беспомощного ребенка и приставит к моему горлу.
И что тогда?
«Я иду», — шепот, слишком громкий, заставил меня вздрогнуть.
Обратной дороги не было. Только вперед, ни шагу назад. Либо один маньяк, либо второй. И если уж мне предстояло выбрать, от руки какого маньяка пасть, то пускай это будет Анри, чем Тамзин со своей вечной самодовольной ухмылкой. По крайней мере лицом Гёст был посимпатичнее. И если он захочет меня убить, то сделает это быстро в отличии от того, кто его создал.
«Я здесь», — прогремело в голове.
Я судорожно выдохнула и закрыла глаза.
Дождь продолжал колотить по окнам и крыше, но вот радио… Радио с отцовским проигрывателем одновременно заглохло и дом погрузился в тишину. Скорее всего — вырубилось электричество. А может это Анри перерезал провода, обесточив дом.
Сначала послышался скрежет открывающегося замка, который до сего момента был заперт. Затем открылась дверь и на пол легла длинная тень — мужской силуэт, очерченный тусклым светом фонаря с улицы. Секунду-другую тень не двигалась, но потом все же перешагнула через порог и дверь с протяжным скрипом затворилась, погрузив прихожую во тьму. Послышалась тяжелая поступь по сухим скрипучим половицам…