Страница 9 из 55
Сержант Камаева, у которой с собой был только пистолет ТТ, зеркальце, расческа и ряд женских мелочей, с удивлением смотрела, как его мудреный спутник, взяв откуда-то из кармана довольно объемный блокнот и двухцветный красно-синий карандаш, дотошно исследует следы незнакомцев. Он что, заранее взял эти письменные принадлежности? А она-то дурочка думала (дайте помечтать девушке), что они просто погуляют вдоль реки, может, он немного ее поцелует. Ой, Маша, святая простота!
При чем товарищ капитан не только фиксирует общие данные – размер, особенности обуви (сапог это или ботинок, наш или немецкий, кожаный или из псевдокожи и т.д.), но и зарисовывает специфику подошвы. Он еще бы фотоаппарат с собой взял, да в райотделе НКВД был только старинный стационарный аппарат!
Зачем это, кстати? Они ведь не обувь ищут, а людей. А те могут ее с легкостью сменить. И что он тогда будет делать, затылок чесать? Да, разумеется, все это интересно и фактов много, только вроде бы это работа только на себя – думаешь, что работаешь. Работаешь ли? Результаты-то какие?
Маше, кстати, Сергей тоже нашел непыльную работенку – она должна была внимательно оглядывать окрестности реки и при появлении людей, особенно незнакомцев, немедленно сообщать ему. В общем, работать бдительным часовым при исполнении. Как на курсах сержантов НКВД, куда ее сразу направили, посмотрев на круглые пятерки в аттестате. Дабы без дела не ходила, и ему работать не мешала, - оценила эту «заботу» о ней девушка.
Бестолковый он! Когда же ты будешь пристально наблюдать, если рядом твой мужчина (а в этом она уже окончательно не сомневалась, надо было только ему осторожно сообщить, чтобы ненаглядный кавалер не испугался и не удрал). Что он занимается неинтересными вещами, когда рядом ходит такая красотка!
Хотя Логинов, между прочим, ей уделял внимание. Он несколько раз довольно вежливо (ведь не матом) просил девушку не мешаться под его ногами и не топтать следы, которыми пока были единственными признаками идущего дела.
И когда это не помогло, а она еще все-таки сумела стоптать очень четкий и весьма хороший отпечаток немецкого офицерского сапога, капитан взял ее за плечи, чувствительно тряханул и приказал немедленно отойти на пять шагов от места служебного расследования. И не застилать ему пусть яркое, но еще весеннее солнце!
Ух ты, а слова-то какие – служебное! да еще расследование! И лупу вытащил из нагрудного кармана и стал внимательно через нее что-то рассматривать в траве. Почти как Шерлок Холмс в зарубежном трофейном (или не трофейном?) фильме опять начал рыться в грязи. Его недавно показывали в закрытом показе и она, как знала, внимательно просмотрела.
Логинов легенько щелкнул забалдевшую Машу Камаеву по лбу. Покачал головой. Какой она сержант НКВД, сопливая девчушка на природе! Даже рот разинула от любопытства! Как таких в сержанты производят? Вот у него в разведроте был сержант Никитченко – опытный волчара, который только официально знал сто способов убить врага и одним свои видом развязывал пленным язык. Вот это сержант!
Маша так была занята его действиями, что не сразу обратила внимание на щелчок по лбу. А потом покраснела, немного обиделась, наконец-то отошла от него на несколько шагов и надулась, бросая исподлобья нехорошие непонимающие взгляды. Что он все ищет в грязи? Ну, посмотрел раз-другой отпечатки ног и хватит.
Логинов усмехнулся. Вот откуда появляются «черные вдовы»! такая запросто и голову откусит. А-а, надеюсь, из «ТТ» в спину она не расстреляет. Сергей ненароком увидел (точнее, специально подсмотрел) – у нее в обойме осталось только три неизрасходованных патрона. Стреляет много, запаса же боеприпасов не накопила. А своими взглядами пусть парней-однолеток пугает. Стар он уже для этих амурных шалостей.
Хотя, капитан, конечно, чрезмерно себя состарил. Ему еще и тридцати не было. Раньше таких даже мужчинами не читали. Среди населения называли взрослыми парнями. Просто фронт, постоянная смертельная опасность, шестьдесят – семьдесят подчиненных (иногда больше, иногда меньше, в зависимости от фронтовой ситуации) заставляли представлять себя старше. Однако та же молодая девушка, откровенно к нему ластящаяся, очень легко его молодила в глазах окружающих. Он был, с их точки зрения, только чрезмерно старящийся парень.
Логинов помотал головой, отрываясь от насаждающихся мыслей. Надо посмотреть на реальный мир. Кажется, он достаточно повозился с отпечатками обуви незнакомцев (или бандитов). Он почти подозревает, но фактических доказательств и свидетельских показаний пока достоверных не существует. Вот сходит в райотдел, сопоставит имеющиеся отпечатки и фотографии...
О, вот это приятная находка! Сергей аккуратно вырвал из еще фронтового блокнота чистый листочек и принялся осторожно убирать на него два окурка тех же трофейных сигарет и обгорелую спичку, по виду похожую на отечественную. Судя по ним, курившие торопились, затягивались быстро, глубоко. И все-таки, им пришлось уходить, не докурив. Окурки были почти в половину сигарет. Но их никто не спугнул – окурки убраны аккуратно, тщательно, спрятаны от чужих глаз. Что же их заставило внезапно уйти? М-гм, интересно девки пляшут по четыре пары в ряд!
Цепко, не упуская ни одной незначительной мелочи, огляделся, негромко, но эмоционально выругался, не выдержав. И тут война!
- Чего опять я? - попыталась огрызнутся девушка, но получилось больше умоляюще промямлить, - я в стороне стою. Ничего не трогаю, никому не мешаю.
- Пойдем отсюда побыстрее, - Логинов не обратил внимания на ее жалобный скулеж, взял девушку за руку и быстро спрятался среди жилых и хозяйственных зданий райцентра. Тыловое селение на какое-то время стало превращаться во фронтовое, где, замешкавшись, легко попасть под пулю.
Эх, найти бы того «шутника», который в них прицеливался из снайперской винтовки! Хорошо хоть не выстрелил. То ли не успел прицелится, то ли не решился. Но признак в любом случае плохой. Прямо-таки убийственный.
- Хватит уже за собой волочить! - обозлилась Маша и вырвала свою руку, не понимая этой убийственной простоты, когда цену обозначенных людей считают от количества израсходованных патронов.
- Пожалуйста, - спокойно согласился Логинов, не желая тратить об нее время, и обозначил другую причину резкого ухода: - нам придется опять отправиться в местный райотдел НКВД. Уточнить некоторые вновь обнаруженные тонкости Ты пойдешь или останешься на улице?
Что на улице можно в два счета получить случайную пулю, он не сказал, но явственно имел. Маша Камаева это быстро поняла и согласилась. Капризная, но очень умная девушка. Как бы подтверждая этот вывод, она сначала медленно оглядела свою руку, за которую ее брал кавалер. Не для того, чтобы оценить возможные повреждения. Просто привлечь своего мужчину показом красивой конечности. Ну и, конечно, продемонстрировать свое недовольство. Крепко же брал, как буренку за пеньковую веревку!
И частично ей это удалось. Логинов, как мужчина, не выдержал, бросил внимательный взгляд на руку, оценивая ее красоту. Примирительно погладил по волосам, – мол, извини, погорячился. Но потом все же медленно пошагал к райотделу, бросая взгляды. И не на нее, на берег – выстрелит снайпер или не выстрелит?
Девушки – девушками, а у него важные заботы. Врагов надо ловить, а при необходимости уничтожать. И себя спасать. Любить женщин будем после войны, если выживем.
Маша тяжело вздохнула, не понимая своего мужчину. Что он все обращает внимание на этих глупых бандитов? Нет, ну, конечно, их нужно обязательно найти и арестовать, чтобы не мешали простым советским людям жить и работать. Даже наказать, хотя вроде бы этим занимаются не линейные органы НКВД. Но посмотри ты хоть немного на ее красоту, дуболомный фронтовик! Страшно контузило тебя, что ли, на фронте!