Яблочные дни. Линдвормы и вороны

— Дядя не станет тебя слушать. Он никогда тебя не видел, с какой стати ему доверять проходимцу, того более, вступать из-за него в конфликт с могущественным королевством? — Папочке не молчалось, и Райнеро скривился. Рамиро сидел на краешке стола, руки скрещены на груди, взгляд даже насмешливый. — Я тебе нужен. Кажется, так ты любил говорить в армии?

— Обойдусь без няньки.

Райнеро вдел шпагу в ножны, руку связала боль, он чуть не зашипел. Вещи в седельных сумках, оседлать Марсио и вперёд, к северному дядюшке. Райнеро направился к двери, но Рамиро обогнал его, преградил путь.

— Уйди. С моей. Дороги.

— День первый, — Рамиро выставил перед Райнеро раскрытую ладонь, — самозванец просит аудиенции, ждёт до вечера, не удостаивается, напивается. — Матушка на блицардский манер откидывала пальцы, Рамиро их загибал. — День второй: самозванец изводится от похмелья. День третий: самозванец добивается аудиенции. Проигрыш, Райнерито. Дядюшка далёк от родственных чувств. День четвёртый: самозванец пробует заново, его не пускают даже в приёмную. День пятый: непоседа приходит снова, попадает под стражу, затем — в городскую тюрьму. Посидишь там денёк, а вечером я тебя выкуплю. Или...

Перед носом Райнеро остался кулак. Рамиро внимательно на него смотрел, почему-то улыбаясь криво и нервно.

— Или?

— Или ты едешь со мной в графство Агне и набираешь людей там. — Рамиро сам себе кивнул, опустил кулак, скрестил руки на груди.

— И ты позволишь? — сощурился Райнеро.

— Позволю. Я не оставлю сына. Я помогу тебе. Видишь? Я действительно тебе нужен.

— Я тебе не верю. Ты не предашь своего короля. Защищаешь меня, но не пойдёшь против законной династии.

Райнеро шагнул к двери, но Рамиро не отступил, сжал плечи Райнеро, всмотрелся в глаза.

— У меня там семья, Райнерито, и я не могу к ней вернуться. Я даже не могу забрать свою семлью. Моя жена ждёт ребёнка, моя маленькая дочь тяжело болеет, а я не могу быть рядом. Неужели ты думаешь, что я оставлю их, тебя, чтобы служить королю, который хотел меня казнить?

Райнеро молчал. Рамиро вздохнул, опустил голову, слова явно давались ему с трудом.

— Ты прав, я не блистательный маршал. Но я никогда не желал этого чина, а когда освободился от него, испытал облегчение. Я был с семьёй. А теперь её отняли. Без меня у тебя ничего не выйдет, так позволь мне помочь тебе.

Рамиро поднял на сына взгляд, ждал ответа. Райнеро согнул и разогнул пальцы, поморщился от ноющей боли. Довериться тяжело, упустить шанс невозможно. Отец крепко сжимал Райнеро за плечи, без угрозы, напротив, прося доверия. Райнеро положил перевязанную правую руку на плечо Рамиро и кивнул.