Страница 66 из 138
— Я позвала его, потому что вы все!.. — Силана безнадежно махнула рукой, расплакалась и убежала. Решив, что пяти минут ей хватит, чтобы умыться и немного придти в себя, Дик выждал время и пошел вслед за ней.
Девочка сидела на перекладине лестницы ведущей на сеновал, как курочка на насесте. Дик прислонился рядом.
— Рассказывай.
— Они мне не верят, — сквозь слезы в горле хрипло ответила Силана.
— Знаю. Но сам тебе верю. Иначе бы не пришел.
— Тебя зовут Дик? Ты такой же как Алан, только у него не было меча. Он с друзьями хотел найти то, что крадет детей со всей округи, но сам пропал. Наверное, оно их забрало. Но Алан живой, я знаю. Он снился мне, и я всегда чувствую, когда взрослые говорят неправду. А они говорят, что мальчишки заблудились в лесу. Но это ведь чушь! Мы знаем этот лес не хуже, чем свою комнату. И у нас есть знаки, которые мы оставляем на кустах и стволах деревьев, чтобы не заплутать. Так вот, я была там, и точно знаю, что Алан и мальчишками пошли по главной просеке и дошли до самой развилки, где с одной стороны Черный бор, а с другой — поворот на Крагу. И они отдыхали на большом пне — я видела знак, что они там были. А потом… больше никаких следов не было. А ведь это не тропы, а большие дороги, где телега проедет. Там нельзя заблудиться. Они прямо оттуда пропали, как сквозь землю провалились. Но мы искали ход — ничего там под землей нет! — сердито закончила Силана, исподлобья глядя на Дика, мол, тоже не веришь?
— С кем ты ходила искать следы? — спросил он.
— Вместе с Кайной, сестрой Мишки, который тоже пропал. Давно, ещё раньше Алана. Кайна жила в Пятаке — самом большом здешнем хуторе. А теперь ее тоже нет. Я ей говорила, чтобы не ходила одна в лес, без меня, а она пошла! И тоже пропала.
— В этом Пятаке есть трактир?
— Нет, только кабачок, где мужчины пьют эль. Он и называется "Пятак", потому что большая кружка стоит пять грошей. Я была там с папой.
— И оттуда передала эстафету… ясно. — Дик кивнул. Он сосредоточенно размышлял. — Слушай, Силана, как сама думаешь, что охотится за детьми? Ална говорила про какой-то плач ночью…
Девочка побледнела. Она сидела сгорбившись, а сейчас выпрямилась на лестнице и расширенными глазами смотрела на Дика сверху.
— Это оно, — прошептала Силана. — Плач в лесу слышат всегда перед тем, как кто-то исчезнет. И если оно сейчас рядом с Горностаями…
"Значит, пришло за мной", — прочитал Дик в ее глазах то, что девочка не сказала вслух. Он взял руку Силаны и удивился, насколько холодны ее пальцы в такое теплое утро.
— Расскажи мне очень подробно всё, что знаешь о вашем чудовище. Когда слышали плач в первый раз. Сколько людей пропало. Почему вы знаете, что происходит, а взрослые — нет. Только не торопись. Пойди лучше, оденься, поешь… Буду ждать тебя здесь.
— Лучше в доме, — твердо сказала Силана.
— Там же не дадут спокойно поговорить.
— Я должна тебя видеть. Боюсь, вдруг ты исчезнешь или уйдешь. Ты ведь только пришел… и ты очень мне нужен.
Дик, не споря, снова вернулся в кухню. И слушал ворчание старших хозяек, смущенных тем, что Силана так запросто обращается с гостем, а он наверняка дворянин из далеких краев. Что он подумает об их хуторе! Что здесь живут неотесанные медведи?
У Силаны было типичное северное лицо: круглое, веснушчатое, с розовыми пухлыми губами и щечками, с простецким носиком и светлыми глазами. В отличие от чистокровных западных женщин, где всякая крестьяночка похожа на знатную горожанку, а нищенка в городе кажется переодетой принцессой, на Севере было наоборот. Наверное, если у здешнего короля есть дочка, она очень похожа на Силану: такая же крепкая, живая, самостоятельная, круглолицая. Любит стрелять из лука, без промаха бьет острогой рыбу, а потом чистит и жарит ее собственноручно. Вернее, не жарит — сушит в печи.
Дик рассказывал Алне, как выглядят принцессы на Юго-Западе. Он видел близко всего одну, но мог описать ее в совершенстве. Включая прическу и платье, что для девушки было самым интересным. Силана презрительно фыркала, пряча нос в кружке с молоком. Мать укоризненно качала головой всякий раз, но не делала замечаний, чтобы не перебивать гостя.
Дождавшись конца завтрака, подробно расспросив Силану, пообещав при случае ещё заглянуть на хутор, Дик покинул Горностаи и свернул на лесную тропу. Силана хотела сопровождать его и лично показать тот поворот на просеке, куда дошел с друзьями ее брат. Но девочку не отпустила старшая сестра, едва заслышав слово "лес".
Свернув с тропы, Дик вышел на крошечную полянку. Она образовалась в чаще, когда молния сразила старинный дуб, а люди утащили павшего великана на дрова. В центре торчал пень, частично спиленный, но с высокой спинкой, на которой виден был след молнии. Чтобы государь леса не вздумал наложить на хуторских дровосеков огромный штраф за убийство такого крепкого красавца.