Страница 67 из 138
— Кто ты, гость леса? — настороженно спросил он. — И откуда знаешь секретный сигнал?
— Неважно. Прошу помощи именем Братства Дороги!
Лицо сильвара просветлело.
— А почему не именем Трех Принцесс? — усмехнулся он. — Ты ведь их "крестник"? Дик?
Дик утвердительно вздохнул, досадуя, что не удалось сохранить инкогнито. Что делать, в лесу всюду глаза и уши, лесное эхо разносит новости быстрее эстафеты братства, ведь ему помогают звери и птицы. Но из людских народов Большого леса Дик предпочитал иметь дело с дэкайями – повелителями царств растений или животных, а не с принцами леса — эльфами и феями.
— Неужели в братстве нет других рыцарей моего возраста? — спросил Дик.
— Таких, чтоб знали наши позывные, — мало, — серьезно ответил сильвар. — Рыцарей, на вид моложе двадцати, среди них ещё меньше. А тех, у кого темные глаза и волосы, темно-медный костюм и на рукояти меча — дубовые листья, кроме тебя нет.
— Тореллинг! Конечно! — сообразил Дик, сердито одергивая полу куртки, прикрыв эфес меча. — Прости, мне действительно нужна помощь леса. Лучше всего спросить бестиаров, но не знаю их сигнала. В вашем лесу есть птица, которая плачет по ночам, и это предвещает беду?
— А, вот почему ты здесь, — снова помрачнел молодой сильвар. — Да, есть такая. Она не говорит на нашем языке, а завывает тонким голосом, плачет, как женщина или шакал. На зов повелителей животных не откликается. Значит, — не птица, хотя и похожа. Большая, черная, на крыльях седина. Летает мягко, как сова. Никто не видел, чтоб она охотилась.
— Давно ее слышите?
— Она не каждый день летает. Но появилась больше года назад. Пожалуй, года три.
— У вас после ее плача пропадали дети?
— Нет, — без запинки, но совершенно безрадостно ответил житель леса.
Дик нахмурился. И спросил, не знает ли сильвар, отчего птица крадет детей только на хуторах?
— А кто тебе сказал, что у нас люди не пропадают? — возразил дэйк, устало присев на пень. — В моей общине, например, пропали пятеро. У эльфов — и не сосчитать! И рыцари здесь проходили, верно. Но ни один не возвращался. Не знаю, как детей, у нас исчезли только взрослые мужчины. Крепкие воины, молодые — ни один не оставил вдову.
— На хуторах пропадают и девочки, но мальчишек — гораздо больше, — задумчиво кивнул Дик. — Думал, их поймать легче, девочек не всегда отпускают одних далеко от дома.
— Всё, что знаю, — вздохнул сильвар, — каждый раз накануне кто-то слышал плач или видел тень этой птицы. Сколько охотников пытались ее поймать… она летит к реке и пропадает. Приметных чужаков в лесу не видели. Лесорубы, дети собирают хворост и ягоды, люди за диким медом и на охоту ходят, старушки собирают травы… всё как обычно. А что сам знаешь?
— Что на хуторах крестьяне даже не пытались искать причину. Они живут так далеко друг от друга, что думают, будто горе случилось у них одних. Ну, ещё у соседей, но больше нигде никто не пропал. А если было — дело обычное. Но все дети в округе знают, что птица охотится за ними.
— У нас тоже ее не все слышат! — оживился сильвар. — Похоже, зов слышат только будущие жертвы. Вот я женат, и мне ни разу не довелось услышать ее крик самому! Рассказывали много, но не слыхал.
— Слышал ее сегодня ночью, — сказал Дик. — Но никуда она меня не позвала.
— Как же, не позвала! Ты ведь бродишь здесь, ищешь ее!
— И так бы пришел. Меня просили выяснить, что это за напасть такая?
— Желаю успехов, — мрачно усмехнулся сильвар. — Будь очень осторожен, рыцарь. Не знаю, куда птица их уводит, но те, кто пошел за ней, не возвращались.
— Животные не пропадали?
— Нет. На оборотня мы тоже думали и всех зверей сразу перебрали. Нет. Это не зверь. А что — не знаю.
Дик попрощался с молодым сильваром и отправился дальше, спросив путь на просеку к Черному бору. Там тоже на повороте торчал огромный широкий пень, как стол. На нем стояла корзинка. Неподалеку, в стороне от развилки просеки ходила старушка, собирала лечебные травы. Сгорбленная, седая, похожая на сухой столетний корень, старушка с клюкой не слишком походила на крепких северянок, но двигалась очень ловко.
— Добрый день, госпожа, — поздоровался с ней Дик. — В какую сторону здесь Черный бор?
— Направо, — махнула пучком травы старушка. И выпрямилась, пристально глядя на Дика: — Только тебе туда не надо. Иди всё прямо и не сворачивай, пока не выйдешь к реке. Там будет остров, на острове — высокая старинная крепость-башня… Там найдешь всё, что ищешь.