Страница 44 из 138
— Не знаю. А знал бы, разве сказал бы вслух?
Тор усмехнулся в густую бороду:
— Глядя на тебя, думается, что людям давно пора бы изобрести порох!
— Вы отстали от жизни, ваше величество, — заметил Дик. — Пушки у нас давно стреляют, если вы об этом.
— Мда… значит, поздно. Твоим собратьям уже ничто не поможет, — покачал головой король Огня. — Какой характер!
— Я не разрушитель! — возразил Дик. — И сейчас я — вестник мира, а не войны. Взгляните, ваше величество! — он провел рукой по лезвию своего меча, в котором сейчас отражалось породившее его пламя. — Владею холодным огнем, и вы сами его мне дали. Его жар — это язычки Огненного круга, его холод — серебряная луна, которую влили в расплавленную сталь оружейники лесной страны. Тореллинг — залог союза стихий. Его украшают листья, и золото, и драгоценные камни… В нем, по вашим словам, мой характер: острый и непреклонный. Его невозможно остановить, он готов пить кровь любого обидчика слабых и беззащитных и тем живет! Распадется союз — что останется от этого прекрасного творения? Горстка угольков? Бледный лунный зайчик? Сухие листья? И от вас без союза с лесом останутся только угли. Как от леса — после войны с вами. Зачем?..
— Ты — вестник леса, — возразил король. — Знаешь, сколько Целист запросил за мирное соглашение?..
— Нет. Меня не интересует золото. Так же как соглашения королей. Я не больше слуга леса, чем ваш!
— Тогда что тебе в наших делах? — Тор нахмурил густые брови, и глаза его казались горящими угольками. Дик снисходительно улыбнулся и потянулся, раскинув руки:
— Вы с государем леса даже не понимаете, что от ваших споров пострадают в первую очередь мои владения. В дороге мне принадлежит всё, что вижу. Мне нет дела до первенства разных стихий. Люблю, чтобы лес дышал зеленой прохладой, а огонь — золотым теплом, и х споровельно глупой войны пострадают в первую очередь мои владенияне был слишком жгучим. Подумайте, сколько живой красоты погибнет, сколько лесных обитателей лишится крова? А что будет с людьми пограничных к лесу селений и замков, если в одно прекрасное утро они увидят в окно одни головешки? Война это очень скучно, как вы не понимаете?! В ней совсем нет свободы… только долг, которым связаны все, от солдата до короля. И все они поступают вопреки своей воле, потому что "так надо". Кому?..
— Ты хитрец, — вернув меч владельцу и подперев кулаком подбородок, заметил Тор. — Ты сказал то, о чем я сам думал не один день. Кому это надо? Разве король не может принять решение для своего народа, такое, как он принял бы сам для себя? А ведь я не стал бы лично драться с Целистом. Вот он, пожалуй, хотел бы, да не посмеет. Я сильнее. Говоришь, война это не красиво? А ты видел хоть раз настоящую битву?
— Разве что во сне. Но знаю, что такое штурм замка.
— И тебя не захватывал упоительный вихрь, который сильнее тебя? Ты видишь, что летишь в пропасть, но остановиться не можешь и чувствуешь ужас и восторг разом. И должен приложить все силы, чтобы выбраться невредимым… И лесной пожар ты не видел? А это зрелище достойное, чтобы быть воспетым в поэмах. Но, увы, красота войны и стихии действительно быстротечна. Потом выступают разрушения, раны, уродство смерти… Ты знаешь, что одна из дочерей леса недавно присоединилась к нашему кругу?
— Знаю, — удивленно ответил Дик, не понимая, какое отношение к делу имеют брачные узы принцев и принцесс.
— А сам не хотел бы остаться с нами? Наш мир не слишком велик и разнообразен, в основном это скалы и облака, но здесь тоже бывает очень красиво.
— Зачем? Что мне делать здесь? Ваши скалы обрываются слишком резко, а люблю идти и идти вперед, чтобы края дороги никогда не было видно.
— Но сейчас ты стоишь на краю, — мягко сказал Тор, сочувственно улыбнувшись. Дик понял это по выражению глаз короля. Улыбка тонула в густой бороде. Было ясно, что Тору жаль. Чего?..
— Смотрите на меня, как на смертельно больного, — заметил Дик. — Считаете, ничего не понимаю в жизни?
— Ты угадал, малыш. Ты всё понимаешь, кроме того, как близка твоя смерть. Знаешь, почему я предлагаю тебе остаться? Потому что отсюда нет иного пути наружу, кроме как через Огненный круг. А пройти сквозь него и не сгореть, могут одни дети пламени. Даже повелители стихий бессильны перед чужой стихией. Ни феи, ни эльфы, никто из тех, в ком есть дэкайская кровь, не выйдут из огня живыми. Что уж говорить про обычных людей…
— Но для странника нет границ.
— Да. Они могут пройти даже сквозь смерть. Разве не знаешь, что любой переход, по которым вы шастаете сотни раз, не задумываясь, проходит очень близко от грани смерти. А странник может не только пройти туда и вернуться, но и проводить других. Огненный круг — особенный переход. Он только для детей моего народа. Для тебя — это горящий колодец, который никуда не ведет. Ты умрешь, в этом нет сомнений.