Страница 112 из 138
Ради смеха мальчишки навестили и свой зеленый прилавок. И наконец узнали, что там торгуют глиняной посудой. Марик купил себе новую кружку на память, с гербом этого города.[5] Время до вечера промелькнуло незаметно. Посмотрев представление троих акробатов и жонглеров, приятели вернулись к фургону.
— Вы вовремя! Пора ехать, если хотим успеть до облавы, — обрадовался их возвращению Митрон. Дик снова пытался уйти, но Крон — старший в труппе, решительно сказал, что приглашает Дика на ужин.
— Мы рады знакомству и не отпустим тебя на ночь глядя. Не отказывайся!
— Не откажусь, — кивнул Дик, неожиданно вспомнив свое утреннее напутствие.
— Вот и правильно. Днем лучше скрываться там, где побольше людей, а ночью — искать пустынное местечко, где никого не встретишь. Но сегодня ночью мы поедем в степь и погуляем на славу!
Все забрались в фургон, и Крон направил двух лошадок к воротам.
— Уезжаете? — удивилась стража в воротах.
— Заночуем в степи и вернемся, — весело пообещала Илона, высунувшись по пояс в окошко. — Не скучайте!
— Ваше место займут! — поддразнил ее молодой стражник.
— Наше? Никогда! Мы всегда найдем себе место под солнцем.
— В таком случае, веселой вам ночки!
— А вам — спокойной! До встречи!
Фургон выкатился на дорогу, а потом свернул в открытую степь. Ровный луг широко распахнул им объятия. Скоро город стал размером с обычный замок, а потом от него остались только три башни, растущие прямо из желтой травы, как грибы. Дик и Марик ехали, глядя на удаляющийся веселый город. Они сидели на самом краю фургона, в открытой арке, прижав спинами плотные занавески, чтобы не развевались и не мешали смотреть. Дик знал, что мог бы так ехать всю жизнь и ему никогда бы не надоело. Но вот толпы на ярмарках — удовольствие не для него.
— Вы, обычно, идете пешком? — спросил он Марика.
— У нас есть ручная тележка, сейчас ее разобрали, чтобы влезла в фургон. Так что я всегда иду пешком, а Рагонда иногда едет на колеснице. Ну, а Пакколь, всегда едет, либо на руках, либо в тележке. А почему ты не заведешь себе рыцарского коня?
— А зачем? Только корми его. С переходами всегда могу добраться куда угодно быстрей, чем верхом, если очень надо. Но в другое время, предпочитаю ходить пешком. Не люблю спешки.
— Как ты находишь эти переходы? — поинтересовался Марик. Явно ему очень хотелось обладать такой возможностью мгновенно переноситься на любое расстояние.
— Вижу. Но не люблю туда лезть. Когда надо сбежать, так ни одного рядом нет, а в другое время зачем они мне?[6]
— Ты можешь сразу оказаться возле моря. Хоть завтра. И провести там всю зиму. Пешком туда не успеть. Бал будет в конце следующей недели.
— К морю всегда успею, как сказал Крон. Пока меня интересует Большой турнир.
— Вместе поедем? — оживился Марик.
— Нет уж! Не хватало вам дрожать из-за меня на каждой заставе. Ты ведь слышал, что сказал тот гвардеец. Мен… Таких, всюду ищут и хватают, без разговоров.
— А на самом деле, ты не знаешь, как он выглядит?
Дик пожал плечами:
— Обыкновенно. Вроде меня.
— Не смеши! — отмахнулся Марик. — Ладно, до турнира осталось немного, узнаем!
— Как узнаешь? — поинтересовался Дик.
— Там же объявляют имена, гербы, имя "крестного" в звании, имя меча… Твой как называется?
— Тореллинг, конечно! Как же ещё?
Они засмеялись. Марик спросил, знает ли Дик историю про Тореллинг? Нет? Но ведь это замечательная история! Надо попросить, чтобы Крон рассказал вечером у костра. Фургон остановился, когда из горизонта росла уже только одна короткая башня в красном колпачке, похожем на шляпу Пакколя.
Дик впервые близко общался с людьми юго-восточной крови и убедился, что они действительно такие, как о них говорят. Смуглые, обаятельные, лица их более мягкие, чем у южан, а то, что юго-восточные женщины очень красивы, можно было судить по Илоне. Но, в отличие от чистокровных южанок, они охотно признают первенство мужчин в любых решениях, и если на самом деле главенствуют, то добиваются своего мягкой, тайной, кошачьей политикой. Странно, что Ларта, будучи уроженкой холодного Запада, по характеру была даже мягче Илоны. Она в меньшей степени была искательницей приключений и заботилась только о домашнем уюте, а сейчас — о том, чтобы приготовить всем вкусный ужин. Дик думал, что его мать могла быть похожа на Ларту. Внешне, во всяком случае, они были очень похожи.