Страница 60 из 110
Вспомнив о судьбе гафанпотского корабля, я заставил себя допрыгать до распахнутого люка. Рабочие помогли мне надеть скафандр. После проверки герметичности, я вскарабкался по лестнице в кабину, задраил люк, сел в кресло и пристегнулся.
– Переживаешь? – спросила Мод. Я тут же взглянул на рычаг, с помощью которого мог её заткнуть.
– Не отвлекай.
Я проверил контрольные лампы, а также показания на циферблатах и экранах. Всё было в порядке. Затем занялся аэродинамическими рулями, от которых в атмосфере Альбиона будет зависеть моя жизнь. Портовой техник вскинул кулак с оттопыренным большим пальцем в знак того, что они работают.
Под конец я проверил на крепость цепочку, удерживающую тетрадь и карандаш для расчёта траектории. Пожалуй, это была самая важная предстартовая проверка. Мне совершенно не улыбалось в невесомости отлавливать разлетевшиеся по всей кабине пишущие принадлежности, пока корабль будет нестись к планете со скоростью восемь с половиной километров в секунду.
Я повернул ручку выбора частоты на корпусе допотопной радиостанции и доложил:
– Неисправностей не обнаружено. Выводите на исходную.
Несколько автоматических буксиров, на сленге именовавшихся «прилипалами», примагнитились к «Реликту». Работая левитаторами и маневровыми двигателями, они переместили корабль сначала в шлюз, а затем подняли вверх по шахте. Перед глазами промелькнули массивные створки горизонтальных ворот, застывших в открытом положении.
Корабль вынырнул на поверхность планетоида, и передо мной раскинулась каменистая равнина, испещрённая трещинами и покрытая кратерами. В багровые небеса вонзались наклонные иглы архимедронов, и сигнальные огни на них казались срывающимися в пустоту каплями крови.
Сизифцы не проявляли интереса к моему полёту. Вокруг «Реликта» не роились новостные спутники, освещая моё героическое начинание.
Жителей планетоида можно было понять. Для них и раньше внешнего мира почти что не существовало. Колония ни в чём не нуждалась, ведь в ойкумене хватало источников энергии для питания воздухообменников, систем фильтрации воды и биореакторов, производящих протеиновую похлёбку. Новая орбита Сизифа целиком проходила внутри магнитного поля Альбиона, так что главная проблема сизифцев – уродующее их жёсткое излучение – наконец разрешилась. У жителей планетоида не было поводов для недовольства.
А я собирался лезть в берлогу к медведю, для которого планетоид был хрупким цветком под могучими лапами. Мне на миг стало совестно, но лишь на миг, ведь я просоленный эгоист.
В голове снова всплыла история команды гафанпотского корабля, уничтожившей саму себя. В своих путешествиях я всего раз сталкивался с этим видом. В детстве, которое я провёл в двадцать первом веке, если бы кто-то сказал мне, что стереотипная межзвёздная саранча может иметь вид низкорослых мохнатых созданий с милыми усиками, я бы посчитал его сумасшедшим. Но облик грядущего оказался безумнее вымысла.
В то время, когда отбившееся от флота-города гафанпотское судно попало в схожее с нашим положение, против этого вида велась миротворческая операция на истребление. Гафанпотские суда имели огромные размеры и давали кров многим тысячам пассажиров-жителей.
Возможно, очутившись в отделённой от остальной Вселенной области, обитатели судна на первых порах радовались тому, что укрылись от неприятеля. Может, как и сизифцев, поначалу вынужденная изоляция не слишком волновала гафанпотов, и долгое время они ничего не предпринимали, что в итоге их и погубило.
Прилипалы вывели корабль на орбиту Сизифа и отсоединились.
– Тридцать секунд до точки старта, – раздался в шлемофоне голос Мирона.
Взглянув в обзорное окно, я увидел «Аконит», который летел параллельным курсом. Как и в предыдущем полёте, конструктор «Реликта» сопровождал меня на его борту.
– Ты стоишь историй о себе, Тео, – сказал Конрад Буссов. Повернув голову, я заметил летевший слева «Адамант». – Мой желудок, уставший от проклятой протеиновой смеси, надеется, что ты справишься. Удачи.
– Хватит захламлять аварийную частоту, – я улыбнулся.
Вид серебристых стрел эскортировавших меня звездолётов придавал уверенности.
– Десять секунд до точки старта.
Грязно-бурый диск Альбиона взошёл над изогнутым горизонтом Сизифа. Я увидел закручивающиеся вихри бурь, озаряемые сполохами молний, и растянутые ветрами облака, под плотным слоем которых вот уже несколько недель скрывалась «Преданность».
Щёлкнув тумблерами, я включил топливные компрессоры и зажигание. Из сопел сейчас, должно быть, вырывались огромные искры. Моя рука лежала на рычаге подачи топлива, а взгляд был сосредоточен на одной-единственной контрольной лампе.
– Зажигание! – команда Мирона прозвучала в шлемофоне одновременно с тем, как лампа вспыхнула зелёным светом.