Страница 47 из 110
– Если хочешь забить его до смерти, сделай это без меня и на нашем корабле. Здесь Ладро всё знает. Терять ему нечего. Ещё извернётся и убьёт тебя. Мы-то потом его прикончим, но нам ещё источник вируса искать, «Преданность» и Адана Зарку спасать. Впятером делать всё это будет веселее.
Говоря это, я ощущал себя трусом. Несмотря на чёткое понимание, что Ладро нельзя оставлять в живых, внутренности ржавыми тисками сдавливало чувство, будто я поступаю неправильно.
Если мулбридианин попадёт в плен, то наверняка выкрутится. Один раз он уже добыл себе передовой военный корабль. Без него пират станет менее опасным, но надолго ли?
С другой стороны, на то, что Ладро – Рок, указывали только мои предположения. А Василий Разин просил лишь усмирить пиратов.
Мне достаточно было отдать приказ, чтобы сохранить жизнь разумному существу, которое стояло в паре метров, и я силой заставлял себя молчать. Мысль о самосуде меня не смущала. Будь я законопослушным высокоморальным гражданином, не носился бы по Вселенной, сражаясь насмерть.
Зарку был прав: превращать в рой искр что-то в миллионе километров намного проще.
Но безоружных врагов я никогда не добивал.
Эта мысль обрушила одну из чаш весов моей нравственности. Внутренняя борьба, длившаяся несколько мгновений, завершилась. Я уже был готов сказать, что передумал, но Мдибе открыл рот первым:
– Забить его было бы милосердием. Мод, как долго без генокатализатора протянет эта сволочь, прежде чем дегенерация станет необратимой?
После этих слов на разбитом окровавленном лице Ладро проступил неподдельный страх.
Если знание истории меня не подводило, несколько веков назад мулбридиане создали препарат, который позволил им достичь автоэволюционного пика. Говоря человеческим языком: стать максимально умными, сильными и долгоживущими, насколько это возможно для разумных белковых существ.
Препарат создавался для однократного применения, но через какое-то время выяснилось, что для продления эффекта требуются новые дозы. Череда замечательных открытий на этом не прервалась: вскоре мулбридиане поняли, что отказ от препарата не возвращает на прежний уровень развития, а постепенно делает принявших немощными идиотами.
Из-за всего этого ещё случилась межзвёздная война, и во всём были как-то замешаны лареяне. Деталей не помню. Никогда не любил историю. Авторы учебников заостряют внимание на политике и экономике, а вот детальными тактическими описаниями космических битв почему-то не радуют.
– Четырнадцать дней, – ответила Мод посредством звуковоспроизводящих устройств на мостике. Хотела, чтобы Ладро всё слышал.
– А на сколько хватит ресурсов жизнеобеспечения спасательного челнока этого корабля? Расчёт на одного пассажира.
– Двадцать суток.
– Сможешь запрограммировать, чтобы он достиг Сизифа за восемнадцать?
– Без проблем.
Справедливое наказание. Сизифцы неделю держали Мдибе под жёстким излучением. Штурман тоже решил поставить над врагом опыт. Не то, чтобы медленная трансформация в немощного идиота была сильно лучше смерти, но мне полегчало.
– Вставай! – приказал Мдибе.
– Вы осудили невиновного, – прошепелявил сквозь выбитые зубы капитан. – Я не Ладро!
– Тогда откуда знаешь Мдибе в лицо?
Ладро опешил.
– Внешние признаки указывают на то, что он выдумывает правдоподобную ложь, – отрезала Мод.
Мдибе велел капитану молчать, обыскал, нашёл коробку с ампулами, в которых плескался генокатализатор, и бросил на пол. Наставив на Ладро автомат, он ткнул его стволом под лопатки.
Отчаянную попытку бегства пресёк оглушающий заряд, выплюнутый дулом моего пистолета.
Капитан повалился на пол. От этого зрелища лицо его подчинённого искривилось и покраснело. Выглядел он так, словно вот-вот заревёт.
– Не переживай. Тебя мы отдадим сизифцам.
Дождавшись, когда я застегну скафандр, Мдибе с Алду утащили Ладро с мостика. Я же отконвоировал второго пленного к вновь заработавшему шлюзу.
– Может, оставим ему пистолет с одним зарядом? – предложил наводчик. Я всё слышал, потому что для переговоров мы использовали одну частоту.
– Нет. Его интеллект опустится до уровня ребёнка. Ещё случайно застрелится и не поймёт, что умер. Мне этого не нужно. Есть смысл оставлять пистолет, только если уверен, что враг будет бояться оборвать мучения.
От хладнокровия, с которым штурман это сказал, по коже забегали мурашки.