Заменитель

Я добрался до ангара, в котором стоял «Аконит». Корабль опирался на массивные подпорки. Моё искажённое отражение вытянутым пятном перетекало по серебристой обшивке. Справа свисала лестница, поднимавшаяся к распахнутому люку. Я прошёл мимо овальных заслонок, в мирной обстановке закрывающих дула орудий главного калибра, вскарабкался по лестнице на главную палубу и, пройдя по узкому коридору, очутился на мостике.

– Добро пожаловать на борт, капитан, – приветствовал меня помощник инженера Родригес.

– И вам всем доброго утречка. Подключи это к системам корабля и прикрути покрепче, – я снял с пояса чёрную шкатулку и протянул Родригесу.

Я сел в капитанское кресло. С высоты мостика «Аконита» я мог смотреть поверх тумана и видеть крыши других ангаров, мачты связи и даже просыпающийся город вдалеке.

– Готово, – доложил помощник инженера.

– Тебе удобно? – спросил я.

– Да, – ответила Мод через динамик на приборной панели.

– Всем занять места. Минутная готовность. Мод, как корабль?

– Это его второй полёт. Системы работают даже лучше, чем должны.

Лестница была убрана, люки задраены, члены команды пристегнулись к креслам на мостике, а инженер доложил по рации, что занял место в машинном отделении. Поддавшись порыву, я взял прямое управление.

Включились левитаторы, корабль приподнялся где-то на метр и, слегка покачиваясь, повис над подпорками подобно старинному дирижаблю. Управляя работой левитаторов, я вывел «Аконит» из ангара, а затем потянул на себя штурвал, задирая нос корабля, пока в обзорных окнах не осталось только небо. После этого я дал малую тягу, и «Аконит» начал набирать высоту.

Впервые почти за два года я управлял звездолётом – машиной, которая своим появлением превратила то, что казалось людям огромным миром, в затворническую келью внутри бесконечной Вселенной. Я заново поверил, что обычные человеческие радости – всего лишь обезьяньи забавы в сравнении с возможностью приблизиться к космическим чудесам. Мозг не возражал, и лишь в груди слабым уколом отозвалось сомнение.

Подъём продолжался. Корабль распугал стаю птиц, а через несколько секунд поднялся выше, чем залетали любые птицы. Вскоре мы были уже на такой высоте, что горизонт изогнулся, и стал видимым голубой ореол атмосферы, плавно переходящей в черноту звёздного неба. Словно впервые видя это, я на миг задумался о том, как тонка граница, отделяющая очаги жизни от ледяного безмолвия космоса.

– Мдибе, курс на Жернов. Я хочу, чтобы мы вошли туда на максимально возможной скорости, которую только выдержит наша обшивка.

Я не знал, с чем придётся столкнуться по ту сторону. Но, разогнавшись до предела, «Аконит» появился бы там не так, как «Преданность» и «Адамант». Это могло дать нам хоть какое-то преимущество.

Спустя час, обогнув звезду, вокруг которой обращалась Бейра, «Аконит» уже на всех плазменных парах мчался к Жернову. Увидеть червоточину можно было только с помощью гиперпространственного радара или радиотелескопа. Человеческий глаз в месте, где она находилась, натыкался лишь на ничем не примечательный клочок звёздного неба.