Страница 14 из 110
Гости танцевали, выпивали и дурачились. Бодрая электронная музыка доносилась из левитирующих под потолком колонок. Покрытый шерстью нак-ажец, выполнявший обязанности ди-джея, подмигнул мне подслеповатым глазом. Во времени, из которого я был родом, шутили, что дабстеп – не музыка, а послания пришельцев. На самом деле они любили диско и немного «Депеш мод».
Лакей закрыл за мной дверь. Облокотившись на перила террасы, я принялся наблюдать, чем же занимается моя «героическая» команда. Выделить их из толпы было проще простого. Стоило отдать ментальную команду, и в дополненной реальности над каждым повис именной маркер.
Наводчик Алду развалился на кожаном диване, попивая коктейли в окружении шумной компашки, которая всё время взрывалась хохотом. Инженер Коуту наслаждался приватным танцем в малолюдном углу зала. Помощник инженера Родригес тряс костями на танцполе. Один лишь штурман Мдибе держался в стороне от веселья, угрюмо глуша виски за барной стойкой.
Когда он брал стакан, в глаза бросались уродливые шрамы, покрывавшие руки штурмана. Я заметил их ещё в школе космопилотирования. Но тогда Мдибе носил комбинезон с длинными рукавами. Сейчас на нём была лишь футболка, целиком открывавшая руки.
Уродливые фиолетовые рубцы, напоминавшие замороженных пиявок, покрывали кожу до плеч. От одного на них взгляда по спине бежали мурашки, и мне не хотелось даже думать о боли, которую пережил штурман, получая эти шрамы.
Я перечитал личные дела всех членов команды и так и не узнал, когда штурмана так ранило. Может быть, ещё в детстве? И без этой тайны Мдибе выделялся. По моим ощущениям, он справлялся с обязанностями лучше всех. При этом у штурмана было меньше опыта, чем у других членов команды – он прослужил в бейрийском флоте всего два года. Ещё я знал, что он сидел в тюрьме, но данные о приговоре отсутствовали.
Я не привык держать в узде любопытство. Возможно, это было одной из причин, почему под моим началом команде «Преданности» спокойная жизнь лишь снилась, да и то по выходным.
Манера штурмана сторониться веселья располагала к себе. Так что я спустился с террасы. По дороге взял у разносчицы напитков бокал с отикой. Скользнул взглядом по груди, которая не вписывалась в образ – вряд ли примитивные племена умели обрабатывать силикон. Зрелище это не портило.
Осушив бокал, я опустился на стул рядом с Мдибе.
– Напиться можно где угодно. На этом мероприятии столько возможностей. Почему бы ими не воспользоваться?
– Это приказ? В смысле… здравствуйте, капитан.
– И тебе не хворать. Так почему ты избегаешь всего этого? Я имею в виду танцовщиц, бассейн… сам бы кого-то притащил.
– Ну, я же здесь. Пригласил вроде как президент. Ему не принято отказывать.
Я понимающе улыбнулся. Затем, кивнув в сторону стакана с виски, спросил:
– Пытаешься унять волнение? Завтра нас ждёт непростое дело.
– Единственный плюс в по-настоящему дрянных вещах: если уж они случились, на их фоне многое начинает казаться мелочью. Я не боюсь того, что поджидает нас за Жерновом. Настоящие монстры прячутся в памяти, – Мдибе принял ещё порцию и обрушил пустой стакан на стойку с такой силой, что я невольно зажмурился, боясь, что в глаза полетят осколки. Но стекло выдержало. – Ещё! – окликнул он бармена.
– За штурвалом мне потребуется штурман, а не хмельной овощ!
Давненько я не отчитывал подчинённых. Успел забыть, как это поднимает дух. Радостная улыбка так и норовила испортить начальственную мину, но я сдержался.
– Всё под контролем, капитан, – Мдибе вытащил из кармана стручок, похожий на гороховый. Я сразу узнал мулбридианскую биотехнологию. На боку была надпись. В дополненной реальности всплыл перевод и краткая справка.
– Гипервытрезвин, – прочёл я. – Он же не действует на людей.
Я оглянулся в поисках охранников или просто дюжих ребят. Вдруг штурман не согласится на вежливую просьбу закругляться с алкоголем? Одного меня для принуждения не хватило бы. Но тут он сказал:
– На меня подействует.
Это казалось бредом, но слова были произнесены настолько трезвым и серьёзным тоном, что я на миг поверил.
– Так ты мулбридианин? Ну-ка смени цвет глаз.
– Я человек. Но уже не полностью.
Мдибе жестом пригласил встать. Видимо, его напрягал бармен. На дорожку штурман захватил с собой нетронутую бутылку виски.
Мы прошли к столику у стены зала. Голоса и смех здесь звучали тише, от музыки остались лишь бодрящие басы, отражающиеся внутри грудной клетки.
– Будете? – спросил Мдибе, поднося бутылку к стакану.
– Не сейчас. И тебе не позволю, пока не объяснишь, в чём дело.
– Я начинал службу в космодесанте. Штурмы кораблей, бои в невесомости, все дела. Однажды в нашей системе завёлся особо опасный пират. Его звали Ладро. Командование решило устроить ему ловушку. Ладро грабил в основном грузовозы с алматием. Мой отряд несколько недель прозябал в засаде в одном из таких. Затем Ладро, наконец, ударил. Как обычно, вырубил средства связи и взял корабль на абордаж. Тут мы и вмешались. Но произошла утечка информации. Ладро и его люди были настороже. Наша атака превратилась в самоубийство. Пришлось сложить оружие. Но мне и сержанту Идоло сизифский плен совсем не улыбался. Мы прорвались к спасательному челноку.