Страница 13 из 110
А вот по дороге в школу космопилотирования влюбляющая в себя еда показала себя во всей красе, защекотав сердечную мышцу горько-сладким переживанием и чуть ли не заслонив реальность логотипом «Вирилити», который я тогда одновременно заобожал и возненавидел. Пришлось останавливать машину у ближайшего ларька, чтобы перекусить и подавить нужную лишь пищевым магнатам влюблённость.
– Черт подери, почему пища с гормональными добавками? – вопросил я, проглотив шоколадный батончик, которым запасся как раз на такой случай. – Почему не штрих-коды на лбу, пси-излучатели или контролирующие сознание чипы? Как можно было изо всех технологий порабощения человечества выбрать самую чудовищную?
– Не разглагольствуй, гастросексуал, – осадила меня Мод. – Ты просто слишком долго питался здоровой пищей, и твоему организму трудно перестроиться. Согласно опросам, спустя пару лет чувства угасают, и остаётся только механическая привычка.
– Ты говоришь про еду или людей?
– Про еду. Но к людям тоже подходит. Если бы ты дольше прожил с Вероникой, то испытал бы это на себе.
Отворилась дверь, и в комнату вошёл лакей.
– Господин Грэхем, президент приглашает вас в свою резиденцию.
– Может, откажешься? – ехидно спросила Мод.
– Я согласен.
– Заканчивайте свои дела, а я подожду вас снаружи.
– Уже закончил, – сказал я и выключил настольную лампу.
Лакей провёл меня к выходу. Мы прошли мимо ангара с пилотажным тренажёром.
Президент Бейры не относился к людям, которым отказывают. Сегодня утром агент ВКА, адрес которого дал мне Орест, добился для меня аудиенции с ним. На входе в резиденцию меня тщательно обыскали и конфисковали оружие. Потом мне пришлось полчаса проторчать в холле.
На исходе моего ожидания двойная дубовая дверь президентского кабинета распахнулась, и оттуда, сгорбившись, спиной вперёд вышел охранник. Он волок по полу труп высокопоставленного, судя по количеству орденов на кителе, военного, чья правая нога ещё дёргалась в посмертных судорогах. Выжженная в груди дыра размером с ведро недвусмысленно указывала на то, что его только что пристрелили из импульсного пистолета.
Здоровенного позолоченного пистолета, который Зарку на моих глазах спрятал в письменный стол.
– Вы следующий, – сказала секретарша.
Я вошёл и первым делом попросил налить мне чего-нибудь согревающего. Хлебнув отики, я объяснил цель своего визита. Выяснилось, что Зарку уже прочёл отчёт обо мне. Он назвал моё появление на Бейре подарком судьбы, а меня достойным кандидатом на должность капитана «Аконита» и чуть ли не последней надеждой на спасение его сына. Но, добавил он, поскольку я целый год как не при делах, нужно проверить, не растратил ли я хватку и умения, которыми был прежде знаменит. Предложение посетить школу космопилотирования я воспринял, как спасательный круг, и с облегчением покинул резиденцию Зарку.
– Садитесь, пожалуйста, – пригласил лакей, придерживая дверцу. Его слова выдернули меня из омута воспоминаний. Я умостился на заднем сидении, и автомобиль тронулся.
Салон был отделан леопардовой шкурой и слоновой костью. Под ветровым стеклом болтался зловещего вида амулет. Бейра была населена выходцами из Экваториальной Африки. Когда на Землю хлынул поток инозвёздных мигрантов, девственные джунгли в первую же очередь стали строительной площадкой для коттеджных городков. Проживавшие там племена оперативно были одарены благами цивилизации и выпровожены в такие колонии, как Бейра.
Зарку я побаивался. Но даже не это меня раздражало. Президент обладал харизмой и властностью, в его присутствии у меня пересыхало горло, и я мог лишь еле слышно бормотать. Мне в принципе не нравилось общаться. А с такими уверенными в себе людьми с огромным эго и возможностью пристрелить меня в любой момент – и подавно. Это с мостика «Преданности» я мог смело смотреть в глаза самому жестокому и могучему пирату внутри самого большого и мощно вооружённого корабля и дерзко высмеивать его самоуверенные угрозы, а в обычном общении я ощущал себя словно голым.
Автомобиль остановился, лакей открыл дверцу и повёл меня внутрь здания. Утром я запомнил путь к кабинету Зарку, и к моему облегчению оказалось, что шли мы в другую сторону. Лакей остановился в конце коридора и положил ладонь на ручку двери, за которой что-то глухо рокотало, как на испытательном стенде ракетного двигателя.
Лакей распахнул дверь, и оказалось, что там всего лишь проходит вечеринка.
– Господин президент просил передать, что желает вашей героической команде сполна насладиться последней ночью перед началом опасного путешествия.
Я переступил порог и очутился на террасе, которая на уровне второго этажа опоясывала большой зал со стеклянной крышей. В углу находился танцпол. В центре размещался бассейн, где плескались сногсшибательные красотки, над которыми явно потрудились генетики и статистики, собаку съевшие на изучении мужских вкусов. В клетках и вокруг шестов извивались танцовщицы. Украшенные браслетами и ожерельями негритянки в одних набедренных повязках разносили напитки и закуски.