Пигмалион для ведьмы

— Что ж, — Ак навалился на стол, опираясь на него локтями, сцепил пальцы в замок. — Я смогу прояснить для тебя картину, Ая. Ты увидела очень серьёзные вещи. Но сначала хочу, чтобы ты мне доверяла, — пристально заглянул в её глаза.

— Я доверяю тебе и вижу, что ты мне доверяешь.

— Хорошо, — он кивнул и опустил голову, вороша множество воспоминаний. — Несколько веков назад на земли Ниреи пришла беда. Падшие, их было не так много, упали с небес. Они, конечно же, не слишком выделялись среди людей, но отличия найти не составило бы труда. Красивые, высокие. Сильные. Они отличались друг от друга не только внешностью, но и характером. По слухам их было пять. Два из них — два брата враждовали между собой. Их разборки не могли не коснуться людей и магов. Остальным падшим было не до братьев, они развлекались, знакомились с людьми. Любимыми увлечениями для них стали барышни. Но так случается, что любая связь ведёт к последствиям. Дети от падших рождались редко, потом погибали. Исключением были союзы с магами. Два брата прекратили воевать внезапно. С появлением в их жизни принцессы Ниреи. Одного из них она полюбила больше жизни. Старший покорил девушку своей чистотой, чего не скажешь о падших. Искренностью, которой не каждый обладал. Младший был подавлен от такого выбора, в последствии он стал тенью во дворце. В нём скопилось столько злобы, что мстить он решил в самый счастливый день своего брата. И этот момент настал через десять лет после рождения мальчика. Кстати, забыл сказать, такие дети наследовали разный дар, но в основном это было возрождение. Потомок мага и падшего, находясь при смерти, мог переродиться в любое время по воле того, кто без сомнения отдал бы свой кристалл. Обычно маги после смерти передают кристаллы души своим детям.

— Подожди, принцесса позволяла бесчинствовать падшим?

— Она хоть и была магом, с теми ангелами бороться было бессмысленно.

— Но у неё же был любимый!

— Вот поэтому слушай дальше. После рождения рёбенка младший брат, движимый злыми намерениями, сговорился с другими падшими, пообещав избавление от постоянного контроля государства. Со временем всякая система терпит сбой. Вот и ребятам надоело. Думаешь, с чего бы они терпели санкции? Всё просто. Любимый принцессы был их лидером, и до рождения ребёнка всё шло гладко. Мальчику было предначертано избавить народ от страданий. Этим мальчиком был я.

Ая окаменела, расширенные зрачки выдавали смятение. Сын падшего и принцессы.

— Была война, — Аквилон проглотил ком, застрявший в горле, — и мой отец как можно дольше защищал нас. Его брат неоднократно вступал с ним в схватку. Мать держала меня за руку, её воспоминания запомнили ужасный хаос, творившийся на улицах. Она бежала среди горящих домов, пока отец удерживал натиск. Страшно представить, что происходило в тот момент во дворце. Мы спаслись, затаились в одном из уцелевших домов. И вечером, когда от дыма вся улица была туманная, пошёл дождь. Мама сидела на табуретке, держалась за голову и тяжело дышала. В темноте комнаты вспыхнул свет. Сгусток энергии взорвался миллионами искринками блестящей пыли. Мама охнула и поймала выросший голубой кристалл. Это значило лишь одно. Отца больше нет. И они идут за нами.

— Это ужасно, — тихо выдохнула гадалка, часто моргая. Глаза налились слезами.

— Дальше я запомнил очень хорошо, как мама говорила мне что-то очень важное, читала длинное заклинание и потом поцеловала меня. Со словами прощания она вспыхнула блестящими искрами, её кристалл стал моим. Так же как и она, следом за ней не стало и меня. Лишь спустя век я попал в этот дом. Я не помнил, кто я и зачем здесь. Все воспоминания мне достались со временем, потому что внутри меня, слившись с моим, есть её кристалл. Она прожила восемнадцать лет, отдав кристалл мне, подарила восемнадцать лет жизни. При этом я мог перерождаться хоть тысячу раз без кристалла в том же возрасте.

— То есть, ты проживаешь жизнь заново, если не успеешь принять кристалл до смерти?

— Именно так, — немного устало произнёс Аквилон. — А теперь к самому главному. Мы связаны, это так. Самое интересное в том, что ты видела эту женщину в прошлом. Мои поиски начались именно с её инициативы. И искал я тебя не по простой случайности. Ты нужна нам. И я… Что с тобой? — Алаия странно охнула, схватилась за сердце. Каким-то образом неизвестно как её постигло видение. Только оно было странное, необычное. Алаия будто переместилась тотчас в тюрьму «Тёмного Ворона». Вот она около решётки. Увидев мать, кинулась к ней и чересчур поразилась, когда костлявая рука женщины, дрожа от бессилия, потянулась к её.

— Алаия, — хрипло зашептала её мать, — дочка, помоги мне. Ты… должна помочь мне. Ты нужна мне. Они убьют меня, — слова давались ей с трудом, в конце она вообще зашлась продолжительным глухим кашлем.

Девушка очнулась от видения и увидела перед собой склонившегося Аквилона.

— Ая, что ты видела? — он держал её за руку, осторожно поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони. Девушка рывком поднялась, схватила сумку.

— Маму, — грубо ответила она и побежала к выходу. — Потом всё расскажешь. Я спешу!

Аквилон даже не догадывался, к какой беде она спешит. В голове целый день вертелось «Маму». Он никак не ожидал, что вечером в академии окажутся служащие «Ворона».

========== Глава 5 ==========

Сумерки сгущались стремительно быстро. За окнами прощальным хором шелестела листва. Снова брызгал унылый дождь и мелкими штришками-пунктирами мазал стёкла. Аквилон сидел в своём любимом кресле и задумчиво щёлкал ручкой. Он смотрел в окно, наблюдал, как бушующий ветер во тьме улицы срывает пожелтевшие листья. Что-то было не так. Из груди не вырывалось чувство, что что-то произойдёт. Мужчина тяжело вздохнул и, запрокинув голову на спинку, встретился взглядом с потолком. Одним движением руки он выключил ярко режущий свет и магией зажёг свечу на рабочем столе. Так-то лучше. Мягкое пламя свечи и его трепыхание успокаивали совсем немного. Ровно на столько, чтобы не мучить себя слепыми догадками. Ак устроился поудобнее, закинув ноги на подоконник, и прикрыл глаза, вспоминая разговор в столовой. Девчонка больше не попадала в его поле зрения этим днём. Может, у неё что-то случилось или просто испугалась? Нет, нет, нет. Это всё то видение. Что-то сильно беспокоило её после увиденного. Ая слишком эмоционально переносила возможности своего дара. И между тем бунтарка ещё та, думалось ему. В памяти было свежо забавное воспоминание о её неумелой конспирации.

— Как же она похожа на тебя! — с лёгкой полуулыбкой мечтательно пробормотал он в потолок, кому-то улыбнулся и тут же хмуро поддался невесёлым мыслям. О человеке, который, скорее всего, был давно на небесах.

Маг долго боролся с собой, решая заглянуть к Алаие перед сном или встретиться завтра. Противовесом и перевесом сыграло банальное нетерпение. Аквилон уж было поднялся, как в кабинет с еле сдерживаемыми слезами и воплями ворвалась Терра.

— Господи-ин! — жалобно запричитала она, подбежав и врезавшись в уголок стола округлым боком. Свеча дрогнула, и пламя мимолётно погасло от напористого вихря. — Г-господин, там это. Ну, эти, как их там?

— Терра, не мямли. Выражайся яснее, — с суровой строгостью он воззрился на свою служанку.

— К нам из тюрьмы п-пожаловали. Говорят, срочно н-нужно поговорить с главным.

У Аквилона всё внутри заледенело. Предчувствие не обмануло. Он тут же сорвался с места и полетел по ступенькам вниз, где ждала его неизвестность, что-то плохое. Радостными вестями точно не светило.

Всё вело к неизбежным событиям.

Меркурис взволнованно маячил около лестницы, возмущённо поглядывая на двух тюремщиков в чёрных плащах. Их фигуры угрожающе-опасно стояли на одном месте и за всё время ожидания не проронили и слова. Аквилон застыл, удержавшись от порывистого вздоха. Его заметил Мерк и с отчаянием воскликнул:

— Ак, ты в курсе, что происходит?!