Страница 12 из 28
- Понял, – кивнул испанец, разглядывая три медальона размером с мелкую монету. На каждом виднелся перечеркнутый пополам круг.
- Носить под одеждой, не терять и не дай Бог отдать кому-либо взамен на другой амулет. После возвращения сдать мне.
- Потому что в чужих руках эти вещи помогут тебя отыскать или и вовсе послужат оружием.
- Верно.
Армандо кивнул.
Вообще за время плавания он успел разобраться кое в чем по колдовской части, во –первых, исходя из фразы «врага нужно знать», во-вторых ради банального практического применения. Стая русалов, решившая взять «Марию» на абордаж, шебека с экипажем из карибских коренных демонов и торговый испанский караван, который пришлось оборонять от неприветливого духа бури, оказались неплохим поводом расширить кругозор. Конспект «Магические твари Нового света» был изучен испанцем от корки до корки, а лекции Уолтер читал прямо на палубе, после боестолкновений, вместо указки тыча в химерические тела своей тяжелой шпагой.
Капитан подождал, пока маг нарежет с края листа кожи тонких ремешков, и подвесил амулет на шею. Может быть, ему показалось, но на миг тело словно прижало к палубе невидимой ношей. Затем все прошло.
- Я посещу здешние… требующие внимания места, – сообщил Уолтер. – Возможно, смогу добыть некоторую информацию. Возможно, нам придется снаряжать экспедицию вглубь континента…
- Как, если твое колдовство работает только шесть часов?
- Губернатор не был бы в восторге, если бы ты опоздал на званый обед, верно? – Прищурился колдун. – Вот потому и работает амулет, созданный за десять минут почти на колене, не так уж долго. А способ длительно решить проблему ваших отношений с земной твердью я найду позже.
Армандо проклял свой длинный язык (мысленно), и извинился (вслух). После чего встал, забрал остальные три «пропуска на сушу» и вышел, пожелав своему магу удачи. В конце концов, до сих пор Уолтер не раз проявлял свою лояльность и мастерство, так что обижать его злым словом не стоило…
На пути к губернаторскому дому дэль Морено с интересом оглядывался по сторонам. Посещать Каратаску ему довелось лет пять, может быть – даже семь назад, и город не то чтобы изменился, но подрос. Задумавшись, сколько же лет они провели в плену треугольника, капитан почти столкнулся с невысокой рыжей особой. Особа сделала попытку избежать столкновения, но длинное платье лишило ее маневра, и, споткнувшись, барышня все-таки почти упала Армандо на грудь. Капитан, разумеется, подхватил эфирное создание, поставил ровно и принес ему свои глубочайшие извинения. Девица таковые приняла, обворожительно улыбнулась и поспешила прочь.
Сделав три шага по прежнему курсу, Армандо дэль Морено вспомнил описание Элизабет Кедвард, обозвал себя кретином, которого стоило бы приставить мыть гальюн, и кинулся в обратную сторону. Но, увы – рыжая девушка с карими глазами, невысокого роста, возможная похитительница «Книги проклятий», уже успела раствориться в толпе. Капитан нелестно помянул женский род в целом и конкретную ведьму в частности и отправился развлекать губернатора Хуана Переса рассказами о своих похождениях. На крыльце резиденции, перед согнувшимся вдвое управдомом ему пришло в голову, что, возможно, избежать диалога с ведьмой поспособствовали высшие и вполне добрые силы. Побоище с метанием огненных шаров в исполнении Уолтера он уже видел, а как противодействовать им – пока не представлял.
Губернатор оказался усталым, словоохотливым человеком, любимой темой которого были жалобы на тяготы своей должности. Фраза «Быть губернатором этой чертовой колонии – сущее наказание, капитан!» прозвучала, по крайней мере, раз десять, в разных вариациях. О морях и абордажах он расспрашивал, как и было обещано, с интересом, но особенно оживился, когда вошла миловидная девица с бледной кожей истинной аристократки.
- Счастлив представить, капитан. Моя дочь, Крузита. Отважный капитан Армандо дэль Морено, лучший охотник за пиратами во всей Испанской Империи!
Девушка улыбнулась, присела в реверансе и немного театрально расширила глаза:
- Приятно познакомиться! Так значит, вы и есть тот самый героический страж морей, денно и нощно оберегающий добрых моряков?
«Героический страж морей, который проваливается сквозь причалы,» – мрачно думал Армандо, в то же время улыбаясь счастливой девичьей болтовне, – «И совершенно не горит желанием оказывать девице знаки внимания.»
Сейчас он предпочел бы отыскать в городском бурлящем котле чернокнижника и поведать ему о встрече с рыжей ведьмой, а в воздухе, тем временем, отчетливо запахло апельсинами – плодами дерева любви и счастья. Надежды на особенно скорое окончание визита не предвиделось.
“Главное,” – решил для себя капитан, – “не превратиться в Золушку и успеть сбежать до того, как разрядится амулет.”
====== Путеводная шляпа ======
Амулетных лавок в Каратаске Уолтер нашел три с половиной.
Три из них традиционно пахли сладкими благовониями, их продавцы были, что называется, «в теме», но ничего путного из себя выдоить не смогли. Где искать рыжую ведьму не знали и серьезными фолиантами не интересовались. Здесь, как везде на испанской территории, все-таки побаивались охотников на ведьм.
За половину можно было принять прилавок, у которого переминался с ноги на ногу молодой бес.
Бесы не отличались умом, в полную противоположность собратьям-чертям, и служили в основном на побегушках, или на работах тяжелых, требующих минимум ума и максимум физической силы. Некоторые известные чернокнижнику личности вообще принимали их за эквивалент черных рабов. Иногда – в университетские времена, – Уолтер задумывался завести себе слугу-беса…
- Чем торгуешь, любезный? – спросил он просто для начала разговора, приглядываясь к разложенным вещицам – в основном, простеньким амулетам отведения шторма, попутного ветра, всевозможным конкретным компасам и антипохмелинам.
- Дык это… вот, – развел руками бес.
- Дребедень всякая, – кивнул маг. – А хозяин твой где?
Ставить беса в качестве продавца мог решиться либо сильный маг, уверенный в том, что вещи, или прилавок, или пальма, под которой он торчит, способны сами оберечь товар от воровства, либо очень слабый маг, каковые торгуют в основном не амулетами, а сведениями. И в том, и в другом случае кандидатура подходила.
- Там, – ткнул пальцем бес на противоположную сторону площади, где стояла таверна. – Только он с утра сердитый. Дерется…
- Как он выглядит?
- Дык… как всегда…тощий… в шляпе.
Уолтер задумался, хватит ли ему такого краткого портрета, и решил, что хватит. В таверне за обеденным временем было довольно пусто, и искомый персонаж в шляпе отыскался в один взгляд, но вид его чернокнижника не особенно порадовал.
Маг был стар. Очень стар, очень тощ и очень-очень-очень пьян. Настолько, что не замечал не только собрата по цеху, но и подбирающегося к нему вышибалу.
Не дожидаясь развития конфликта, младший Балор подошел к старику и бесцеремонно уселся напротив. Вышибала, слоноподобный парень с маленькими глазками под козырьком бронебойного лба, временно завис.
- Профессор? – обратился Уолтер к нетрезвому соседу, наудачу.
- Мя? – в стиле Балора старшего откликнулся старик, пытаясь сфокусировать на пустой кружке разного цвета глаза.
- Вы меня не припоминаете?
- Ты ва-аще… что за крака… крока… куро-катица?
Над старым магом снова нависла грозная тень вышибалы.
- Когда-то вы преподавали нам изящную словесность, – улыбнулся чернокнижник. Он и сам не мог сказать, зачем ему именно этот забулдыга, но что-то в старике было важно. Настолько важно, что ради этого (понять бы еще, чего) стоило вытерпеть пару нелестных имен.
- Славе… солове… а-а, словесность? Под гнетом синих волн больные души стонут, закованные в сталь пучины глубины… – без малейшей запинки выдал старик.
Уолтер почувствовал, как по спине пробежал холодок. Когда-то маг был очень силен, а теперь, утратив силу и опустившись, доживал век в таверне. Нерадостная картина для любого, потратившего часть жизни на постижение сложной науки.