Страница 11 из 28
- На самом деле все не так страшно. По крайней мере, с Каратаской. Если там есть амулетчики, а они там должны быть, наверняка господин обладатель экземпляра номер два для них потрудился. Добыть любой амулет его работы – и отыскать по компасу.
- Если книга не уничтожена и не зарыта в каком-нибудь тайнике. А нельзя найти самого автора?
- Можно. В могиле в Старом свете, – уточнил Уолтер.
Армандо проворчал что-то не слишком вежливое, и вскинул на мага глаза.
- Так что, идем на Каратаску?
- Похоже на то, – согласился Уолтер. – А по дороге, если попадутся, никто не помешает тебе гонять пиратские корабли.
- Скорее всего попадутся, – пожал плечами капитан. – А также могут попасться французские и британские военные корабли. И эскадры.
- Так! Вот с эскадрами пока повремени. Вы, конечно, малоуязвимы, но собирать в одно целое чьи-нибудь клочья у меня пока нет желания. И еще, очень настоятельно прошу…
- О чем? Не трогать твоих соотечественников?
Уолтер удивленно распахнул глаза, понял, о чем речь и отмахнулся:
- Английские корабли? Да пропади они пропадом, не о них речь! Я имел в виду не нападать на корабли, которые явно принадлежат нелюдям. Не нарываться на альвов, гномов, русалов и прочую странную публику, потому что эти умеют убивать проклятых, и совершают сие профессионально. Ясно?
Армандо смотрел на чернокнижника как-то излишне серьезно, почти мрачно, и с непониманием.
- В чем дело?
- Не знаю… – Медленно ответил испанец, задумчиво огладив узкую бородку. – Иногда мне кажется, что ты… прости, мой друг, но не отличаешься от любого знающего свое дело человека. Ты верен слову, отважен, готов рискнуть своей жизнью ради других… Но иногда ты проявляешь такое чудовищное равнодушие, на которое способен разве что демон. Я пытаюсь понять… как ты жил. Что ожесточило твое сердце? Людская жестокость? Давняя обида? Кровная вражда?
Уолтер медленно впустил воздух в легкие и так же медленно выдохнул. Не то, чтобы вопрос задел его, но ранее никто из знакомых подобного не озвучивал. Впрочем, более или менее ближние знакомые были магами или магическими тварями, а случайные – в основном женщинами.
- Такие как я, мой друг, – невольно повторив обращение испанца, ответил чернокнижник, – всю жизнь носят невидимую маску, поскольку снявшего ее закует в цепи святейшая инквизиция. Мы – тени. Люди, которых нет. А потому и привычные тебе границы королевств имеют для нас слишком мало значения – разве что по количеству полыхающих меж ними костров.
- Но разве… разве магия так… необходима?
- А разве не обойдешься ты, как далекие предки, небесными светилами для проложения курса? Не обойдется ли повар без заморских приправ, корабел без бакаута, а ювелир без самоцветов из дальних земель? Да. Обойдется каждый, но только мир от воздержания станет серым, а прогресс остановится. Кто-то должен совершать первый шаг. Во всем.
- Даже если это противно воле Господа?
- Господь – творец, – задумчиво проговорил Уолтер. – Первый творец, полагавшийся лишь на внутреннее желание и дар. Он был самым первым. Но чтобы повторить, размножить и раздать по протянутым рукам нужен не творец, а мастер. Тот, кто пришел вторым. И магия … магия и чудо, мой друг – разные вещи. Чудо – единично, его может сотворить кто-то один. Но то, что повторят многие, тут же превращается в мастерство. Вот поэтому… – он вздохнул и улыбнулся, – люди и приписывают магию Дьяволу.
- Разве Дьявол не предал Господа своего из недостойной зависти? – Армандо говорил горячо, но в то же время осторожно, словно ожидал вспышки гнева.
- На этом вопросе долго ломали копья именитые теологи, не мне чета, – так же мягко ответил чернокнижник. – Иногда мне кажется, что Творец и Мастер вовсе не в ссоре, просто играют в игру, недоступную нашему разуму, как шахматы неясны трехлетнему младенцу… Но это всего лишь мысли не самого сильного в мире мага. Скоро поднимется ветер, а к ночи нас может нагнать шторм…
- Тогда в путь, – улыбнулся в ответ капитан. – Курс на Каратаску. Сколько я понимаю, шторма “Мария” тоже перестала опасаться?
- Не забывай, – назидательно поднял палец Уолтер, – твой корабль все еще боится ураганов, твои люди все еще мучаются от ран, а ты все еще проклят. Но утопить «Марию» сложнее, зарубить команду куда сложнее, а снять проклятие с тебя…
- Ты рано или поздно сумеешь, – рассмеялся Армандо. – Постарайся выспаться до того, как начнется болтанка. И так уж и быть, я не стану присылать Гарсию.
- Мня, – вздохнул кот, как только за капитаном закрылась резная дверь с витражом. – Мниспанская мнядуза…
- Он не медуза, Балор, – прикрывая глаза, ответил чернокнижник. – Даже не представляю себе человека, которого можно было бы назвать медузой в меньшей степени. Тяжко ему должно приходиться… иногда.
====== Коварство земной тверди ======
Неприятности – вернее, сюрпризы, – начались с момента, когда «Мария» подошла к причалу.
Впрочем, Армандо почти не удивился, увидев приближающуюся к фрегату шлюпку с яркими испанскими мундирами.
Спустя пол часа он уже готовился к аудиенции местного губернатора, наслышанного о героическом охотнике за пиратами и пожелавшего встретиться лично. Спустя еще минут двадцать, в узорной кирасе поверх камзола капитан ступил на причал и…
Первым впечатлением его было, что не выдержали доски, потому что перед лицом сперва промелькнул их изъеденный морем край, а потом вокруг оказалась вода. Проклиная все и вся, испанец выплыл на поверхность, выплюнул соленую жидкость и с полным непониманием уставился на абсолютно целый помост над своей головой. Рядом бултыхался такой же растерянный лейтенант Лезаро, и четверо бойцов из абордажной команды.
Попытки каким-либо образом попасть на причал результата не дали – у всех шестерых руки проходили сквозь конструкцию, как сквозь воздух. Покрыв неповинное строение замысловатым испанским матом, капитан вынужден был плыть к борту фрегата и орать, пока их не заметили и не выловили.
На его счастье, Уолтер еще не успел сбежать в город. Появившись на палубе, маг с трудом удержался от смеха, созерцая очень мокрую, очень злую и очень обиженную делегацию. К его чести, от явного смеха колдун все-таки удержался, иначе капитан, пожалуй, опозорился бы вторично, учинив на палубе безобразную драку. Выровняв дыхание, маг провел три практических эксперимента, попросив ступить на коварные доски последовательно того же Лезаро, затем доктора Хосе Гарсию и, наконец, кока. Выкупались все. Чернокнижник задумался, потер переносицу двумя пальцами, и ушел в каюту. Остальные участники планового и непланового купания тоже разошлись приводить себя в порядок.
Спустя час кипящий от злости капитан постучался в дверь колдуна. Впрочем, услышать что-то за мерным стуком, доносящимся изнутри, вряд ли было возможно, а потому Армандо вошел сам.
Уолтер стоял над столом и с чеканил нечто на кругляше из меди.
- Десять минут, – не ожидая вопросов, отрезал он, – и четыре человека смогут сойти на сушу. У остальных, к сожалению, выйдет только то, что случилось с тобой.
- А почему оно со мной случилось? – уточнил капитан. – Опять проклятие?
- А чего ты хотел? – вопросом на вопрос ответил чернокнижник. – В конце концов, погибали вы в море, а не на суше, и земля вполне вправе считать вас призраками, а потому отказывается носить. Хорошо еще, что вы ступили на причал, а не песок к примеру. Сдается мне, выкапываться пришлось бы дольше.
- Еще не хватало!
- Зато теперь мы знаем негативное проявление проклятия. Поверь, если бы вы выглядели, как призраки, или как утопленники, было бы куда хуже.
- Ладно, согласен. И что делаешь ты?
- Амулеты, которые… назовем это «замаскируют вас от взора земли». Только учти, работать они будут не слишком долго, часов шесть и не более. И лучше, если вы обойдетесь пятью часами высадки. Не думаю, чтобы твои набожные соотечественники восхитились, когда прославленный капитан просто провалится сквозь землю на их глазах.