Страница 4 из 11
— Потому что ты не пьешь, — сказал клоун, гримасничая, и ловко сунул девушке в рот чайную ложку с киселем. Сладкая, с кислинкой вязкая жидкость приятно обволокла, смягчая слизистую. Вера вздохнула и сглотнула.
Вкусно.
Она не запомнила из тумана высокой температуры, о чем пел клоун. Слушала и не воспринимала слов, слабенько улыбалась, хрипло кашляла, открывала рот и глотала, глотала, не считая ложечек, а потом устала и незаметно заснула, убаюканная мелодией.
Девушке снились глаза клоуна, обведенные гримом — большие, тепло-карие и печальные, в густых, пушистых, загнутых темных ресницах, синее, перечерченное высокими перистыми облаками небо и летящий в нем самолет.
***
Спала Вера на удивление крепко и долго и проснулась утром, к пересменке медсестер, пусть и очень слабой, но с ясной головой. Возле кровати, на стуле, скрестив в щиколотках стройные ноги в бахилах, сидел запакованный в маску, халат и шапочку Кир, читал книгу в твердом коричневом переплете. Названия девушке было не видно.
Понаблюдав за братом пару минут, Вера соскучилась.
— Кир, — окликнула через накативший кашель. — Пить…
Кир подскочил, роняя книгу, и метнулся к сестре. Помог ей приподняться, поднес ко рту граненый стеклянный стакан. Вера обхватила саднящими губами торчащую из стакана трубочку и маленькими порциями потянула в себя прохладную, подкисленную соком лимона воду. Жажда утихала с каждым сделанным глотком, в животе смутно засосало нечто, похожее на голод.
— Спасибо, — поблагодарила девушка, отстраняя воду неверной, норовящей упасть обратно на одеяло рукой, и попросила, поводив носом из стороны в сторону — зачесался вдруг: — У нас куриная пюрешка есть в баночках? Я бы поела…
Уверенный, что сестра обманывает и, едва попробовав, равнодушно отвернется, Кир, тем не менее, кивнул, ловко смазал ей потрескавшиеся губы вазелином и полез в тумбочку за детским питанием. Девушка изрядно удивила мужчину, бодро умяв стопятидесятиграммовую баночку целиком.
— Устала, — прошептала, покончив с последней ложкой, смежая веки и отдыхиваясь. — Хватит…
Но не уснула — выспалась ночью, просто лежала молча. Потом спросила:
— Кто он, этот клоун? Твой парень?
Кир растерялся, замешкался с ответом, и Вера довольно улыбнулась.
— Я буду рада, — сказала, перекатив к брату голову и широко распахивая засиявшие тихим счастьем глаза, — если он снова придет. Когда сможет, не обязательно сегодня или завтра.
Девушка чуяла — так нужно, и связывала брата и кареглазого парня, имени которого пока не знала, дополнительной нитью. Пусть у Кира появится на земле кто-то дорогой, кроме мамы и сестры, прежде чем она умрет…
В заменяющее стену над кроватью, справа от больной, смотровое окно постучали, Вера повернула голову на звук и увидела Толю. Парнишка сидел в коляске, наклонившись корпусом вперед, ладони на стекле.
Влюбленное Верино сердце мучительно-сладко замерло на миг и забилось в груди часто-часто, погнало по сосудам живее кровь. Толя встал с постели, ура!
Подняв правую, весящую, казалось, тонну руку, девушка приложила ладонь к стеклу там, где с внешней стороны его касалась левая ладонь Толи и успокаивающе улыбнулась другу.
— Мне лучше, — проговорила беззвучно, уверенная — Толя прочитает по губам, — люблю тебя, - и продолжила, вновь лишь губами, зная – давно выучивший это стихотворение наизусть Толя повторяет следом:
Вокруг, куда хватает глаз
Сияют звезды. Просто небо
Упало вновь, в который раз
И вышла сказка, чудо-небыль.
Огней, огней мерцает море,
Их можно трогать. И луна
Согрела холодом ладони,
Округлой тяжестью полна.
А если б небо не упало,
Сейчас грустили б в темноте.
Как надо нам порою мало:
Лететь со звездами к мечте…
Замолчала и торопливо смахнула замерцавшие на ресницах искорками слезы.
Давящийся тошнотой Толя покивал, ответил «люблю» и послал через стекло воздушный поцелуй. Ему разрешили покинуть палату всего на десять коротких минут, пора возвращаться обратно. И Киру пора — на работу.
Плохо одной, скучно…
Комментарий к
М.О - морфий
========== Часть 3 ==========
Планируемый Олегом и Киром совместный поход в кино, в качестве первого свидания, сорвался — Киру позвонили из больницы, срочно вызвали к сестре. И чем думал Олег, согласившись на предложение Кира поехать в онко-центр вместе? Явно не головой. Что-то перевернулось у парня внутри, когда он услышал — Вероника в тяжелом состоянии и может не пережить ночи. Душа? Сердце?
Сдернув с крючка не возвращенный Олей в театралку костюм клоуна, Олег, путаясь в рукавах и штанинах, напялил его, водрузил на голову рыжий парик, торопливо нанес клоунский грим и спустился к ждущему у подъезда Киру.
Тот не сказал ничего, только посмотрел странно, искоса и распахнул перед Олегом дверцу машины.
А дальше понеслось само — небольшой бокс с застекленной стеной, в нем — до предела истощенная, распластанная на кровати лысая девушка-подросток, не узнающая брата, захлебывающаяся кашлем, с кислородной маской на землисто-сером остроскулом личике. Врач, заломивший руки и умолявший накормить ее теплым малиновым киселем. Медсестра с печальными, тусклыми глазами, меняющая мешок капельницы. И, разумеется, Кир, хмурый и молчащий.
На кухне у Олега мужчина был совсем другим — смеющимся, шутящим, легким и притягательным.
Что нес Олег Веронике, какие чудом всплывшие в памяти обрывки детских песенок напевал, запихивая в девушку ложку за ложкой? Больная слабенько улыбалась, лепетала нечто невнятное и глотала, глотала, пока незаметно не съела целую чашку. А потом вдруг смежила веки и задышала глубоко и ровно — заснула сразу и без предупреждения.
Олег аккуратно поправил бедняжке подушку, выпрямился, промокая рукавом слезы, и тут Кир его обнял. Привлек к себе, жадно накрыл рот губами, вцепился пальцами в плечи, будто утопающий. Оттолкнуть мужчину парень не смог, да и не хотелось, ответил исступленно и страстно.
Сколько времени они целовались над спящей девушкой, Олег не знал — утонул. В запахе Кира, во вкусе его слюны, в ощущении под ладонями крепкого мускулистого тела и излучаемых мужчиной, буквально осязаемых волнах боли и отчаяния. Пожелай Кир трахнуть парня в боксе, он бы не воспротивился — перестал соображать. Но Кир не пожелал — опомнившись, оттолкнул Олега и смущенно затрепетал ресницами.
— Прости, — выдавил, пытаясь выровнять сбившееся дыхание и поспешно одергивая вниз задранную в процессе взаимных ласк до подмышек футболку. — По-моему, мы творим хуйню. Не здесь и не сейчас. Это не то место.
Олег лишь тупо моргал, облизывая успевшие опухнуть, пересохшие губы.
Кир утешающе хлопнул его между лопаток, повторил «прости» и выметнулся из бокса в коридор, терзая ворот футболки — мужчине не хватало воздуха.
Немного придя в себя, Олег последовал за ним.
— Куда теперь? — спросил, беря Кира за руку. — Ко мне, к тебе?
Кир покачал головой.
— Не сегодня, — буркнул, впрочем, не отстраняясь. — Настроения на секс нет.
Настаивать Олег не стал, хоть и почувствовал себя обманутым.
— Ладно, — согласился парень, пряча разочарование. — Тогда по домам. Подожди в лобби, в туалет заскочу, грим смою…
В машине Кир упорно молчал, прятал взгляд. Углубившийся в невеселые мысли Олег не следил за дорогой и очень удивился, посмотрев, когда машина резко остановилась, в окно и обнаружив, что местность ему совершенно не знакома. Какой-то небольшой темный дворик явно заброшенного дома, густо разросшиеся кусты цветущей сирени…
— Ты куда меня привез? — парень недоуменно нахмурился и подобрался, пугаясь, готовый дать отпор.
Кир загадочно сощурился, не выпуская руля.
— Если я признаюсь тебе, — вздохнул, повернувшись корпусом к замершему, не понимающему происходящего парню, — что мечтаю отсосать у клоуна, ты мне поверишь?