Страница 9 из 180
– Он сказал мне, что ты мертв, Тиуран, – буркнул Мит.
«Ты просто не понял его шутку», – возразил убитый Ранкиром рыжий бард.
– Снова беседуешь с Допом? – поинтересовался Ачек, оторвавшись от созерцания Донкара. – Мало мне было Тормуны, так теперь еще один сумасшедший…
– Что за бред ты несешь? – прорычал убийца. – Просто дай мне то, что я хочу, и оставь меня в покое!
Той ночью они заключили между собой договор. Ранкир рассказал Мертвой Руке о даре Нгахнаре – кровавом безумии, в котором он превращался в черный дым, обретал нечеловеческие возможности и скорость, убивал всех на своем пути, повинуясь законам жатвы багрово-черного владыки. И тогда По-Тоно предложил ему сделку – сила, дарованная смертью воплощенной, в обмен на информацию о местонахождении ячеек Синдиката. Осознав собственную неспособность обнаружить верхушку преступной организации, не говоря уж про самого босса, которого он и видел-то всего раз в жизни, убийца согласился, и в ту же ночь Ачек гениально развернул широкую агентурную сеть из наиболее талантливых сектантов. Недаром он так быстро дослужился в Тайной канцелярии до агента, несмотря на молодость и марийское происхождение. Нельзя сказать, что Ранкиру приносили удовольствие бесконечные смерти вокруг него, но это была единственная возможность отомстить за Тиру, за разрушенный идеальный мир, за лучшее будущее. Или прошлое?..
– Где я? – спросил Мит, очнувшись в постели.
Тиуран Доп пожал плечами и пошел по лестнице, ведущей на потолок. Скинув с себя тину, убийца выбрался из болотной лужи. Мимо него неторопливо проходили смутно знакомые люди, направляясь прямиком в топь. Они тонули в чавкающей жиже и смотрели на Ранкира. На их лицах застыли улыбки.
– Еще рано, спи, – ответил рыжий бард, спускаясь с потолка.
Он нес с собой пустую бутылку медовухи из Спасения. Убийца узнал ее. Шум катящейся по дощатому полу бутылки до сих пор стоял в его ушах, напоминая об ужасных событиях в городке, затерявшемся среди илийских лесов.
– Откуда она у тебя? – спросил Ранкир, с трудом ворочая распухшим языком.
– Что? А, это, – Тиуран нахмурился, копаясь в недавних воспоминаниях. – Нашел. Хорошая бутылка, ровная. Стеклодувы постарались на славу.
– Откуда? – выкрикнул убийца, вскакивая с кровати.
– Наверху нашел, – ответил бард, удивившись реакции друга. – Рядом с трупом Салдая. Ты чего так разволновался?
– Салдая Рика? Который был моим наблюдателем, когда я работал на Синдикат?
Обессилев, Ранкир упал на колени. Болото не упустило такой возможности и жадно проглотило его ноги. Спохватившись, убийца поднялся и перешел на твердый пол комнаты на втором этаже таверны в Спасении, до которой пришлось долго идти по каменным мостовым Донкара. Яркое солнце за это время дошло до зенита, немного повисело в нерешимости и стало клониться к северу, куда его сдувал ветер.
– Южный ветер… – пробормотал Мит, заметив странный закат. – Дорана, ты знаешь что-нибудь про южный ветер?
Дочь Ванара смутилась и отрицательно помотала головой. В руках она несла переломанные ноги Паланы, от которых избавил свою жену любящий сапожник.
– Я тоже ничего не знаю, – сказал убийца и обратил внимание на ее ношу. – Тебе не тяжело? Давай мне три, а ты две оставшиеся понесешь. Раз я твой названный муж, то давай хоть поддержим видимость…
Взяв у сияющей счастьем Дораны три сильных и красивых ноги ее матери, которая до начала гражданской войны была танцовщицей, он побрел дальше.
– Почему ты молчишь? – поинтересовался Ранкир, когда тишина проселочной марийской дороги начала давить ему на голову.
– Просто не могу понять, зачем ты тащишь их с собой, – ответил Тиуран, кивнув в сторону трех весел в руках убийцы.
– Мы поплывем.
– Почему их три?
– Кого?
Доп достал кружку и налил в нее медовуху из пустой бутылки.
– Держи, ты плохо выглядишь, – обеспокоенно произнес бард, поднося ароматный напиток стоящему на коленях Миту.
Болото засосало его уже по пояс. Не помогали даже отполированные сотнями ног крепкие доски таверны в Спасении.
– Название-то какое интересное…
– Я не молчу. Просто не знаю, что еще сказать, – мягко возразила Дорана и смутилась еще сильнее. – Я рада, что ты с нами.
– У тебя доброе сердце, – улыбнулся Ранкир.
– Спасибо…
– И нежное. Теплое, мягкое сердце, – перечислял убийца, аккуратно ощупывая его внутри груди дочери сапожника.
– Так кому третье весло? – не отставал Тиуран, шагающий рядом с другом по каменной мостовой Донкара.