Страница 34 из 98
Несколько мгновений царила тишина, после чего Чанёль расхохотался и навалился всем телом на племянницу, едва не раздавив.
— Чего ржёшь? — скинув с себя одеяло, огрызнулась Сурин.
— Ты ревнуешь, да? — смеялся до слёз Пак. — Глупая милая Сурин!
— Почему глупая-то?!
— Потому что если я и приведу в дом женщину, это явно будет не Джунха!
— А у тебя есть кто-то на примете?
— Неа, — продолжал потешаться Чанёль.
— А с тем, что после женитьбы сдашь меня в приют, ты не хочешь поспорить?
Неожиданно мужчина перестал смеяться и от его пронизывающего взгляда по спине Сурин побежали мурашки. Она успела сто раз пожалеть о своих словах, прежде чем Чанёль ей ответил.
— Я хочу, чтобы ты мне доверяла. Я взял тебя в свой дом и я тебя не выгоню. И ты должна мне верить, если хочешь, чтобы мы были настоящей семьёй.
— Я тебе верю, прости, — поспешно кивнула Сурин. — И, конечно, можешь завтра идти отдыхать. Только будь осторожен.
— Не беспокойся, мамочка, я уже взрослый мальчик, — вновь повеселел Чанёль и, подавшись вперёд, чмокнул племянницу в кончик носа.
— Ай! — фыркнула та, спрятавшись под подушку.
Спрыгнув с кровати, Пак дёрнул ручку двери и, пожелав на прощание спокойной ночи, вышел из комнаты.
— Спокойной ночи! — крикнула вслед Сурин и тут же смущённо потёрла место поцелуя ладошкой. — Взрослый, а такой дурак!
========== Глава 16 ==========
То и дело на каждой из улиц увязая в утренних пробках, Чанёль не испытывал ни капли раздражения. Да и как тут можно было злиться, когда осеннее солнце светило столь ярко и тепло? И когда над ухом восторженно стрекотала племянница, обсуждая всё, что попадалось на их пути. По радио фоном крутился новый хит, а в промасленном бумажном пакете, оставленном на заднем сиденье, дожидались своего часа сэндвичи с ветчиной.
Да, раньше Пак ненавидел домашнюю еду и предпочитал обедать в кафе на первом этаже, но сейчас всё поменялось. В этом было что-то непривычное, но до боли уютное — есть пищу, которую приготовили специально для тебя. Ну, а неизменный яркий стикер с пожеланиями удачного дня и приятного аппетита, откладывался на сердце ещё одной светлой полосой, которых в последнее время стало так много, что это начинало пугать.
Остановившись напротив школьных ворот, Чанёль заглушил мотор и с отеческой любовью взглянул на племянницу. Сурин ещё раз проверила карманы рюкзака, убрала подальше мобильник и уже потянулась к дверной ручке, как резко передумала. Мужчина даже отстраниться не успел, когда тёплые губы мазнули его по колючей от щетины щеке.
— Удачного дня! — громко пожелала девочка и выскочила из салона, со всех ног побежав к школе.
— И тебе, — заторможено пожелал Чанёль, коснувшись кончиками пальцев места поцелуя.
Непривычный к подобным проявлениям ласки, Пак ещё минуту находился в глубокой задумчивости, а затем кто-то нетерпеливо засигналил, требуя освободить дорогу. Чертыхаясь, мужчина завёл автомобиль и развернул его в сторону офиса.
Но на протяжении всего дня дурацкий утренний поцелуй не выходил у него из головы. Вот, правда, зачем Сурин это сделала? Она пересмотрела американских фильмов, где все вокруг целуются, словно это в порядке вещей? Или отца она тоже всегда целовала и для неё это всего лишь привычка и выражение благодарности? А что, если у девочки к нему чувства?!
— Чанёль, ты в порядке? — Ифань поставил под нос друга стакан с кофе и сел в кресло.
— Да, всё хорошо, — забыв снять крышечку, Пак ударился о неё зубами и сконфуженно покосился на друга.
— О да, всё лучше некуда, — закатил глаза Ву. — Ты на вечеринку идёшь или как?
— Иду конечно!
— Ну-ну. А то смотри, для именинника и его лучшего друга я пригласил лучших девочек! — довольно откинулся на спинку кресла Ифань.
— Боже, Ву, нам по сорок лет, а ты всё ещё думаешь о девочках!
— И что? Поверь, когда мне стукнет семьдесят, девочки всё равно будут продолжать течь по мне…
— Скорее, по твоему кошельку.
— Пак, что с тобой стало? Ты теперь такой скучный, — Ифань задумчиво улыбнулся и одним глотком допил кофе.
— Просто теперь я понимаю тебя. Ты же знатный кобель, аж самому порой тошно становится, когда гляжу на твои похождения. Но то, что касается детей, для тебя святое. И я теперь это чувствую — Сурин стала для меня очень дорога. Я хочу о ней заботиться, окружать уютом и теплом, чтобы она ни в чём не нуждалась. В ней же столько всего — от Чжесока, Еын, даже от меня. Как я могу её не любить? Она наполнила мою жизнь смыслом!
— Ты только не забывай о себе, дружище. Хорошо? Сурин взрослая девушка. Год, два, пять от силы и она найдёт себе парня, выскочит замуж, а ты к тому времени окончательно превратишься в старого индюка-импотента. Понимаешь, о чём я? Люби девочку, но о себе не забывай. Нужно поддерживать себя в форме. Так что сегодня только алкоголь, девочки и безудержный секс!
— Ты когда-нибудь повзрослеешь? — Пак прикрыл ресницы и сложил губы в подобии улыбки.
Присутствие друга всегда расслабляло и настраивало на нужный лад, но глухое чувство тревоги всё ещё не отпускало, а щёку жгло от наивного детского поцелуя.
***
Сурин сомневалась два урока — оценивала обстановку, следила за происходящим, взвешивала возможные последствия. Но когда на очередной перемене увидела свиту Мины, направляющуюся в её сторону, малодушно отправилась на поиски Сехуна.
О нашёлся под лестницей — сидел, уткнувшись в планшет и заткнув уши капельками наушников. Девочка села рядом, тут же ощутив странное спокойствие, словно оградилась от своих преследователей толстой стеклянной стеной. Сехун же, чуть помедлив, мазнул пальцем по экрану и поднял на одноклассницу недоумённый взгляд.
— Привет, — потянув за наушник, поздоровалась Ли.
— Виделись уже, — буркнул парень, выключив музыку.
Под лестницу раздражённо заглянула Мина, но увидев, в чьей компании находится Сурин, лишь криво улыбнулась.
— Се, я тебя по всей школе ищу! — девица потеснила Ли, сев рядом с парнем, и обняла его за шею. — Как дела, малыш?
— Что за дела, милая? — приторно улыбнулся О. — Ты, кажется, забыла, так я напомню. Мы расстались, золотце!
— О чём ты? Мы поссорились и…
— Нет, расстались.
— Да из-за чего? Потому что я не ставила тебе градусники, а провела вечер в компании подруг?
— Потому что тебе какая-то Оми дороже своего парня. И да, прости, но я не страдаю приступами мазохизма, как твоя подружка, так что нам не по пути.
— Это ревность, я понимаю.
Сурин поражалась непробиваемости Мины. Казалось, что она танк, который даже метко брошенная граната не способна остановить. Но Сехун тоже оказался не так прост, как ожидалось.
— Зай, либо ты спокойно принимаешь тот факт, что мы уже не вместе, либо об этом прямо сейчас узнает вся школа, — невозмутимо резюмировал О.
Несколько мгновений Мина молчала, после чего медленно развернулась лицом к Сурин. Смерив девочку пронзительным взглядом, полным ненависти и пренебрежения, она вновь обратилась к Сехуну.
— Она тебе что-то наговорила, да?
— Так, я пошёл сообщать новость…
— Стой! — Хан схватила его за рукав и усадила обратно. — Давай встретимся вечером и поговорим.
— Нет.
— Я всё равно позвоню.
Почти сразу после того, как Мина ушла, прозвенел звонок. Не говоря друг другу ни слова, Сехун и Сурин подхватили свои вещи и поплелись в класс. Уже на площадке второго этажа, отойдя к стенке, чтобы не оказаться сбитыми толпой спешащих на урок мальчишек, Ли обратилась к О.
— Она вчера подсторожила меня со своей свитой и угрожала. Не думала, что общаться с тобой настолько опасно.
— Хочешь под мою защиту? — парень был серьёзен, но в его глазах искрились смешинки.
— И что ты потребуешь взамен?
— Ничего особенного. Всего лишь стать звездой твоей статьи.
***
Оказалось, что проводить время с О Сехуном очень даже интересно. Ведь за один день Сурин узнала о нём больше, чем за несколько недель знакомства.