Страница 47 из 61
Меня несколько раздражало, что кроме как шаблонных фраз в голову ничто не приходило. Хотелось выглядеть несколько оригинально, но получалось как обычно.
От чего я не могу? Что мне мешает, если лучше момента не придумаешь? Неужели я не хочу этого? Неужели всё, что я делаю – показушничество?
Они оба встали со своих мест. Как и ожидалось, хотя это может быть лишь личным предубеждением и неприязнью, но предположить, что толстый предаст первым было проще простого и казалось логичным.
Мои предположения, насчёт протекания противостояния оправдались. Прошло некоторое время, пока они пытались создать в себе ненависть друг к другу, после чего начали перегруппировку, при этом, каждый из них, смотря на то, как оппонент подготавливается, считал, что только он и провоцирует нападение, а ему, наоборот, приходится защищаться. Испытав это, толстый наверняка нашёл оправдание тому, что взял предложенное оружие.
–Всё! На-до-е-ло!
–А-а-а!
Так я и знал. Мелкая сошка поднимает руку на командующего… Посмотрим…
Он пытается задеть другого, но совершает роковую ошибку, атакуя ножом сверху. Во-первых, ему и невдомёк, что такой тип лезвия никак не подходит для подобных атак, где выгоднее всего топорик, но хуже всего то, что, естественно, как сын настолько влиятельного человека, что даже я ни разу не видел его отца в лицо, обороняющийся не мог не знать некоторых способов защиты. Думаю, научить их своё детище такие считают делом чести. В один кротчайший момент, его руки неосознанно перекрестились, довольно ловко схватили атакующее запястье, после чего вывернули его на максимум по велению ярости. От перелома, по моим предположениям примерно в районе локтя, жирный лишился сознания. Я сморщился от неприятного хруста, но слегка похлопал в ладоши победителю, хотя и был раздосадован слишком нелогичным, по моему мнению, концом. Слишком коротко.
Или я не хочу продолжения?
–Браво. Поздравляю. Правда, поздравляю. Теперь добей его, пока не очнулся. Как друг или кто-там, чтобы сильно не мучился.
Долговязый мудак посмотрел на меня с весьма неопределённым видом, расшифровать который можно было бы как смесь страха, удивления, злобы и отвращения в примерно равных пропорциях.
–Честно говоря, я думал, что ты немного пониже. Я имею в виду рост. Ну да пускай. Не моё дело, не так ли? Работай. Или ты, или он, так ведь говорил.
Я подтолкнул его к действиям, путём направления, успевшего изрядно утомить руку пистолета в столь значимую для него часть тела на нижней его половине.
–Чего как вкопанный? Я ведь тебе, спасибо скажи великодушию моему, предоставляю широкие возможности выбора. Что? Где твоя смелость? Куда пропала? Как трахать всех подряд, впоследствии шантажируя их же, так ты горазд, а как дело дойдёт до чего-то более для меня привычного и имеющего более сильные для таких как ты преграды, так сразу спёкся? Как же так? Я чего-то не понимаю? Неужто не испытываешь удовлетворения убивая? Ни за что не поверю. Как же насчёт, взять к примеру, моей сестры? Хочешь сказать не смертельно или вовсе не ранил? В каком-то смысле верно, но поверь, я ведь как-то клал на твою болтовню. Считаешь, что оправятся и вроде как без последствий? Ошибаешься. Ты их тоже убивал. Не физически, но теперь они мертвы. Как люди. В моём понимании определения «человек». Не бойся – себя к этому числу себя не отношу. Я скорее похож на пожирателя… Зачем, для чего ты крушил их представления и мечты, если не ради удовольствия? Поверь, у каждой из них, как бы она себя не вела, была своя мечта. Своя фантазия, которая, очень даже вероятно, никогда не могла быть претворённой в жизнь, но не давала им понять, что жизнь на самом деле не такая забавная и интересная штука. Немного банально, но в голову не приходят другие примеры – кто-то из них представлял принца на цветном коне, кто-то какие-нибудь «высокие» отношения, а кто-то просто не мог найти себе друга, ошибочно полагая, что, если их будет окружать целая куча мнимых друзей и подруг, то они не останутся одни. Стоило ли ломать их фантазии?
Надо побыстрее с ним заканчивать. Долго тянуть тоже нельзя. Противно говорить с таким открыто.
–Думаешь я чудовище? Может быть. Только вот не совсем согласен. Просто я слишком рано потерял возможность фантазировать, представлять прекрасное для себя самого, но ни в коем образом не реальное будущее. Вот и пришлось притворять фантазии в жизнь. Искать им замену. Да, согласен, я не против принимать роль монстра, питаясь чужими страхами. Но и другой мне не было дано. Вернее, способности стать кем-то другим, конечно, существовали, но вот возможность их осуществить у меня украли, оставив только то, что ты сейчас видишь. Один день – и вокруг только такое дерьмо, как ты. Представляешь какого? Ну вот тогда-то я и решил, что мне всё равно. Что мне плевать. Однако, в моем случае, это было неизбежно в полной мере, ты же сволочь… У тебя полно денег, но ты всё равно заставлял их убивать себя. Для чего? Другого мотива я не вижу, кроме как ради удовольствия. Может быть именно поэтому я явился сюда, потому, поскольку ненавижу себе подобных? Собственную копию нельзя любить, ведь она рано или поздно заменяет тебя, делает менее значимым… Не знаю, ощущал ли ты там себя сильным или каким-то ловеласом, но чего ты теперь то замер? Давай, кончай с ним. Сделай то же самое, что и обычно, я даже тебе заплачу за это, если без бабла не тащит. Чего сложного? Мы ведь с тобой как родные братья. Я убиваю руками, ты же на расстоянии. Пришло время меняться местами…
–Я…
–Что, братик? Просишь помощи? Ну так и быть…
Умышленно не делая даже самой малой паузы, прострелил жирдяю бок. Пожалел, что не отвёл взгляд. Крайне неприятно смотреть, вернее додумывать невидимое глазу.
–Сойдёт? Это так, лёгкая демонстрация на скорую руку, что у тебя выбора нет. Дальше сам. И это, посмотри, навылет ли. А то меня давно мучал вопрос подобного плана. Кирпичи – они-то только кирпичи, сам должен понимать. Так-то куда интереснее.
–…
Нет, я заставлю тебя заплатить! Ни черта ты не понял…
–Быстрее кусок дерьма собачьего! Я же сказал, либо ты, либо он. Других вариантов нет.
Он повиновался.
Я заставляю его выполнить всё те же процедуры, что мне приходилось делать обычно, заставляю удалить его с аккаунтов всю информацию, включая переписки и медиа контент, оставляю заранее записанную на флэш-карту программу затирать жёсткий диск компьютера.
Да в подобных действиях нет абсолютно никакого смысла, поскольку, впоследствии, определить время смерти не составит труда хотя бы по тем свидетельствам, когда пропал жирный. К тому же, найти их будет проще простого, удаляй он информацию или нет, это ведь не один из тех одиноких ублюдков, с коими приходилось разбираться ранее. Не ответит на звонок – сразу же пришлют людей проверить. Но я желал растянуть время, пускай и в ущерб себе, как следует насладиться его страданиями, а также показать остальным, что стоит только попробовать дотронуться до моей сестры…
В голове вновь пробивается сквозь неопределённую по происхождению серую массу перед глазами мысль «что дальше?», вновь её откладываю.
Забираю у него деньги, включая его собственные «накопления». В сумме немного больше, чем утеряно. Во всяком случае, когда я прикидывал в уме лично мои «сбережения» и визуализировал их, то не получал столь плотно набитого кейса.
Наверное, от других получил. Ну и ладно, сами виноваты, раз повелись. К тому же, полагаю, это не единственная сфера его деятельности, приносящей доход. Его способ развлечься, унижая других, а наличность – лишь смутный повод.
–Я же говорил, что как братья? У меня такой же кейс.
Нет, всё-таки мы разные. Во многом похожи, но из нас двоих только у меня есть принципы. И я их не нарушил. Ни разу.
–Другой…
–Что?..
–К чему ты стремился?
–Я…
Проходит почти минута, но ответа нет. И быть не может. Им ничего не руководило. Ему доставляло поступать так удовольствие поэтому и делал. В его действиях не было смысла.