Страница 23 из 92
Германии для личных нужд большого количества различных ценностей. В этих
целях тов. Жуков, давши волю безудержной тяге к стяжательству, использовал
своих подчинённых, которые, угодничая перед ним, шли на явные
преступления…»
4 февраля 1948 г. приказом министра обороны Николая Булганина Жуков
был переведён на должность командующего Уральским военным округом и
отправился в Свердловск вместе с … часами, которые по его приказу были
сняты с оной из лютеранских кирх в Германии и которые комиссия у него
почему-то не реквизировала. Но в отличие от Александра Абрамовича
Айзенштайна городу он их дарить не стал, а передал втихаря. Мол, делайте с
ними что хотите.
Посовещавшись, свердловские товарищи решили надстроить здание
Горсовета, установив в ознаменование Великой Победы на нём шпиль, а в нём
часы, полученные от Жукова. Мастера Уральского электромеханического
завода эти часы отремонтировали и вскоре, как и ташкентские, они тоже стали
символом города. Правда, запустили их через 6,5 лет после ташкентских - 7
ноября 1953 года. И ещё никто из поляков или немцев возвратить их на
прежнее место пока не озвучил.
Символы на все времена
Следующий символ Ташкента – «чучело» – находилось совсем рядом с
первым, т. е. Курантами. Это была установленная на мраморный постамент
огромная, выполненная в совершенно не характерном для соцреализма стиле
модерн, голова Карла Маркса с развивающейся гривой волос и тугой бородой.
Но под этим именем, (которое, кстати, псевдоним – настоящее имя
апостола коммунистов Мозес Мордехай Леви), фигурировал он исключительно
в справочниках и путеводителях. А вот народ упорно называл основоположника
«чучелой» и реже «Карлой-Марлой». Естественно, символом он был не потому,
что написал «Капитал» и взбудоражил ниспровергателей размеренной жизни и
стабильности, а потому, что стоял в центре сквера, в котором обожали
встречаться влюбленные и футбольные болельщики.
Едва Узбекистан обрёл независимость, как голову основоположника куда-
то уволокли, а на её место водрузили бронзового Амира Тимура, более
известного, под именем Тамерлан, верхом на бронзовом же коне. Эту пару
отлили в Питере в мастерской вездесущего Зураба Церетели. Причём, что
удивительно – обе ноги у Тимура были и остаются одинаковыми, а ведь он, как
известно, был хромой. Но узбекские власти решили: наш национальный герой и
символ хромым быть не может! В отличие, например, от бразильцев, которые
ни капли не стесняются и не пытаются скрыть хромоту своего кумира - Мануэля
(Манэ) Франсиско дос Сантоса, более известного, как Гарринча (1933 – 1983 гг.),
считающегося лучшим правым крайним нападающим в истории футбола. А у
него, между прочим, кроме того, что левая нога была на 6 см. короче правой, с
детства был деформирован позвоночник, а ещё он страдал косоглазием. И
ничего! Бразильцы и миллионы футбольных фанатов во всём мире продолжают
им восхищаться и любить!
25 января 2010 года в Рио-де-Жанейро, около западной трибуны
стадиона «Ботафого», был торжественно установлен 2,5 метровый памятник
Гарринчи, работы скульптора Эдгара Дювивьера и все вышеперечисленные
недостатки в нём присутствуют. Хотя ташкентских товарищей понять можно.
Ведь в Ташкенте Тамерлан, т. е. Амир Тимур, никогда не был, а вот в
Самарканде, где он работал, основав империю Тимуридов, памятник ему
установили сидячий.
О двух других символах столицы Узбекистана – базаре в старом городе и
Алайском рынке в некогда, так называемой его европейской части – говорить не
буду, ибо, если кто, пусть даже мельком видел их – вряд ли забудет.
Единственно замечу, что Алайским рынок называется благодаря всеми ныне
забытому Алайскому походу.
В июле-августе 1876 года из Ташкента отправилась военно-научная
экспедиция, завершившаяся присоединением к Российской империи южной
части современного Кыргызстана. Руководил ею генерал-майор Михаил
Скобелев, впоследствии выдающийся русский военоначальник и стратег,
генерал-адъютант, участник не только Среднеазиатских завоеваний Российской
империи, но и Русско-турецкой войны 1877-1878 гг., освободитель Болгарии,
вошедший в историю под именем «белый генерал». В своём донесении от 23
октября 1876 года командующему войсками Туркестанского военного округа он
писал: «Каракиргизы, населяющие горную полосу, приведены в покорность,
между ними учреждено русское управление… Отныне эти кочевники, не
признававшие ничьей власти, русские поданные. Выяснилось положение наше
на Кашгарской границе. Покончены недоразумения с Каратигеном. Открыты
совершенно неведомые европейцам страны, причем нанесено на карту около
25 тысяч квадратных верст»25. Иными словами этот поход оказался настолько
плодотворным, что в его честь назвали улицу на тогдашней окраине Ташкента,
а потом и ставший впоследствии знаменитым рынок, который теперь
располагается в центральной части города.
Ещё один символ – парк культуры и отдыха имени Тельмана, который
был, пожалуй, самым уютным в Ташкенте. Официально его открыли в 1934 году,
но заложили ещё до революции. Раньше на этом месте располагался сад купца
Фридриха Дюршмитта, а рядом его имение с домом и хозяйственными
постройками. Фридрих Дюршмитт, обосновавшийся в Ташкент ещё в XIX веке,
являлся крупнейшим поставщиком в Европу бараньих и говяжьих кишок, а
также мясокостной муки. В 20-е годы сад передали республиканскому
техникуму лесного хозяйства, а позже преобразовали в парк культуры и отдыха.
А в доме Дюршмиттов разместилась музыкальное училище.
Здесь, в тени акаций, каштанов, лип, сосен и уксусных деревьев стала
регулярно собираться особая публика и царила особая, как говорила моя
приятельница певица Наталья Нурмухамедова, «интеллектуальная
атмосфера». Здесь в уютных и благожелательных павильонах всегда можно
было выпить кружку-другую прохладного пива, которое подавали в графинах и
заказать изумительный по вкусу шашлык. А, скажите, что может быть
прекраснее, когда ты ещё не обременен мыслями о холестерине, а о
существовании налоговой декларации даже не догадываешься?
Ещё с середины 70-х сюда стали приезжать чехи со своими
аттракционами, музыкой, гремевшей на всю округу, жвачкой, мягкими
игрушками, которым цена копейка, но которые было принято считать чем-то
особым, а ещё атмосферой далёкой заграницы и непрекращающегося
праздника. Спустя годы, уже живя в Мюнхене, я познакомился с Ярдой
Клудским – одним из отпрысков выдающейся чешской династии цирковых
артистов Клудских, которые для своей страны то же, что, допустим, Дуровы для
России.
Давняя приятельница нашей семьи Оля Ганина вышла за Ярду замуж и
переехала из Гродно в Брно. Ну а ещё раньше она, как и мы, жила в Ташкенте.
Вот так я и познакомился с Клудским, который был уже не циркачом, а очень
авторитетным экспертом по антикварным полифонам и граммофонам.
25
«Алайский поход генерала Скобелева», http://www.fergananews.com/articles/7035
И вот однажды, сидя в уютном баварском ресторанчике, и беседуя о том,
о сём, я вдруг узнал, что в 70-е прошлого века он вместе с чехословацким Луна-
парком гастролировал в Ташкенте. Было интересно услышать его впечатления
о той, давно ушедшей нашей жизни, исчезнувшей стране и конкретно о
Ташкенте. И я их услышал.
Кстати именно в этом парке, загримированном под Ленинград военного
времени, когда в Ташкент эвакуировали массу творческой и прочей
интеллигенции, снимался некогда очень популярный, в том числе благодаря
песням, написанным на слова Владимира Агатова Никитой Богословским