Мирные действия

Энрике, едва способный сдержаться, выпалил, – Ну, как вам понравилось?

Майлз пожал плечами. – Это.. нормально. Пресно, но вы сказали, что это было не приправлено. На мой вкус получше чем большинство армейских рационов, которые я съел.

– О, армейские рационы! – сказал Энрике. – Ну, я никогда не думал о приложении к…

– К этой стадии мы перейдем позже, – сказал Марк.

– Так, и что делает эту штуку столь потенциально выгодной? – спросил Майлз с любопытством.

– Поскольку благодаря чуду современной биоинженерии, этот продукт можно сделать фактически бесплатным. Клиент только покупает – или, возможно, получает лицензию – на свою начальную поставку масляных жуков, и все.

Повисла недолгая, но многозначительная тишина. – Поставку чего?

Марк вынул из кармана пиджака небольшую коробку и аккуратно снял крышку. Энрике выпрямился, глядя с надеждой. – Это, – сказал Марк, и протянул коробку своему брату, – и есть масляный жук.

Майлз поглядел в коробку и отскочил. – Ик! Это самая наиболее отвратительная штука, которую я видел в своей жизни! – Масляный жук размером с большой палец царапал стенки коробки всеми своими шестью короткими лапами и отчаянно махал антеннами, пытаясь выбраться. Марк мягко отодвинул его крошечные коготки от верней грани. Масляный жук шевельнул рудиментным надкрыльем унылого коричневого оттенка и изогнулся, передвигая свой белый, мягкий, поблескивающий живот в безопасный угол. Майлз снова склонился над коробкой, не в силах оторвать глаз. – Это напоминает гибрид таракана, термита и… и… э-э… и прыща.

– Стоит признать, его внешний вид – не самая большая ценность в плане продажи.

Энрике выглядел возмущенным, но не стал оспаривать это заявление вслух.

– Его огромная ценность в его эффективности, – продолжил Марк. Хорошо, что они не начали с того, что показали Майлзу целую колонию жуков. Или еще хуже – их королеву. Они могли провернуть дело с королевой масляных жуков попозже, а пока они только протащили своего предполагаемого спонсора по немногим психологическим ухабам. – Эти штуки едят почти любой вид низкосортного органического пищевого вещества. Зерновую мякину, обрезки травы, морские водоросли – назовите сами что хотите. Затем в их кишечнике органическая материя обрабатывается специально подобранным комплексом симбиотических бактерий в… в творог масляных жуков. Который они срыг… выдают через рот и пакуют в специальные ячейки в их улье, а эти ячейки уже просто собирать. Сырой творог масляных жуков…

Энрике, что было совершенно излишне, показал на последний кусочек, все еще лежащий на фольге.

–… Является совершенно съедобным в уже в этой стадии, – продолжил Марк более громко, – хотя он может быть далее приправлен или обработан. Мы рассматриваем более сложное развитие продукта, добавляя бактерии, чтобы обеспечить желательные вкусовые разновидности творога непосредственно в кишечнике масляного жука, так что необходимости в указанной стадии может и не быть.

– Жучиная рвота, – сказал Майлз, борясь с указанным эффектом сам. – Вы накормили меня жучиной рвотой. – Он коснулся ладонью губ и торопливо влил в себя глоток вина. Посмотрел на масляного жука, на оставшийся кусочек творога – и отпил большой глоток. – Вы с ума сошли, – сказал он убежденно. Он отпил еще раз, тщательно перекатывая вино во рту в течение долгого времени, прежде чем сглотнуть.

– Это делается так же, как мед, – сказал Марк отважно, – только по-другому.

Майлз наморщил брови, рассматривая этот аспект. – Совсем по-другому. Подождите. А в том ящике, который вы принесли, тоже были эти рвотные жуки?

– Масляные жуки, – холодно поправил Энрике. – Они упакованы с наибольшей эффективностью…

– И сколько… жуков?

– Мы вывезли двадцать королев в разных стадиях развития, когда покинули Эскобар, с каждой примерно до двухсот рабочих насекомых, – объяснил Энрике. – В пути они очень хорошо себя вели – я так гордился девочками – они более чем удвоили свое число. Очень заняты были!! Ха-ха!

Губы Майлза зашевелились в расчетах. – Вы привезли больше восьми тысяч этих отвратительных штук в мой дом?

– Вижу, что тебя волнует, – вставил Марк быстро, – и ручаюсь тебе – это проблемой не будет – Вряд ли ты можешь это видеть, но что тогда будет проблемой?

– Масляные жуки исключительно контролируемы, с экологической точки зрения. Рабочие жуки бесплодны; только королевы могут воспроизводиться , и они партеногенетичны – не плодовиты, пока не обработаны специальными гормонами. Зрелые королевы не могут даже двигаться, если их не перемещает человек. Любой рабочий жук, которому повезет выбраться наружу, просто будет блуждать, пока не умрет, и конец этой истории.

Энрике изобразил расстроенную гримасу, представив такой печальный конец и пробормотал:

– Бедняжка – Чем быстрее, тем лучше, – сказал Майлз холодно. – Бр-р!

Энрике посмотрел на Марка укоризненно, и начал вполголоса, – Вы обещали, что он поможет. Но он точно такой , как и все другие. Близорукий, эмоциональный, неблагоразумный…

Марк остановил его жестом. – Успокойтесь. Мы еще не перешли к самой важной части. – Он обратился к Майлзу. – Здесь есть одна изюминка. Мы предполагаем, что Энрике сможет создать разновидность масляных жуков, которые смогут есть местную барраярскую растительность и преобразовывать ее в съедобное для человека продовольствие.

Майлз открыл рот, затем снова закрыл. Его пристальный взгляд стал острым. – Ну, дальше…

– Вообрази это. Каждый фермер или поселенец в глуши может разводить в улье этих жуков, а они будут ползать вокруг и объедать все дикорастущие чужеродные растения, которые представляют такую проблему для твоих людей, потому что их приходится сжигать и заниматься терраформирующей обработкой. И мало того, что фермеры получат бесплатную еду, они получат еще и бесплатное удобрение. Гуано масляных жуков делает с растениями нечто потрясающее – им стоит только его впитать, и они растут как сумасшедшие.

– О. – Майлз сидел, уставившись в одну точку. – Я знаю кое-кого, кто очень заинтересован повышением плодородия…

Марк продолжал, – Я хочу организовать компанию по развитию здесь, на Барраяре, и одновременно торговать имеющимися масляными жуками и создавать новые разновидности. С научным гением Энрике и таким деловым гением, как я, – и позвольте нам не смешивать эти две вещи, – о да, нет никакого предела того, чего мы можем добиться.

Майлз глубокомысленно нахмурился. – И зачем вы улетели с Эскобара, позвольте спросить? Зачем ты привез этого гения и весь его продукт сюда?

Энрике попал бы примерно на десять лет в тюрьму, если бы я не появился, но позвольте мне не входить в подробности. – У него тогда не было меня, чтобы вести бизнес. И приложение этого продукта к барраярским условиям абсолютно неотразимо, тебе не кажется?

– Если это заработает.

– Жуки могут обрабатывать органику земного происхождения уже сейчас. Мы создадим рынок как можно скорее и будем использовать прибыль, чтобы финансировать основное исследование. Я не могу составить график, пока у Энрике не будет большого количества времени для изучения барраярской биохимии. Возможно, год – два, чтобы, э-э, расселить всех жуков. – Марк коротко усмехнулся.

– Марк… – Майлз, нахмурившись, смотрел на закрытую коробочку с масляным жуком, лежавшую на столе. Из нее доносилось тихое царапанье. – Звучит логически, но я не знаю, подействует ли на логика на простой народ. Никто не захочет есть продовольствие, которое выходит из штуки вроде этой. Черт, они не захотят есть ничего, чего это касалось.

– Люди едят мед, – заспорил Марк. – И его тоже делают насекомые.

– Пчелы, они… они в чем-то симпатичные. Они пушистые и одеты в красивую полосатую форму. И они вооружены жалами, похожими на небольшие мечи, чтобы заставить людей себя уважать.

– А, понятно – фор-класс среди насекомых, – мило пробормотал Марк. Они с Майлзом обменялись язвительными улыбками.

Энрике произнес изумленным тоном, – Вы думаете, сделай я своих масляных жуков с жалами, барраярцам бы они больше понравились?