Страница 53 из 253
— А почему Думбльдор не назначил старостой Поттера? — спросил Кинсли.
— Были причины, — ответил Люпин.
— Но так он бы показал, что верит в него. Я бы именно так и поступил, — настаивал Кинсли, -учитывая, что «Прорицательская» раз в несколько дней поливает его грязью...
Гарри не стал оборачиваться, ему не хотелось, чтобы Люпин и Кинсли поняли, что он слышал их разговор. Несмотря на полное отсутствие аппетита, он, по примеру Мундугнуса, направился к столу. Удовольствие от праздника улетучилось так же быстро, как и возникло; ему ужасно захотелось пойти наверх и забраться в постель.
Шизоглаз Хмури остатками своего носа подозрительно обнюхивал куриную ногу и, видимо, не обнаружил в ней никаких признаков яда, потому что вскоре оторвал зубами полоску мяса.
— ...рукоять из испанского дуба, антизаклятное покрытие, встроеный виброконтроль... — рассказывал Рон Бомс.
Миссис Уэсли широко зевнула.
— Всё, сейчас разберусь с вризраком и — спать!... Артур, проследи, чтобы эта команда долго не засиживалась, хорошо? Гарри, детка, спокойной ночи.
Она вышла из кухни. Гарри поставил на стол тарелку и огляделся: можно ли уйти следом за ней, не привлекая ничьего внимания?
— Ты как, Поттер? Нормально? — проворчал Хмури.
— Да, всё хорошо, — соврал Гарри.
Хмури отхлебнул из своей фляжки. Ярко-голубой глаз, покатившись вбок, уставился на Гарри.
— Иди-ка сюда, у меня тут кое-что есть, думаю, тебе будет интересно, — сказал Хмури.
Из внутреннего кармана робы он достал старую, сильно потрёпанную колдовскую фотографию.
— Первый состав Ордена Феникса, — пророкотал Хмури. — Вчера вечером искал запасной плащ-невидимку — Подмор, бессовестный, так и не вернул мне мой самый хороший — и вот, нашёл фотографию. Подумал, что многим здесь будет интересно на неё взглянуть.
Гарри взял снимок в руки: небольшая группа людей, одни машут ему руками, другие поднимают бокалы...
— Вот я, — без нужды показал Хмури. Не узнать его было невозможно, несмотря на ещё целый нос и не полностью поседевшие волосы. — Рядом со мной Думбльдор, а с другой стороны — Дедал Диггл... Вот Марлена Маккиннон, её через две недели после этого убили, всю семью взяли. Длиннопоппы, Фрэнк и Алиса...
У Гарри и так было тяжело на душе, а сейчас, при взгляде на Алису Длиннопопп, внутри у него всё перевернулось. Он никогда её не видел, но очень хорошо знал это круглое, добродушное лицо: её сын Невилль был точной копией матери.
— ...бедняги, — пробурчал Хмури. — Лучше уж умереть, чем так, как они... А вот Эммелина Ванс, ты её видел, вот Люпин, это понятно... Бенджи Фенвик... тоже попался, по кусочкам его искали... Эй вы, подвиньтесь-ка, — добавил Хмури, тыча в фотографию. Маленькие фигурки потеснились, уступая место на переднем плане тем, кого было плохо видно.
— Эдгар Боунс... брат Амелии, его тоже взяли со всей семьёй, величайший был колдун... Стуржис Подмор... мать честная, молодой-то какой!... Карадок Милород, пропал через полгода после этой фотографии, так мы его и не нашли... Огрид... ну, этот не меняется... Эльфиас Дож, его ты тоже видел... Я и позабыл, что у него была такая идиотская шляпа... Гидеон Преветт... Понадобилось пять Упивающихся Смертью, чтобы их убить, его и его брата Фабиана... настоящие герои... Шевелитесь, шевелитесь...
Люди на снимке задвигались, и на первый план вышли те, кого совсем не было видно за спинами других.
— Это брат Думбльдора, Аберфорс, я его только один раз видел, странноватый товарищ... Это Доркас Мидоуз... его Вольдеморт убил лично... Сириус, ещё с короткими волосами... и... вот, смотри! Вот что тебе будет особенно интересно!
Сердце Гарри исполнило немыслимое сальто. С фотографии, лучась и сияя, смотрели его мама и папа. Между ними сидел маленький человечек со слезящимися глазками, которого Гарри сразу узнал. Это был Червехвост, предатель, выдавший местонахождение родителей Гарри Вольдеморту, что и привело к их гибели.
— Ну? — сказал Хмури.
Гарри поднял глаза на изрытое шрамами, изуродованное лицо. Очевидно, Хмури был уверен, что сделал Гарри царский подарок.
— Да, — Гарри попытался изобразить улыбку. — Э-э... Знаете, я только что вспомнил, я же ещё не собрал...
Но ничего придумывать не пришлось, потому что Сириус вдруг спросил: «Что это там у тебя, Шизоглаз?», и внимание Хмури переключилось на него. Гарри прошёл через кухню, выскользнул за дверь и торопливо, пока никто не позвал его обратно, начал подниматься по лестнице.
Он не знал, почему фотография так сильно потрясла его; в конце концов, он и раньше видел снимки своих родителей и даже встречался с Червехвостом... Но когда это обрушивают на тебя вот так, внезапно... Кому бы это понравилось, сердито думал он...
И потом, увидеть их в окружении стольких счастливых лиц!.. Бенджи Фенвик, разорванный на куски, Гидеон Преветт, погибший как герой, Длиннопоппы, которых запытали до потери рассудка... Все они будут вечно приветливо махать руками с этой фотографии, в счастливом неведении своей обречённости... Может, Хмури это и кажется интересным, а он, Гарри, находит это ужасным...
Радуясь тому, что наконец-то остался один, Гарри на цыпочках пробрался по лестнице мимо голов эльфов, но, приближаясь к площадке первого этажа, услышал какие-то странные звуки. В гостиной кто-то судорожно всхлипывал.
— Кто здесь? — спросил Гарри.
Ответа не было, но всхлипывания не прекращались. Гарри, перепрыгивая через две ступеньки, взбежал на площадку, быстро пересёк её и открыл дверь.
К тёмной стене гостиной жалась согбенная женская фигура с волшебной палочкой в руке. Тело женщины сотрясалось от рыданий. На старом пыльном ковре, в пятне лунного света, раскинув в стороны руки и ноги, лежал Рон — мёртвый.
Из лёгких Гарри в один миг исчез весь воздух; ему показалось, что он проваливается сквозь пол, в голове стало ужасно, ужасно холодно... Рон умер? Нет, не может быть...
Но подождите, этого и правда не может быть — Рон внизу, на кухне...
— Миссис Уэсли? — хрипло окликнул Гарри.
— Р... р... ридикюлис! — всхлипнула миссис Уэсли, тыча трясущейся палочкой в тело Рона.
Хлоп.
Рон превратился в Билла, с распростёртыми, как орлиные крылья, руками, с открытыми, пустыми, мёртвыми глазами... Миссис Уэсли разрыдалась пуще прежнего.