Страница 52 из 253
— Нет, нет, я сама, только попозже, — всё тем же радостным голосом сказала миссис Уэсли, — ты пока выпей чего-нибудь. У нас тут небольшой праздник... — Она показала на малиновый плакат. — Четвёртый староста в семье! — и она нежно взъерошила Рону волосы.
— Староста, значит? — пророкотал Хмури, нормальным глазом глядя на Рона, а волшебным — себе в висок. У Гарри возникло неприятное ощущение, что этот глаз смотрит на него, и он отодвинулся подальше, к Сириусу и Люпину.
— Что ж, поздравляю, — сказал Хмури, не сводя с Рона нормального глаза. — Тот, кто стоит у власти, — настоящий магнит для неприятностей, но, раз уж Думбльдор тебя назначил, стало быть, он уверен, что ты способен противостоять основным нехорошим заклятиям...
Такой необычный взгляд на вещи явно поразил Рона, но ему не пришлось ничего отвечать, поскольку в это время в кухню вошёл его отец вместе со старшим братом. Миссис Уэсли была в таком хорошем настроении, что даже не рассердилась, увидев, что они привели с собой Мундугнуса. Последний явился в длинном пальто, из-под которого в самых неожиданных местах что-то выпирало. На предложение это пальто снять и положить его рядом с дорожным плащом Хмури Мундугнус ответил категорическим отказом. Когда все взяли напитки, мистер Уэсли сказал:
— Что же, давайте поднимем тост, — он поднял кубок, — за Рона и Гермиону, новых гриффиндорских старост!
Рон и Гермиона просияли; все выпили за них и поаплодировали, после чего столпились у стола, разбирая закуски.
— А я так и не стала старостой, — раздался за спиной у Гарри довольный голос Бомс. Волосы у неё сегодня были до талии, помидорно-рыжего цвета, и её легко можно было принять за старшую сестру Джинни. — Наш завуч сказал, что для этого мне не хватает некоторых важных качеств.
— Каких, например? — заинтересовалась Джинни, выбиравшая печёную картошку.
— Например, умения себя вести, — ответила Бомс.
Джинни засмеялась; а Гермиона, очевидно засомневавшись, прилично ей будет улыбнуться или всё-таки нет, сделала большой глоток усладэля и якобы подавилась им.
— А ты, Сириус? — спросила Джинни, стуча Гермиону по спине.
Сириус, стоявший рядом с Гарри, издал свой обычный, похожий на отрывистый лай, смешок.
— Я — староста? Да ты что! Никому бы и в голову не пришло! Мы с Джеймсом почти всё время отбывали какие-нибудь наказания. Хорошим мальчиком у нас был Люпин. Ему-то значок и достался.
— Думаю, Думбльдор втайне надеялся, что, если я буду старостой, то смогу оказывать больше влияния на своих непутёвых друзей, — отозвался Люпин. — Излишне говорить, что его надежд я совершенно не оправдал.
Неожиданно настроение Гарри исправилось — его отец тоже не был старостой! Вечер сразу показался ему намного веселее, а все собравшиеся — в два раза милее, и Гарри с удовольствием нагрузил свою тарелку всякими вкусностями.
Рон — перед всеми, кто соглашался его слушать, — пел бесконечные дифирамбы своей новой метле:
— ...разгоняется до семидесяти за десять секунд, неплохо, правда? Если учесть, что у «Кометы 290», как пишут в «Вашей новой метле», разгон только до шестидесяти, да и то при приличном хвостовом ветре!
Гермиона очень серьёзно обсуждала с Люпином права эльфов.
— Это ведь такая же глупость, как и сегрегация оборотней, вы не согласны? А корни этого ужасного явления — в том, что колдуны считают себя выше всех остальных существ...
Миссис Уэсли и Билл, как всегда, не могли прийти к единому мнению относительно причёски последнего.
— ...это уже ни на что не похоже, ты ведь такой красивый, и было бы куда лучше, если бы они были покороче, правда, Гарри?
— Э-э... я не знаю... — растерялся Гарри, не имевший по этому поводу определённого мнения. И потихоньку улизнул к Фреду с Джорджем, которые вместе с Мундугнусом тесной кучкой стояли в уголке.
Заметив приближающегося Гарри, Мундугнус замолчал, но Фред, подмигнув ему, поманил Гарри к себе.
— Всё нормально, Гнус, — успокоил он, — Гарри можно доверять, он — наш спонсор.
— Смотри, чего нам Гнус принёс, — похвастался Джордж и протянул к Гарри раскрытую ладонь, полную сморщенных чёрных горошин, которые, несмотря на абсолютную неподвижность, издавали тихий грохот.
— Семена щупалицы ядовитой, — сказал Джордж. — Нам они нужны для злостных закусок, но мы никак не могли их достать — они входят в список веществ, не допускаемых в продажу, класс "С".
— Значит, за всё — десять галлеонов, да, Гнус? — уточнил Фред.
— Это со всем-то геморроем? — красные, заплывшие глазки Мундугнуса совсем сузились. — Не, пацаны, двадцать, и ни на один нут меньше.
— Гнус у нас шутник, — доверительно поделился с Гарри Фред.
— Ага, и его лучшая шутка на сегодняшний день — шесть сиклей за мешок перьев сварля, — добавил Джордж.
— Осторожнее, — тихо предостерёг Гарри.
— А чего? — удивился Фред. — Всё нормально, мама воркует над старостишкой Ронни...
— Зато Хмури может увидеть вас своим глазом, — резонно возразил Гарри.
Мундугнус испуганно обернулся через плечо.
— Эт'верно, — пробурчал он. — Ладно, пацаны, если возьмёте всё, то нехай будет десять.
— Да здравствует Гарри! — воскликнул Фред, после того, как Мундугнус опустошил свои карманы, высыпав их содержимое в протянутые ладони близнецов, и уковылял к столу. — Надо бы поскорее оттащить это наверх...
Гарри смотрел им вслед, и на душе у него было неспокойно. Ему только что пришло в голову, что рано или поздно мистер и миссис Уэсли обязательно узнают про хохмазин, который собираются открыть их сыновья, и тогда у них неизбежно возникнет вопрос, откуда у Фреда с Джорджем взялись на это средства. М-да. Отдать призовые деньги близнецам было легко и просто, но что теперь? Вдруг это приведёт к новому семейному скандалу и к новому разрыву? Будет ли миссис Уэсли по-прежнему считать его своим сыном, когда узнает, что это именно он предоставил Фреду с Джорджем возможность заняться делом, которое ей кажется совершенно для них неподходящим?
Один, с тяжким грузом на душе, Гарри стоял в углу, там, где они расстались с близнецами, и вдруг услышал своё имя. Несмотря на шум, звучный голос Кинсли Кандальера далеко разносился по комнате.