Страница 25 из 46
Мисс Силвер возвращалась из деревни, куда ходила отправить письмо своей племяннице Этель Бэркетт. Узнав, что сестра Этель, Глэдис, чье безответственное поведение причинило столько беспокойства ее семье, вернулась домой к мужу, она спешила облегчить душу Этель.
Я глубоко уважаю Эндрю Робинсона, — написала племяннице мисс Силвер. — Он не пытается притворяться, будто поведение Глэдис не огорчило его, но готов ее простить. Эндрю Робинсон уверен, что подруга Глэдис, миссис Фармер, дурно на нее влияла, и с радостью сообщил, что эта женщина вскоре уезжает из Блэкхита к своей дочери в Южную Африку.
Могу лишь надеяться, что она тоже получила хороший урок и не станет нарушать мир и согласие в семье дочери.
Вечер был тихий и ясный. Сойдя с подъездной аллеи, мисс Силвер с наслаждением шла по парку, окружающему «Мирфилдс». Деревья уже начинали зеленеть, и холмистый пейзаж с поблескивающим вдали декоративным прудом радовал глаз.
Возвращаясь к дому, мисс Силвер брела по узкой тропинке, вьющейся среди кустарника, радуясь весне и тому, что мучительная угроза, нависшая над ее близкими, наконец миновала, когда вдруг ее внимание привлекло нечто, не слишком вписывающееся в этот пасторальный пейзаж — а именно, женская рука в черной перчатке и черном суконном рукаве, неподвижно лежащая на земле. Видеть остальное мешал вишневый куст. Убегать от неприятных ситуаций было не в привычках мисс Силвер. Сойдя с тропинки, она отодвинула цветущие ветки и увидела Минни Джоунс.
Женщина лежала на боку, вытянув руку, словно падая, попыталась за что-то ухватиться. Поношенная черная шляпа съехала на лоб, почти полностью закрыв лицо. Опустившись на колени, мисс Силвер взяла ее за руку, стащила перчатку и с трудом нащупала слабый медленный пульс.
Сняв с Минни шляпу, она положила ей под голову свой шарф и задумалась, что делать дальше. Лицо пожилой женщины было напряженным и бледным. Бедняжка явно нуждалась в помощи, но тогда пришлось бы ненадолго оставить ее одну, а к этому у мисс Силвер душа не лежала.
Она уже решилась бежать в дом, так как иного выхода не видела, когда рука женщины слегка шевельнулась, а веки затрепетали и поднялись, и на мисс Силвер с детским недоумением посмотрели ярко-голубые глаза. Глаза закрылись и открылись вновь — на сей раз их взгляд был более осмысленным.
— С вами все будет хорошо, — ласково проговорила мисс Силвер.
— Я упала… — с трудом вымолвила Минни Джоунс.
— Вы ушиблись?
— Нет, наверное . — последовала пауза. — Пришлось долго идти… Я так устала…
Мисс Силвер рискнула задать вопрос:
— Вы шли к дому?
Голова женщины слегка повернулась из стороны в сторону.
— Нет, оттуда… — Глаза наполнились слезами. — Я не могу туда вернуться…
— Почему? — мягко осведомилась мисс Силвер.
Впоследствии Минни Джоунс поражалась, что вот так взяла и все рассказала о своем визите к Мойре Херн и о том, как та с ней обошлась. Но в тот момент это казалось вполне естественным. Она только что рассталась со злом и повстречала доброту. Ей было холодно и одиноко, а доброта незнакомки согрела ее, и чувство одиночества исчезло.
— Я тетя Артура — Минни Джоунс. Приехала повидать его девушку. Он рассказывал мне о ней — говорил, что они собираются пожениться, но ее отец не дает согласия. Она уже побывала замужем, но все упиралось в деньги… Молодые люди не должны так много думать о деньгах… Артур попросил меня хранить ее письма, так как ему негде было их спрятать, а ему не хотелось, чтобы они попались кому-нибудь на глаза… — Приподнявшись, Минни стала искать носовой платок. Когда мисс Силвер нашла его, она заговорила снова:
— Артур очень гордился тем, что она его любит, и сказал, что ее отца они как-нибудь уговорят. Я думала, что Мойра приедет на похороны, но приехал только мистер Беллингдон. Я решила, что она слишком расстроена, поэтому приехала сюда успокоить ее и отдать ей письма… Моя подруга не хотела меня отпускать, но я подумала, что мы с девушкой Артура сможем хоть немного утешить друг друга… — По ее щекам потекли слезы. — Я не знала, что она собой представляет.
— Вы видели ее?
— Да, видела. Не надо — было мне приезжать. Мойра решила, что я требую денег за письма, и пригрозила мне полицией. Она не любила Артура. Она хотела только вернуть письма и фотографии.
— Значит, были и фотографии?
Минни закрыла глаза, словно пытаясь стереть воспоминание о неприятном зрелище.
— Да. — прошептала она. — Они лежали в отдельном конверте, Артур написал на нем: «Личное. Хранить в надежном месте». Я не собиралась смотреть на них, но когда открыла конверт, одна из фотографий упала на пол. Лучше бы я ее не видела… После этого мне хотелось только поскорее уйти. Эта девушка — грешница, и она вовлекла в грех Артура…
Мисс Силвер села рядом. Ей нужно было возвращаться в дом, но она не могла оставить Минни одну. Было начало седьмого. Пожалуй, надо позвать на помощь Аннабел Скотт.
Она могла бы отвезти Минни Джоунс в Ледлингтон и посадить на поезд, хотя бедняжка едва ли в состоянии ехать одна.
— Вы далеко живете? — спросила мисс Силвер и с облегчением услышала, что мисс Джоунс живет в одном из ближайших лондонских пригородов. — Вы говорили о подруге.
Минни тоже села.
— Да, — ответила она. — Миссис Уильяме, мы живем в одной квартире. Она будет беспокоиться, если я опоздаю на поезд. Господи, уже двадцать минут седьмого!
Мисс Силвер посмотрела на часы.
— Боюсь, поезд уже ушел, но следующий будет меньше чем через час. Вы успеете немного отдохнуть, а если возможно созвониться с вашей подругой, то хорошо бы она встретила вас на вокзале.
Лицо Минни слегка порозовело.
— Хорошо бы!
— У вас дома есть телефон?
Минни покачала головой.
— Нет. Но мистер Пеглер может передать сообщение.
Он зять Флорри и очень славный человек.
Мисс Силвер никогда не забывала имен, тем более что фамилия была необычной.
— Мистер Пеглер? — переспросила она.
Минни кивнула.
— Он живет за углом. У его родственников в том же доме бакалейная лавка, так что телефон там есть, и если их нет дома, он отвечает на звонки. В субботу вечером они ходят в кино, и мистер Пеглер навещает нас с Флорри, но он сказал, что сегодня посидит дома, так как я, наверное, вернусь усталой и захочу отдохнуть. Он всегда такой предупредительный.
Бакалея и галерея Мастерса. Может ли здесь быть какая-то связь? Но Пеглер — фамилия явно необычная, что мисс Силвер не преминула отметить:
— Такую фамилию встречаешь нечасто, — заметила мисс Силвер. — Кажется, я ее где-то слышала. Одна моя приятельница упоминала ее в связи с картинной галереей.
Минни просияла.
— С галереей Мастерса? Тогда это наш мистер Пеглер — он работает там много лет.
— Моя приятельница, мисс Пейн, была глухая, — продолжала мисс Силвер. — Она научилась читать по губам и рассказала мне, что мистер Пеглер очень этим заинтересовался, так как у него есть глухая внучка.
Минни быстро приходила в себя.
— Да — малышка Дорис, — оживленно отозвалась она. — Славная девчушка. Мисс Пейн подробно объяснила ему, как нужно ее учить, и он был ей очень признателен. Знаете, ведь бедняжка недавно попала под автобус. Мистер Пеглер очень расстроился — а тут еще полицейские пришли в галерею и расспрашивали его о чтении по губам. Он не мог понять, зачем им это нужно. Мисс Пейн приходила на выставку посмотреть свой портрет, а когда она ушла, к мистеру Пеглеру подошел какой-то джентльмен и стал задавать вопросы о ней и о портрете. Когда он сказал, что мисс Пейн глухая, но этого никто не замечает, так как она умеет читать по губам, джентльмен очень заинтересовался. Самое любопытное, что полиция заинтересовалась не меньше. Это было уже после того, как погибла бедная мисс Пейн, — они хотели знать о чтении по губам и о том джентльмене. Но, конечно, мистер Пеглер мало что мог им сообщить… — Помолчав, она добавила:
— Во всяком случае тогда.
Во время этого монолога воспоминания Минни Джоунс о сцене в малой гостиной «Мирфилдса» становились все менее четкими и болезненными, подобно тому, как забывается дурной сон, покуда встаешь с постели, умываешься, одеваешься и причесываешься. Заметив это, мисс Силвер успокоилась — пожалуй, Минни сумеет сама вернуться в Лондон — и переключилась на внезапно возникшего в их беседе мистера Пеглера. Последние слова мисс Джоунс могли подразумевать, что хотя мистер Пеглер не смог сообщить полиции какие-либо сведения о джентльмене в галерее впоследствии он обзавелся нужной информацией.