Страница 32 из 45
Итак, крестовый поход детей впору назвать «паломничеством бесправных простолюдинов».
План Иерусалима (XII век)
Взятие Константинополя в 1204 году (рисунок из манускрипта АIV века)
Почему же столько людей, и малых, и старых, готовы были по первому зову отрока-агитатора устремиться в неизвестную даль? Почему им не сиделось на месте? Начало XIII века было временем резких перемен в жизни Западной Европы. Мы уже говорили выше о смятении душ и умов, охватившем все обшество – от богачей до бедняков.
Заметно менялись и условия жизни. Минувшее столетие прошло под знаком крестовых походов: с 1096 по 1204 год четыре раза армии «воинов Христовых» устремлялись на Восток. Эти события оказали огромное влияние на жизнь и быт европейцев. «Варвары Запада», как пишет ЖЛе Гофф, впервые столкнулись с развитой городской культурой, с миром удивительных предметов роскоши – с кожами изысканной выделки, дорогими тканями, редкостными металлами и особенно с обилием железа.
Железо и камень пришли на смену привычному для европейцев материалу – дереву – подобно тому, как город постепенно потеснил деревню. С тех пор как под ударами варваров погибли античные полисы, страны Европы на протяжении многих столетий были «странами без городов». И вот все переменилось. Крохотные, жалкие огороженные местечки в XIII веке начали стремительно расти. Произошла «городская революция». Стремительно развивалась торговля. Благополучие людей росло. Рождаемость резко увеличилась. Возникло перенаселение, земля не могла прокормить избыток крестьян. Не в силах найти себе занятие в деревне, они бежали в города, где сам «воздух делал людей свободными», нанимались в поденщики, отправлялись расчишать пустоши. Пропасть между нищетой и богатством ширилась. Именно среди таких неприкаянных людей – «нищих, что детей малых» – нашлось много желающих отправиться в Палестину, чтобы, наконец, поселиться на своем клочке земли в этой стране, по праву принадлежащей христианам.
Иннокентий III, римский папа ( 1198 – 1216)
Начало XIII века стало временем ожесточенных войн уже в самой Европе. Отправившись в 1202 году из Венеции в Египет, крестоносцы попали в конце концов в Константинополь и разграбили его. Вместо Гроба Господня они обрели золото, серебро и другие сокровища, предпочитая, как сетовал сам Иннокентий III, «земные блага небесным».
В 1209 году армия французского короля Филиппа II Августа, позорно бежавшего из Палестины, вторглась в Лангедок – богатую область на юге Франции, обособившуюся от севера страны (сам король в этом походе не участвовал). В Лангедоке были очень популярны учения еретиков – катаров и вальденсов. Поэтому, на первый взгляд, война имела религиозную подоплеку. Защитники христианской веры сражались против людей, ее осквернивших. Однако и здесь на первом плане были экономические и политические интересы: королевство Франция поглотило соседнюю, более развитую страну.
Римский папа Иннокентий III очень хорошо сознават растущую пропасть между бедными и богатыми – пропасть, в которую грозил рухнуть весь подвластный ему мир. Видя, что народ отворачивается от церкви, он попытался спасти то, что можно спасти. Именно в 1212 году папа изо всех сил пытается направить в полезное русло энергию множества обездоленных, злых, готовых на все людей. Он подстрекает их к войне с магометанами.
В том же 1212 году (воистину в этот год все митингуют и призывают сразиться с нечестивыми: юноши и церковные иерархи, бродячие безумцы и безумные короли!) на Пиренейском полуострове разыгрывается важнейшее сражение, определившее судьбу арабских владений в Европе.
Правители Кастилии, Наварры, Португалии и Арагона давно мечтали сокрушить власть альмохалов – исламских фундаменталистов, что мешали продвижению испанцев на юг полуострова. Сейчас, объединив свои силы, они готовились к войне. Узнав об этом, папа приветствует «верных своих слуг», называя грядущий территориальный захват «войной за веру». Папа надеется, что победа, если допустит Бог, вселит в души христиан радость, ободрит и укрепит их; он ожидает, что общество снова охватит энтузиазм; начнется духовный подъем.
В феврале 1212 года кастильский король Альфонс VIII возвестил о скорой битве. По всей Европе прокатывается волна воодушевления. Шестнадцатого мая, накануне войны, римский папа организует шествие в Риме, чтобы показать, что церковь поддерживает войну с альмокадами. Многие историки полагают, что подобные шествия проходили так же в разных уголках Германии и Франции. Возможно, Николас сам был увлечен царившими в обществе настроениями и именно это побудило его начать поход на Иерусалим, собрав под свои знамена нищих, детей, женщин и стариков.
Молящийся крестоносец
В 1187 году египетский султан Салах-ад-дин (Саладин) отнял у крестоносцев Иерусалим (иранская миниатюра, конец XII века)
В те дни добровольцам был открыт путь на Восток и Запад. Люди побогаче могли ехать в Испанию, снарядившись для войны с маврами. Бедные патриоты христианства горазды были «записаться» лишь в пеший поход. Две армии почти одновременно двинулись на мусульман; одна рассеяла их, другая рассеялась сама.
Шестнадцатого июля 1212 года близ местечка Лас-Навас-де-Толоса войско арабов было напрочь разбито христианами. Реконкиста стала необратимой. «Варвары Запада» выиграли свой первый в этом году «крестовый поход». Второй, в который вел людей Николас, окончился на итальянском побережье. Но был еще и третий поход; он тоже начался весной 1212 года – весной «всеобщей мобилизации христиан».
Невероятно, но в том же 1212 году, в те месяцы, когда по всей Германии собираются в ополчение дети, подобная страсть охватила и французских отроков. Хронисты сообщают о том, что некий мальчик-подпасок по имени Стефан собрал около тридцати тысяч «детей» (pueri), готовясь выступить в поход, чтобы сокрушить врагов своим благочестием. Их ряды полнились крестьянами, ремесленниками, священниками и даже преступниками. Они пересекли всю Францию и достигли Марселя. Здесь они ожидали (какие поразительные параллели!), что волны расступятся и пропустят их в Иерусалим. Однако чудо снова не состоялось…
Преклонив колени в молитве, рыцарь выступает в крестовый поход
Путь рыцаря пройден. Надгробие павшего английского воина (1200год)
Конечно, остается немало вопросов. Но в общих чертах картина ясна. Восемь столетий назад Европа переживала кризис. Ее население постоянно росло. Все больше молодых, энергичных людей не имели за душой ничего и не знали, куда приложить свои силы. С отчаянной решимостью они шли за проповедниками, коих было немало. Ряды еретиков и сектантов полнились. Появились самозваные вожди, готовые повести паству хоть на край света. Не жадность пытались пробудить эти люди в своих приверженцах – ее вполне хватало настоящим рыцарям-крестоносцам, готовым ради богатой добычи разграбить любую страну и город. Нет, их вдохновляла только идея. Они мечтали вернуть христианскому миру земли, которые им были утрачены, и разве что надеялись получить «той землицы клочочек». Но они не хотели применять ни оружие, ни силу. Они полагались лишь на чудо – на веру, что «движет горами и морями».