Страница 1 из 45
Знание-сила, 2001 №06 (888)
Ежемесячный научно-популярный и научно-художественный журнал
Издается с 1926 года
«ЗНАНИЕ – СИЛА» ЖУРНАЛ, КОТОРЫЙ УМНЫЕ ЛЮДИ ЧИТАЮТ УЖЕ 75 ЛЕТ!
Александр Волков
«Империя коров» наносит удар
Бык склоняет широкий лоб. Его пинают, подгоняют батогами к мяснику… Падающего – толкни!
Пожалуй, самым популярным словом начавшегося XXI века стала на Западе невзрачная аббревиатура BSE. Это – символ беды, обрушившейся на страны Европейского союза. BSE – это «коровье бешенство».
Перелистывая страницы западных газет и журналов, зримо ощущаешь страх и панику, охватившие эти страны. Всюду устраиваются грандиозные гекатомбы, чтобы защититься от опасности. Она особенно коварна тем, что исходит от очень распространенного продукта питания.
Говядина попадает на наши столы в разных обличьях. Изо дня в день мы покупаем, готовим, заказываем бифштексы, ромштексы, ростбифы, антрекоты, котлеты, биточки, рулеты, зразы, тефтели, фрикадельки, тушенку, рагу, бефстроганов, гуляш. В 2000 году среднемировой уровень душевого потребления говядины достиг сорока килограммов в год. За последние полвека этот показатель вырос вдвое. Теперь же выясняется, что бифштекс, съеденный пять лет назад, может стать смертельной ошибкой, расплата за которую грядет еще пять лет спустя.
Разведение крупного рогатого скота стало самой прибыльной и интенсивной отраслью сельского хозяйства. Количество коров на планете достигло астрономической цифры: один миллиард триста миллионов, в том числе в Индии – 218,8 миллионов, в Бразилии – 167,5, в странах Европы – 147, в Китае – 104,2, в США – 98. Суммарный вес коров превышает вес человечества почти в три раза. В Южной Америке на десять человек в среднем приходится девять коров. В Австралии коров на сорок процентов больше, чем людей.
Рядом с нами возникла настоящая «империя коров», ради процветания которой трудятся миллионы фермеров и поденщиков. Земли этой империи, отданные под пастбища, раскинулись на просторах пяти континентов. Когда-то на этих землях росли леса и простирались степи, цвели сады и возделывались поля. Теперь они отчуждены и переданы священному животному нашей кулинарии – корове.
Человек преобразовал часть окружающей его среды в угоду коровам, ставшим для него гарантированным источником мяса, и теперь, к своему ужасу, он постепенно осознает, что питаться говядиной небезопасно, я погубленные ландшафты нельзя восстановить во всей их прежней своеобычности.
Увы, думая о немедленной выгоде, мы оказались плохими хозяевами, сплошь и рядом выбирая самый примитивный, самый «прямолинейный» путь деятельности. Для нас природа – если уж не мастерская, то огромная кладовая или кухня, в которой мы вольны бесцеремонно хозяйничать.
Вот туг, среди всеобщего страха и разочарования, внезапно и вспомнилась книга, вышедшая еще в 1992 году: «Beyond Beef» («Пй ту сторону говядины»). Тогда она казалась курьезом, памфлетом эколога-экстремиста, для которого первозданная дикость приятнее любой цивилизации. Написал эту кни1у американец Джереми Рифкин. Его опус был быстро забыт, но в 2001 году стал бестселлером. Он издан в ряде стран Европейского союза; в частности, в Германии его выпустили под названием «Империя коров».
«В наше время именно коровы виноваты в уничтожении тропических лесов, в опустошении обширных районов и в продовольственном кризисе, постигшем человечество». Разведение коров нанесло природе беспримерный ущерб. «От священных животных минувших эпох веет тлетворным дыханием заразы» – пророчествовал Дж. Рифкин еще в ту пору, когда о «коровьем бешенстве» не было слышно ни слова. Коровы пожирают и вытаптывают буквально все, что встречается у них на пути. Фермеры, разводящие крупные стада, вправе сказать: «После нас хоть пустыня!» Поступь стад превращает ландшафты в пыль. «Полчиша коров, как саранча, тянутся по пастбищам Европы, Америки, Африки и Австралии, поглощая все, что возникло в результате эволюции, длившейся миллионы лет».
Эта риторика может нравиться или нет, но цифры говорят сами за себя. Четверть всех работников, занятых в сельском хозяйстве, «батрачат» на коров. Треть всего мирового урожая зерна – шестьсот миллионов тонн – скармливается скоту, и прежде всего коровам, а ведь они могли бы питаться и несъедобной для человека растительной пищей. В то же время около миллиарда человек страдают от недоедания.
А какой вред крупное животноводство наносит окружающей среде! За последние шестьдесят лет примерно две трети всех степных районов на планете превращены в пастбища, а значит, эти ландшафты непоправимо разрушены. Можно вспомнить африканскую саванну или латиноамериканскую сельву. Кроме того, за 1960- 1990-х годы сведено более четверти всех лесов Южной Америки, чтобы на расчищенной пустоши паслись все те же буренки. Если соотнести масштабы вырубки и поголовье здешних коров, получится, что ради выращивания одной-единственной особи уничтожено 18 тысяч квадратных метров тропического леса.
По иронии судьбы, выкорчеванная пустошь мало пригодна для разведения здесь скота. Слой гумуса очень тонок и содержит мало питательных веществ. По прошествии трех-четырех лет выпасать скот здесь уже нельзя. В жертву животным приносятся новые ландшафты.
Вот баланс, который приводит Дж. Рифкин, оценивая, во что обходится 300 килограммов говядины, или двухлетняя упитанная корова, приведенная на убой: количество корма – 3,5 тонны сои и зерновых культур; количество питьевой воды – 14 600 литров; общее количество воды, затраченное при вырашивании кормов корове, – 600 000 литров. Или, прибегая к сравнению, скажем, что на производство всего четырех килограммов говядины тратится столько же воды, сколько обычная семья расходует за год.
В то же время за два года жизни организм коровы успевает выделить в атмосферу около двухсот тысяч литров метана – газа, который способствует парниковому эффекту. Количество метана, выделяемого всем мировым поголовьем коров, сравнимо разве что с количеством выхлопных газов, выброшенных в атмосферу всеми автомобилями мира.
И еще об отходах: каждая корова выделяет в сутки двадцать килограммов навоза. На крупных фермах, где содержатся около десяти тысяч коров, каждый день прибавляется двести тонн навоза. Если перевести эту цифру на человеческие мерки, то примерно такое же количество органических отходов «производится» каждый день в городе, где проживают 110 тысяч человек. Большая часть навоза попадает в почву и загрязняет сточные воды, тогда как городские отходы поступают в канализацию.
Вот уже восемь тысяч лет люди разводят коров. Во многих цивилизациях этих животных почитали, их окружали поклонением, их возводили в священный ранг. Коровы стали подлинным богатством степных кочевников. Одна корова могла прокормить семью, а стадо – целое племя. «На широких спинах этих могучих копытных животных», замечает Дж.Рифкин. во многом покоится религиозная культура Средиземноморья и Индии. Стоит лишь упомянуть крылатых быков Ассирии и Персии, критского Минотавра или египетского Аписа.
Времена трепета и благоговения прошли. Боги спустились на землю или умерли, а коровы давно стали товаром. Теперь их ценность выражена в таких понятиях, как «степень ожирения», «интенсивность откорма» и «убойный вес». На современных бойнях каждый день убивают сотни животных.
Туши коров попадают на конвейер; их торопливо освежевывают и распиливают на куски, превращая в привычные нам котлеты и бифштексы. Каждую секунду очередные двести гамбургеров попадают на прилавки американских храмов «фаст-фуд»-пищи. Двойной бутерброд с котлетой, положенной посредине, стал самой популярной пищей нашего времени. Этот обед можно съесть между делом – на ходу, на бегу. Скромная говяжья котлета превратилась в символ американского образа жизни.