Страница 27 из 45
Не менее случайный персонаж избран и в качестве следующей ступени «нашего предка»: больной неандертальский старик, чьи кости обнаружены еще в XIX веке. Классические неандертальцы, прозябавшие в приледниковой зоне, в сущности были такими же «провинциалами», как и питекантроп. Тогда, 70-30 тысяч лет назад на просторах Евразии и Африки обитало множество людей, на неандертальцев ничуть не похожих.
К концу XX века материала накопилось так много, что наших «персонажей» от должности Предка не без облегчения отстранили. (Поздновато – образ «питекантропа-неандертальца» надолго застрял в массовом сознании.) Отставка настолько полная, что ныне дурным тоном считается даже заикнуться о частичном вкладе неандертальцев в современный генофонд. Хотя в горах Европы все также живут очень массивные люди с выступающим носом, вытянутым черепом и бородой по самые глаза, которые не боятся холода и побеждают в соревнованиях по борьбе…
Были еще Сенсации и сенсации. Африканский австралопитек, зинджантроп, хабилис – какие страсти кипели вокруг них! А теперь это рядовые пестрого батальона гоминид. Несмотря на присущую им культуру инструментов. Ну делали, ну и что? Орудия, кстати, неважнецкие – рудольфские люди выполняли гораздо лучшие, причем на полмиллиона лет раньше. А больше всего шума наделала «пильтдаунская фальсификация». Но ведь ее разоблачение буквально осчастливило общество, дав повод надеяться, что вся наша наука – фальшивка. Кстати, с тех пор минуло почти сто лет (тогда и антропологии-то толком не было). Однако этот случай поминают до сих пор. И в первую очередь те, кто участвуют в проекте № 2:
Данный проект недурно оплачивается системой религиозного бизнеса. «Теория эволюции несостоятельна, антропогенез – претенциозный вымысел, истинна лишь религия» (причем та доктрина, от имени которой вещают авторы). Здесь принято жонглировать научными фактами, объявляя нежелательные ошибкой, а желательные – подтверждением. Подтвердить же стараются… божественный промысел. Сие кажется мне полной нелепостью, причем по отношению именно к «высокой теологии», а не науке. Да-да, научная картина мира льстит авторитету Всевышнего гораздо больше, чем мифологическая. Влиянием Свыше (конечно, без всякой антропоморфности) многие ученые объясняют рождение Вселенной, уникальность ее параметров, зарождение жизни и случай, направляющий эволюцию в сторону менее приспособленных, но более «богоподобных» существ. Ибо верховный правитель должен создавать общие законы, но не следить за их исполнением в каждом доме. Тогда как креационисты возлагают на Бога всякую мелочь, вроде творения зверьков, букашек и прочей живности (миллионы видов – вознито!). Это человек норовит сунуть нос во все дела на своем подворье. А Богу подобное «очеловечивание» не подобает. Конечно, три тысячи лет назад представления о Боге были приземленными, причем настолько, что Библия советует зарывать нечто после себя костяной лопаткой (ведь Яхве бродит ночью меж шатров, может оступиться) и рассказывает, как Израиль пошел однажды «за шатер» и натолкнулся во мраке на Бога, схватился с ним и даже надавал тумаков… Однако мы уже – не синайские кочевники, следовало бы поднять «до уровня» и теологию…
На мой взгляд, «быть против религии» неразумно – она не «опиум для народа», а система воспитания этики и аксиологии, без которой общество ввергается в хаос бездуховности. Что, однако, не отменяет неприязни перед религиозным бизнесом и его методой привлечения потребителей.
…Теперь все реже встретишь эзотерически настроенных людей. А в начале 1990-х они просто одолевали. Я, помнится, успешно оборонялся «теорией множащихся вселенных» (домашнего изготовления). В ней Абсолют создает Вселенную (или множество таковых) силой воли (а точнее, Причинности), для того чтобы на материальных планетах насеять жизнь. Эволюция жизни рано или поздно переходит на стадию эволюции информации. При этом в системе нарастает «воля», то есть способность изменять вероятность событий. Постепенно дух теряет зависимость от материальных носителей. Так развивается мини-абсолют со своей собственной Причинностью. Смысл существования нашей Вселенной – в рождении новых абсолютов на разных планетах… Теория складная и внушительная, а истинная или нет – что за разница? Да ведь и общество не взыскует истины, а подчиняется мифу и политике.
От афарского австралопитека до человека – «лестница существ», которой не существует! Ибо каждый из этих видов не является предком для следующей ступени, а принадлежит боковой ветви.
А в наши дни «политика от антропологии» испытывает влияние мощной волны, которую негативно именуют «южной угрозой» (а позитивно – «содействием развитию цветного населения»). Эту волну вполне удовлетворяет третий проект:
Здесь кормится целая гвардия ученых. Задача – доказать, что человек появился (!) в Африке, вышел оттуда (снова «!») где-то сто тысяч лет назад и распространился по всей Земле. В основу положен генеалогический постулат: все популяции некогда разошлись от единого предка, равномерно накапливая различия в генах. (Он вовсе не очевиден.) Здесь укоренились абстракции, за которыми подчас теряется здравый смысл. «Митохондриальная Ева, первый сапиенс, семь женщин, заселивших Европу…» – такие «заклинания» часто мелькают и на страницах «Знание – сила». Но ведь по сути это… былина, где горстка «суперменов» вытесняет – или истребляет? – архаических людей, заполонив Землю своими отпрысками. Пятеро против миллиона!
А генеалогическое древо? Чистая абстракция. В родословной каждого из нас «крона» может быть направлена только вниз: два родителя, четыре прародителя, восемь пра-пра и далее – два в степени «пра». Значит, тысячу поколений назад предки каждого составляли… число примерно «в триста нулей»? Конечно, это не так – ветви постоянно пересекались, поддерживая родство большинства людей. Генеалогия вообще не является ДРЕВОМ, спускайся по нему или поднимайся, – это СЕТЬ. Как для княжеского рода, так и для рода Homo. Однако в золотую рамку принято помещать именно древо, отображающее не всех, но лишь желательных предков: рыцарей, героев, Рюрика, а лучше – самого Адама.
Древовидная генеалогия – стереотип мифологического сознания. На нем «играют» те, кто говорят: «первая женщина появилась в Африке 150 тысяч лет назад». Пардон, а кто тогда жил 155 – и где-нибудь в Персии? А 157 – и в долине Меконга? А куда девать людей, которых было полно в Южной Европе последний миллион лет? Вы скажете – боковые ветви! Есть два возражения. Во-первых, черепа людей Азии последние полмиллиона лет (и даже больше) несут сходные черты (уплощенность лица, форма зубов и многое другое). Свои признаки сходства есть внутри африканской и европейской «линий». Так что же, мигранты по прибытии в Китай или Индонезию резко потеряли африканские черты и случайно приобрели местные? Во-вторых, репродуктивных барьеров между африканскими и «неафриканскими» древними людьми скорее всего не существовало. Подтвердить их наличие непросто. А вот отсутствие легче: этих барьеров нет не только у современных рас, но и между близкими видами многих приматов. Кроме того, некоторые образцы костей древних людей показывают явные черты смешения.
К XXI веку модель монофилии (происхождения от одного предка) изрядно устарела. Сегодня хорошо известно, сколь велика роль параллельной эволюции, симбиогенеза и переноса генов посредством вирусов. Так возникали многие классы, типы и даже царства. Что же говорить о внутривидовом уровне – еше в 1937 году Ф.Г. Добржанский изображал вид как сеть популяций (а никак не древо). И совсем нелепо производить Homo sapiens (даже не вид, а огромную «размазанную» во времени и пространстве фратрию) от какого-то единичного предка.