Страница 15 из 26
«Хайолэйр... Красивое имя. И женщина красивая. Она... Она особенная. У нее такая красота... Как же это?.. Даже не знаю. Ей смотришь в глаза и видишь красоту. Они такие синие. А как блестели от слез? В свете лампы они были как сапфиры. Синие-синие. Не голубые, нет. Они синие. А как она правильно все поняла про пользу от труда... Вернусь в Эдинбург. Надо будет найти какую-нибудь ферму. Может быть, небольшую. Может быть, поближе к Эдинбургу, чтобы можно было оттуда на работу ездить. Даже дождь здесь не мешает. Ну, как... Мешает, но не в этом смысле. В городе он действует на нервы. А здесь он как стихия, прекрасная, которой нельзя противостоять, с которой нужно уметь жить. А теперь уж и нельзя сказать, что я хочу, чтобы этот дождь кончился. «В ловушке по собственному желанию.» Даже не знаю ловушка ли это... А вообще, ферму можно и большую. Нанять управляющего... Цифры, цифры... Здесь даже усталости совсем не осталось, только физическая утомленность, но ведь так и должно быть в конце дня...»
Марш заглянул в духовку в подливе тушилось мясо с овощами.
«Все-таки эта женщина – чудо! Она так просто выдает ответы на такие вопросы... Дедушка Том точно так же на все отвечает. Хай бы ему понравилась, и он ей тоже. Они оба говорят прямо, не стесняясь, говорят то, что думают. «Если бы на фронте все мялись, как девицы – мы бы проиграли войну.» Вот он и не мнется. И Хай не мнется... Как же ее поцеловать-то хотелось. А когда голова на плече лежала. Было так хорошо. Я был счастлив... Уже второй раз за день я повторяю эту фразу... Прекрасная, нежная и хрупкая. Утром сомневался... Дурак! Да у нее сильный характер, да она сильная. Но насколько она сильная, ровно настолько она и хрупкая... Тело у нее такое мягкое и податливое...»
На кастрюле с картошкой подскакивала крышка. Марш поставил меньше огонь.
«Я был прав. Здесь вечером очень уютно... Телефон? Наверное должна поднять Хай... А ее все нет...»
Марш переступил с ноги на ногу. «Если это Джон... Скорее всего он...» Он пошел в библиотеку.
– Дом мисс Олсопп.
– Вы кто?
«Кто я? Кто? Гость?»
– Гость.
– Что еще за гость?
– Извините, но Хай... Мисс Олсопп вышла. Она вернется – я скажу, что вы звонили. Назовите себя.
– А где она?
– Молодой человек, все ваши вопросы вы сможете задать мисс Олсопп, когда она вам перезвонит. Если вы не хотите себя называть – перезвоните позже. До свидания.
– Подождите. Передайте, что ей звонил Сэм.
– Сэм...
– Она поймет.
– Что ж... Всего доброго.
Гудки. Марш посмотрел на телефонную трубку. «Скорее всего это тот самый Сэм, который боится овец... И на которого рычит Скай.» У Марша почему-то от этого факта на душе потеплело.
Он вернулся в кухню и на радостях решил погладить пса.
– Скай, ты замечательный пес. – Пес вытянул морду, чтобы Маршу было удобнее его гладить. Марш рассмеялся. А Шарлин, похоже, начала ревновать: она вылезла из объятий пса и стала тереться всем телом о ноги Марша. – Вы оба замечательные. Любите свою хозяйку? Знаю, что любите. Оберегайте ее, когда я уеду. – От этих слов что-то кольнуло... в сердце? Марш тряхнул головой.
– Они уже и к тебе подлизались?
Марш поднял голову:
– Подлизались? Ты же говорила, что они всех в напряжении держат...
– Держат, но при этом все их любят. – Она улыбнулась. – Ты не стал исключением. Их не любил только Олсопп и...
– ...Сэм, а еще Коллинз... Или у него предвзятое отношение только к Скаю?
– Только Сэм.
Они помолчали.
– Я не знаю тот ли это Сэм... но какой-то Сэм тебе звонил несколько минут назад.
– Ох! И что он сказал!? – «Она разволновалась?» – Что он сказал?
– Мне он ничего не сказал, даже имени не хотел называть. Но... Итак, он представился как Сэм. Я сказал, что сообщу тебе о его звонке. Ты бы заодно позвонила Джону, пока не очень поздно. Он, ведь, тоже очень рано встает...
Хай кивнула:
– Да, хорошая идея. – Она заглянула в духовку. Выключила огонь. – Пока не доставай.
«Сэм звонил. Только этого не хватало! Опять эти наставительные речи. Ну, сейчас да... Сейчас, может быть, они и к месту. Но когда он отчитывал меня за Джона! Выросли все вместе! Ему ли не знать, что мы с Джоном не разлей вода! Неприлично! Дикость какая! Неприлично! Да Джон мне, как брат! А, может быть, и ближе!» Девушка покачала головой.
– Здравствуйте, мистер Пейн. Это Хай.
– Здравствуй, крошка. Как ты? Все хорошо?
– Да, все нормально. А вы как поживаете?
Мужчина усмехнулся:
– Дождь.
– Сэм хотел со мной поговорить...
– Да, конечно! Сейчас я его позову.
«Бывают ли настолько непохожие люди как Роберт Пейн и Сэмюэль Пейн? А ведь они отец и сын...»
– Хай, кто там у тебя?
– Привет, Сэм.
– Хай, я задал тебе вопрос!
– А я с тобой поздоровалась! – В том же тоне отозвалась она.
– Ладно, извини. Привет. Как ты? Кто у тебя там!?
– Сэм, прекрати! Я не маленькая девочка, чтобы меня контролировать и отчитывать. И вообще, нам нужно будет поговорить. Но это потом, при встрече.
– Ты так и не ответила на мой вопрос!
– А если я не стану на него отвечать?
– Я приду и познакомлюсь с этим типом, который назвал себя твоим гостем.
– Он на самом деле мой гость, Сэм. Его зовут Маршалл Олдридж. Он приехал осмотреть ферму.
– Так все-таки решила ее продать? И молодец! Нечего здесь делать в этом захолустье. Когда продашь ферму, мы сможем уехать отсюда...
– Я передумала.
– В смысле?
– В том смысле, что я передумала продавать ферму. Я останусь дома.
– Послушай, Хай... Ты не должна себя хоронить здесь.
– Сэм, я и не собираюсь себя здесь хоронить, я собираюсь здесь жить. Конечно, когда я умру меня похоронят, но я надеюсь, что это будет нескоро.
– Ладно... Об этом мы потом поговорим. Если ты передумала продавать ферму – что у тебя делает этот тип!?
– Этот ЧЕЛОВЕК мой гость, Сэм. А вообще, Марш «застрял». Дороги размокли и его автомобиль застрял. А к тому моменту, когда я хотела на тракторе... Короче, начался ливень и, как ты знаешь, он до сих пор даже не ослаб.
– Я приду к тебе завтра.
– Сэм, мы можем поговорить позже. Завтра придет Джон.
– Я приду к тебе завтра. А Джон может и дома посидеть.
Хай покачала головой, глубоко вздохнула.
– Сэм, хочешь – приходи. Дело твое. Это тебе пешком тащится по грязи. До завтра. – Гудки.
«Ни привет, ни пока... Как я вообще могла начать с ним отношения? Удобно? Ведь даже Марион эти отношения не нравились. Теперь я понимаю почему. Очень хорошо понимаю.» «Так хорошо, что сердце замирает...» «Надо Джону позвонить.»
– Миссис Керк! Добрый вечер!
– Здравствуй, моя девочка. Как ты?.. Когда… Ты продала ферму?
– Нет. Я ее больше не продаю. Я передумала.
– Слава Богу! А этот молодой человек?
«Всем объяснять. Почему-то Джону объяснять не надо было. Но Лилиан, действительно, волнуется...»
– Я ночью передумала...
– Ну, и правильно. Куда ты уедешь из дома?
– Вы были правы, Лилиан.
– Я права не от того, что я такая умная. Я просто уже старуха.
– Лилиан, вот сейчас вы не правы. Вы замечательная женщина. Спросите у Гарри!
Женщина засмеялась.
– Гарри... Тебе от него привет.
– И вы ему передавайте. Я хотела с Джоном поговорить.
– Да, сейчас, я его позову.
«Замечательная женщина. У меня никогда не было ощущения или желания перед ней оправдываться. От нее, как и от бабушки, я никогда не слышала нотаций. Да и Джон, тоже.»
– Привет, бабушка тебя уже заболтала?
Девушка улыбнулась.
– Привет. Джон, тут такое дело. В общем, вещи старого Олсоппа Маршу совсем не подходят. А ему...
– Уже Марш!
– ...А ему нужно во что-нибудь переодеться... Думаю твои вещи ему как раз подойдут.