Страница 37 из 50
-Длинным коли, р-р-раз! Так его вражину! Коли один р-р-раз - и бросай басурмана со штыка! -весь строй как один человек проделывает выпад, и вновь возвращается в боевую стойку. Чуть присесть на полусогнутых ногах, расставленных на шаг, правая нога позади, левая впереди и ружье с хищным жалом штыка в положении "на руку", приклад прижат к правому боку.
Сегодня пятница, день посвященный хитрому искусству фехтования на штыках, фельдфебель Матвей с утра вбивает в солдатские головы "науку". Всего пара-тройка простых движений, но следует отработать их до совершенства. От этого в бою будет зависеть многое, холодное оружие по прежнему решает в этом мире исход сражений. Будущим бойцам читаются ясные постулаты по психологии боя, элементарные основы прикладной техники и даже инструкции по периферийному зрению!
-Штыком коли крепко! Ударил штыком, да и тащи его вон! Назад, назад его бери быстро! Да и другого коли! Ушей не вешай, голову подбери, а глазами мотри: глядишь направо, а видишь и влево!
Сперва приемы отрабатывают на воображаемом противнике, затем наступит черед набитых соломой манекенов, подвешенных рядами на перекладине, подобии виселицы. Каждый обучаемый должен быстро всадить штык, и столь же быстро выдернуть его назад, промедление в бою грозит гибелью, противнику не следует оставлять ни малейшего шанса на успех.
-Помни, ребята, -объяснял старый фельдфебель своим ученикам-солдатам, -Ежели, к примеру, фихтуешь, так и фихтуй умственно, потому фихтование в бою есть вещь первая, а главное, помни, что колоть неприятеля надо на полном выпаде в грудь, коротким ударом, и коротко назад из груди штык вырви... Отскокни шаг назад, и ударь опять! Ен упал - коли другого, коли третьего! Не стой ирод на месте.
-Помни, из груди коротко назад, чтобы ен рукой не схватал... Вот так: р-раз -- полный выпад и р-раз и энто назад. Потом р-раз и д-ва, р-раз и д-ва, ногой коротко притопни, устрашай его, супостата, р-раз - д-ва -мелькает в воздухе, точно живое ружье учителя, ему уже доводилось на практике и не раз поддевать штыком врага.
И Александр, подражая инструктору, мастерски коротко вырывал штык из груди воображаемого неприятеля и, энергично притопывая сапогом пыль, устрашал его к крайнему удовольствию Матвея, любившего его "за ухватку". Не иначе тогда, полтора года назад, за это его и выбрал фельдфебель в качестве потенциально киллера для ненавистного прежнего командира. Слава богу не пришлось никого убивать, но все еще впереди. Получается не у всех, суровый учитель налетает точно коршун на неумеху рядом с Сашкой, у кого неправильная стойка так прямо из себя выходит.
-Почто тебя скрючило? Живот болит, что ли, мужик? -кричал, бывало, Матвей на скорчившегося с непривычки на боевой стойке солдатика, -Ты гордо стой орлом, а не як баба брюхатая! Ишь раскорячился!
Так и напрашивается подзатыльник разгильдяю дать, руки чешутся - но нельзя, за порядком строго надзирает назначенный на учение офицер. Не то что бы в полку солдат за прегрешения не наказывали в том числе и розгами, раз уж в уставе прописано такое прописано, однако теперь экзекуции проводятся только с ведома командира. Ненавистная прусская школа, когда солдат боится палки капрала сильнее пули противника у нас под запретом и прекрасно, этой системы Александр уже отпробовал, сыт по горло.
-А? Что энто? Ты вольготно держись, как енерал в карете, развались, а ты как гусь на проволоке... -приходиться изворачиваться фельдфебелю, изыскивая слова для внушения нерадивым.
Интересно, что, несмотря на довольно широкие возможности использования оружия, техника штыкового фехтования намеренно сохранялась предельно простой, чтобы обеспечить наилучшие возможности для массового, армейского обучения. Сохранялся приоритет шереножного обучения, при котором "один солдат поддерживает другого, поэтому и бой легче". Скажем, в том же дореволюционном учебнике Соколова базовых позиций защиты всего три, не считая дополнительной защиты от удара саблей сверху, в пособии 1907 года - всего две. В русской армии триумф штыка принято отождествлять с тактикой генералиссимуса Александра Васильевича Суворова. Что, в общем, во многом справедливо. Суворовская тактика действительно основывалась на скорейшем преодолении поражаемого огнём пространства для решительного удара в штыки. При этом патрон в стволе Александр Васильевич рекомендовал экономить, оставляя его как вспомогательное средство именно для штыкового боя: "Береги пулю в дуле на два, на три дня, на целую компанию. Стреляй редко да метко! Двоих заколи, а третьего застрели!" В оригинале, слова А.В. Суворова в "Науке побеждать" звучат так: "Береги пулю на три дня, и иногда и на целую кампанию, как негде взять. Стреляй редко, да метко, штыком коли крепко. Пуля обмишулится, штык не обмишулится: пуля - дура, штык - молодец". Этот фрагмент в целом совершенно меняет понимание той фразы, которую из трудов полководца обычно неграмотно выхватывают. Полководец всего лишь призывает беречь боезапас и стрелять метко и акцентирует внимание на важности умения работать штыком. Эпоха дульнозарядного оружия заставляла стараться стрелять метко, важность точной стрельбы недооценивать было невозможно. Но гладкоствольные ружья с мешкотным заряжанием не могли обеспечить высокой скорострельности и требуемой меткости, и хорошее владение штыком в бою было критически важно. Это подчёркивают другие суворовские слова: "Штыком может один человек заколоть троих, где и четверых, а сотня пуль летит на воздух".
Немало недоразумений возникает из-за того факта, что штыковая атака может быть крайне эффективной даже тогда, когда штык не только не убивает вражеских солдат, но и вовсе не дотрагивается до их тел. Бывает, что 100 процентов потерь причинены ружейным огнем, тем не менее, инструментом победы является все-таки именно штык. Ибо его назначение, не убивать, а дезорганизовывать и выигрывать позицию. И, зачастую, достаточно блеска штыков и решимости в глазах их владельцев, чтобы вызвать шок и трепет в рядах противника. Штык превосходное оружие устрашения. Успех штыковой атаки - когда враг бежит, не дожидаясь физического контакта с атакующими.Отмечалось в частности многими авторитетами, что страх укола штыком во многом иррационален и способен лишить противника сначала воли, а затем, как следствие, его способности к сопротивлению. Отсюда и байки про "несокрушимость русского штыка", впрочем тоже самое было во всех армиях нового времени, разве что турки составляли исключение.
Наконец фехтование на штыках, после которого солдаты расходились, держались за стенку, ноги не гнутся, закончилось! Сегодня наставником, как обычно, выступал старый знакомый - фельдфебель Матвей, считавшийся в полку мастером своего дела. Однако для Сашки и остальных застрельщиков мучения только начинаются, после обеда ими займется штабс-капитан Денисов и окажется, что с утра была только разминка, навроде зарядки.
Пот заливает лицо под фехтовальной маской, ноги налились свинцом и руки уже отваливаются под тяжестью грубо сработанного макета ружья. Кто сказал, что тяжело в учении, а легко в бою? Да тут сдохнешь вперед сто раз, зачем только его выбрали для показа ударов и защит? В отличие от остальных солдат застрельщики, по замыслу командира полка, должны были пройти полный курс фехтования. Надо постичь десять основных ударов и защит, плюс еще пару дюжин вспомогательных. Невольно хочется нырнуть под оружие противника, и навязать ему ближний бой в стиле самбо, но к черту, здесь такой фокус не пройдет. Пока возишься с одним, его сосед нанижет тебя на штык, это к сожалению не борцовский ковер. Короткая передышка, наконец то можно скинуть пропахшую потом маску и вдохнуть полной грудью свежего воздуха, сознание с трудом воспринимает пояснения штаб-капитана, что он там втолковывает: "Не отстраняя ружья противника переходят на правую сторону через верх его штыка. В то же время, как левая рука атакующего притягивает для этого движения ружье к груди, правая рука, держащая приклад, подает его несколько вперед. Когда же левая выпрямляется для того, чтобы поместить ружье с правой стороны, рука с прикладом в это время обходит около живота и переходит на левую сторону. Обе руки нападающего тогда скрещены, и ружье повернуто боком вверх". Где только Денисов набрался этой премудрости? У фельдфебеля все было намного проще, штыковым ударам обучали самым примитивным: "Длинным - коли! Коротким - коли!". Предполагалось видимо, что в бою русские пехотинцы будут орудовали штыком как привычным сельхозинвентарем, да и для большинства фехтовальных приемов в тесном строю просто не хватит места. Вспомним Толстого и его "Видел только широкие спины преображенцев, работающих штыками, как вилами - по-мужицки..." и это гвардия, чего же желать от обычных армейцев?