Страница 83 из 86
"Аудитория была набита битком, в основном неграми, но было и несколько белых. На трибуне молодая девушка с бледной кожей, нарядно одетая. Она стоит на высоких каблуках, слегка наклонясь вперед, и говорит звенящим
325
прерывистым голосом: "…и я говорю вам, я открыла великую истину. Великую радость. Я поняла, что я - черная. Я черная! А вы - да, лица у вас черные, но внутри вы белые, а ваше сердце, ваша душа - белые, вас отбелили!"
Уоррен описывает реакцию на это одной белой женщины и полагает, что если бы "в этот момент она услышала внутри себя какой-то голос, то, скорей всего, это были бы слова Малькольма X.: "Белые дьяволы". И наверное, она увидела бы его же лицо с сардонической и уверенной ухмылкой"9.
И хотя это лишь один из его ликов, думаю, ее страх понятен. Она стала свидетельницей того, что мы назвали "тоталистской перегруппировкой образов", лежащей в основе многих идеологических движений современности. Мы назвали тотализмом внутреннюю перегруппировку образов, почти негативную конверсию, при которой элементы прежде негативной идентичности становятся абсолютно господстующими, в то время как позитивные совершенно устраняются10. Это, говорили мы, может быть преходящим явлением у молодых людей разных национальностей и социального статуса - бунтующих против чего-либо или примыкающих к какому-нибудь движению, отступников и замкнувшихся в себе. Оно может исчезать по мере разрешения возрастного кризиса или подчинить себе всего человека. В некоторых исторических и социальных условиях этот процесс может иметь губительные последствия, например в случае с "закоренелыми" извращенно-преступными или эксцентрично-экстремистскими настроениями и поведением. Опасные политические последствия этого процесса напоминают нам о том шоке, который мы испытали, когда молодежь послеверсальской Германии, прежде столь чувствительная к критике со стороны иностранцев, но в то же время отказавшаяся от привязанности к идее Kultur*, не дававшей реалистической идентичности, соблазнилась нацистской переоценкой ценностей цивилизации. Однако преходящая нацистская идентичность, основанная на тотализме, для которого характерно полное неприятие всего иностранного и особенно еврейского, не смогла вместить в себя все богатство элементов германской
Культура {нем.) - Прим. перев.
326
идентичности и привела вместо этого к псевдологическои извращению истории. Ясно, что как крайний расизм горящими крестами, так и черное мусульманство - ам риканские аналоги этого явления. Малькольм X. - теа ральное проявление той специфической ярости, котор; возникает, когда развивающаяся идентичность лишает* перспективы достичь традиционной цельности, хотя эт «замечательный человек и по своим личным и по полит ческим качествам выходил далеко за рамки движения, которому принадлежал. Но и черные мусульмане иног, апеллировали к лучшим качествам своих сторонников.
Однако в целом в Америке тоталистские тенденции н популярны, и неспособность, или скорее нежелание бу тующей молодежи придерживаться какой-то идеологич ской системы - само по себе показательный историчесю факт. У нас пока еще нет базы для возникновения сильн «"лояльной оппозиции", в которой радикализм сочетал! бы с желанием получить власть. Временное вырожден] "Движения за свободу слова" в Калифорнии в борьбу свободу употребления ругательств было, вероятно, резул татом смешения бесперспективного тотализма с имеюнц будущее радикализмом. Однако нежелание служить ник кой политической идеологии может сделать скрытую а рессивность нашей неблагополучной молодежи факторо разрушительно влияющим на цельность личности, а вр менами - и на "законность и порядок". Вместе с те когда негритянское население стало принимать участие акциях общественного протеста, уровень преступности количество правонарушений в некоторых южных район; резко снизились. К сожалению, общество, основанное насилии, принимает ненасильственные методы решен] проблем за слабость и провоцирует насилие.
Мы предположили, что альтернативой абсолютному i тализму может стать цельность более широкой идентичп сти. На какую историческую реальность может опереть американский негр и какая широкая идентичность даст ei возможность ощущать себя негром (или потомком негро и одновременно - американцем? Ведь следует понима! что после того, как все реальные возможности определен и проанализированы, а результаты анализа получили оце ку, остается вопрос: на какую историческую реальное? может опереться развивающаяся идентичность?
327
Еще раз подчеркивая взаимосвязь биографии и истории, я должен упомянуть о досадном и странном, никогда мной не подразумевавшемся отождествлении термина "идентичность" с вопросом "Кто я?". Человек задает себе такой вопрос, либо временно находясь в болезненном состоянии, либо в момент плодотворного внутреннего конфликта, или в отрочестве, когда эти два состояния могут совпадать; вот почему, когда студенты говорят мне, что у них "кризис идентичности", я иногда спрашиваю, жалуются они или хвастаются. Вопрос, по существу (если его вообще можно задать в первом лице), был бы: "Каким я хочу стать и как этого добиться?" Но осознание внутренних мотивов в лучшем случае способствует замене детских желаний и юношеских фантазий реалистическими целями. Достичь большего поможет лишь обновленное и более чуткое ощущение исторической реальности; оно высвободит энергию, стимулирующую и в свою очередь стимулируемую перспективой развития. То, как эта перспектива становится исторической реальностью, видно на примере "культурно обделенных" негритянских детей, с удивительным достоинством и выдержкой реагирующих на требования, неожиданно предъявляемые историей. В исследование этой проблемы большой вклад внес Роберт Ко-улс: он изучал биографии рано "интегрированных" негритянских детей. Интерпретируя имеющиеся данные в обычном для психиатрии духе, многие предположили бы, что, например, одинокий негритянский мальчик, в прошлом страдавший серьезными расстройствами, конечно, не сможет противостоять враждебной обстановке в белой школе. Но Коулс, бывший очевидцем событий, рассказывает, как замечательно этот мальчик сумел ей противостоять на протяжении всех лет учебы11.
Во многих странах сейчас ведется борьба за более широкую идентичность: то, что было движущей силой революций и реформации, основания церквей и империй, превратилось в фактор мирового соперничества. Революционные теории обещают молодежи тех стран, которые должны преодолеть свое племенное, феодальное или колониальное прошлое, новое рабоче-крестьянское сознание; новые нации претендуют на территории, рынки. Мировое пространство расширяется, включая в себя космос в качестве "среды" всеобщей технологической идентичности.
328
Вопрос стоит шире (и Ганди много сделал для того, чтобы по крайней мере англичане это поняли), чем то, как раскаявшемуся или напуганному колонизатору распределить материальные блага так, чтобы смягчить потребность в новой идентичности. Вопрос скорее в том, каким образом ему воспринять более широкую идентичность, ведь она появляется тогда, когда две группы, чья идентичность прежде отталкивалась от негативного образа другой группы (в обстановке постоянной вражды или эксплуатации), найдут способ слить их, чтобы тем самым дать толчок развитию обеих.
Итак, какая же более широкая идентичность может стать идентичностью американских негров? Представляется, что некоторые варианты слишком широки, а некоторые - слишком узки. Идентичность "человека вообще", на мой взгляд, слишком широка. По странной привычке гуманистического нарциссизма последних лет она навязывается больным, женщинам, неграм и т.д. Иногда это странное выражение "человек вообще", возможно, свидетельствует о преодолении ментальности псевдовидов, но оно также подразумевает, что говорящий, пройдя через некие испытания, открывшие ему глаза на истину, имеет право причислять или не причислять остальных к человечеству. Я не удивился бы, узнав, что наши негритянские коллеги и друзья нередко ощущают этот остаток интеллектуального колониализма даже в "лучших" из нас. Но это выражение ни в коей мере не отражает специфики "человеческих" отношений. Ведь даже в рамках широкой идентичности человек воспринимает другого человека в определенных категориях (например, взрослый, и ребенок, мужчина и женщина, работодатель и служащий, лидер и последователь, представитель большинства или меньшинства), и "человеческие" взаимоотношения всегда отражают различия в ролях и присущую им двусмысленность; вот почему я переформулировал золотое правило: вести себя надо так, чтобы содействовать развитию и своей идентичности, и идентичности другого.