Страница 38 из 92
Позже, когда я думал о нашем разговоре, мне вдруг пришло в голову, что я тоже скрывал от Пуджи нечто, о чём не мог рассказать ему, нечто очень сокровенное и чрезвычайно странное. Я имею в виду свои размышления о дружбе с Чхотой. Я считал, что он совсем помешался на своей расе с Господом, но он не мог даже представить, о каких странных вещах думаю я. У меня даже промелькнула мысль: «Может быть, каждый человек думает о чём-то странном, чему он придаёт особое значение и во что другие не верят?». Но потом я решил, что, скорее всего, это не так, и большинство людей вряд ли думают о чём-то необычном. Скорее всего, они думают о менее странных вещах. Они могут, например, думать, что никто не понимает, какие они замечательные, или же о том, что никто не знает, как они страдают. Каждый воспринимает себя по-своему, и каждый думает, что никто другой не воспринимает его так же, как. он сам. Однако Кришна знает, о чём думает каждый человек.
После таких размышлений я решил, что должен написать Гурудеву. У меня было несколько важных вопросов, которые я хотел задать ему.
Я продолжал осматривать Вриндаван. Иногда я ходил вместе с Пуджей и Бабаджи, иногда - с одним Пуджей, а иногда - в одиночку. Мне нравилось наблюдать за людьми и животными, и мне нравилось видеть в них особенных живых существ, как учат шастры. Конечно же, во Вриндаване всегда нужно быть начеку, а иначе у вас что-нибудь украдут или же вас обманут, и, разумеется, вы не можете подойти к грязной свинье и обнять её только потому, что она - бриджабаси. Но что бы жители Вриндавана ни делали, вы всегда должны помнить, что они освящены пылью Вриндавана. Да и помимо самих обитателей Вриндавана здесь находится много других людей. Каждый день сюда приезжают сотни индусов, и особенно много их собирается здесь во время праздников. Вы видите, как они идут друг за другом во время пари-крамы. С одной стороны, это самые обычные люди, но с другой - они особенные существа, так как они приехали в царство Кришны для того, чтобы стать ближе к Нему.
Я начал понимать, что не смогу жить во Вриндаване постоянно, но я попытался получить хоть какое-то благо от нахождения там. Говорится, что обычным людям вроде меня лучше не оставаться во Вриндаване надолго, а иначе они могут дойти до оскорблений. Я приехал во Вриндаван без разрешения и безо всякой цели, и, находясь там, я оскорблял других преданных, и всё же даже я получил некоторое благо, или, по крайней мере, у меня было такое ощущение, когда я шёл босиком во время парикрамы по пыльной дороге, по которой до меня проходили тысячи других паломников. Когда я вынужден буду уехать из Вриндавана, думал я, то, по крайней мере, я смогу, последовав наставлению Кришнадаса Кавираджи, жить во Вриндаване мысленно.
Вриндаван, Индия
Дорогой Гурудев!
Примите, пожалуйста, мои смиренные поклоны у Ваших лотосоподобных стоп. Слава Шриле Прабхуиаде!
Вы, наверное, удивитесь, узнав, что ваш недостойный сын пишет вам из Вриндавана. По крайней мере, я нахожусь здесь физически, так как говорится, что невозможно войти во Вриндаван, просто приехав туда на поезде или автобусе. Вы говорили нам, своим ученикам, что все мы когда-нибудь побываем во Вриндаване. И вот я приехал сюда, как вы хотели, хоть вы и не давали мне такого указания.
Когда я уехал из Гайаны и расстался с вами, мне стало очень тоскливо из-за того, что я покинул своих мышей. Я могу сказать вам об этом, так как вы знаете о моей привязанности к ним. Более того, вы даже благословили их, когда мы уходили. Быть может, вы сделали это из сострадания ко мне, зная о моих причудах, но я очень благодарен вам за это.
Я встретил одного преданного, который предложил мне лететь вместе с ним в Индию, и я согласился. Конечно, мне нужно было позвонить президенту храма, Вибху Прабху, и спросить его, что мне делать. Но я не сделал этого и сейчас чувствую себя виноватым.
Преданный, с которым я живу здесь, Пуджа дас брахмачари, - ученик духовного учителя, ушедшего из ИСККОН. Он очень искренний преданный, но он очень ожесточён и никому в Движении не доверяет. Может быть, в каком-то отношении, общение с ним не очень благоприятно, но он очень строго выполняет садхану, и пока нам удаётся находить общий язык.
Я пишу вам для того, чтобы рассказать, что со мной сейчас происходит, и чтобы вы решили, что мне следует делать.
Здесь, во Вриндаване, мы познакомились с одним бабаджи, который советует всем развивать свою расу с Кришной. Пуджа отнёсся к этому очень серьёзно и даже показал мне в «Чайтанья-чаритамрите» главу, где говорится, что мы должны следовать примеру какого-нибудь жителя Вриндавана. Я считаю, что это наставление относится к тем преданным, которые уже достигли очень высокого духовного уровня, но Пуджа говорит, что и мы должны стремиться к этому и думать о своих отношениях с Кришной. Поэтому я прошу вас разрешить мои сомнения. Сейчас я ничего не делаю, чтобы развить свою расу или что-то подобное.
Я не хожу в храм Кришны-Баларамы, я заходил туда лишь один раз. Здесь находится один преданный с нашей фермы, Нанда дас. Он приходил ко мне и отругал меня за то, что я живу не в храме. Наверное, он прав, но он был так резок со мной. Как бы то ни было, я чувствую себя обязанным оставаться с Пуджей дасом и не бросать его одного, ведь он купил мне билет в Индию.
Вот что я хотел сообщить вам на тот случай, если кто-нибудь будет спрашивать вас обо мне.
Ваш заблудший сын, нуждающийся в ваших наставлениях,
Нимай дас.
Глава 8
(С.g.r.)
Как-то в один из дней Нимай почувствовал особое умиротворение и единство с Вриндавана- дхамой. Всю вторую половину дня он читал «Шримад-Бхагаватам», сидя на берегу Ямуны и обернув голову гамчей, чтобы защититься от солнца. Он также много думал о Чхоте и даже иногда разговаривал вслух.
Вечером того же дня они с Пуджей мирно поговорили, ни о чём не споря и ничего друг другу не доказывая. Они взяли немного денег из оставшейся суммы, которая уже значительно уменьшилась, и устроили небольшой пир, купив молока и бананов.
- Быть может, когда-нибудь мои раны и заживут, -сказал Пуджа. - Я должен быть благодарен судьбе за то, что я узнал о Шриле Прабхупаде и прочитал его книги.
- Да, - кивнул Нимай, - если мы просто будем служить Кришне во Вриндаване, все наши раны заживут.
Укладываясь спать, Нимай вспомнил, что перед сном нужно помолиться. Он понимал, что многое в своей духовной практике делает нерегулярно, но не знал, как избавиться от привычки действовать по своей прихоти. Поэтому он помолился Кришне, Господу Вриндавана, и попросил Его помочь ему. И словно в ответ на его молитву ночью у него резко поднялась температура. Он проснулся весь в поту, а всё его тело ломило, как при гриппе. Утром он с огромным трудом поднялся и пошёл в ванную комнату. У него начался сильный понос и рвота.
Нимай подумал, что это его «карма» и мысленно приготовился к болезни. Всё его сознание сосредоточилось на теле и физической боли, которая не стихала ни на минуту. Час проходил за часом, а он беспомощно лежал на полу, терпеливо перенося страдания.
Пуджа сказал Гопидасе Бабаджи о болезни Нимая, и они вдвоём посадили его на рикшу и отвезли к врачу, которого порекомендовал Бабаджи. «Приёмной» доктору служил маленький храм, располагавшийся в густонаселённой части Вриндавана. Доктор был садху, очень похожий на Бабаджи, только ещё более радостный и с более густой бородой. Он обнял Нимая обеими руками и велел ему лечь на пол перед Божеством Кришны для осмотра. Божество Кришны было самой обычной, грубо вылепленной гипсовой скульптурой. Но всё же это был Кришна. Тело Его было голубого цвета, на лице у Него играла улыбка, а в руках Он держал флейту. Нимай тихонько стонал, и хотя он чувствовал смущение, он был рад лежать перед Божеством Кришны. Он подумал, что, даже если доктор и не вылечит его, все-таки хорошо, что он приехал сюда и в доказательство своей веры отдал себя, вернее своё больное тело, на милость Кришне.