Охота на Избранного

Часть III. Эйв

Глава 44

Была еще ночь, когда мы вновь отправились в путь. Мы спали часа четыре, но не могли допустить, чтобы нас поймали Гапо и его люди, которые наверняка все еще искали нас. Тропа вела прямо на юг, и к утру мы выехали на дорогу, которая привела нас прямо к Пиорио, одному из четырех городов центральной части Ломбардии. Как и другие большие города, Пиорио был разделен на районы. В верхней части города жила местная знать, а нижняя, предоставленная простолюдинам и беднякам, была застроена множеством домишек, отделенных от богатых кварталов высокой поросшей снизу мхом стеной и заставами.

Миновав несколько улиц и площадей, уже заполненных людьми, мы подъехали к воротам. Группа стражников смотрела на толпу и крепостной ров, проходивший недалеко от них. Равнодушно поглядывая на нас, они осмотрели наши нехитрые пожитки и пропустили в верхнюю часть города, где Айк, Рик и я держались спины Элсона, стараясь не потерять его в толпе. Довольно скоро мы очутились на просторной площади, окруженной пятью большими домами. Два из них выглядели как торговые склады с магазинами, два были жилыми, а на пятом рядом с открытой верандой висела характерная вывеска.

— «Зимбора мира»? Что это за название? — воскликнул Айк, прочитав странные слова, написанные знакомыми буквами.

— Вы уже далеко уехали от северных областей, — сказал Элсон. — Здесь почти не говорят на северном наречии. В этих краях вы услышите старый ломбардский диалект.

— Никогда не слышал о ломбардском языке, — Айк пожал плечами.

— Это не мешает ему быть. Не южное наречие, но и на северное не очень-то он похож. Конечно, есть схожие слова, но быструю речь вам не понять. Так что если хотите избежать трудностей, делайте то, что я говорю.

С этими словами Элсон спрыгнул с лошади и вошел в трактир, поручив своего коня Айку.

— Ну что ж, подождем, — сказал я, слезая с лошади. Но не успел я коснуться ногой земли, как девочка лет двенадцати выбежала из трактира и, чуть не ударив меня своей головой, схватила поводья лошади Элсона. Не ожидая такого натиска, Айк потянул поводья к себе.

— Симура била ма, заппа! — громко сказала девочка, отказываясь выпускать поводья.

— Заппа, заппа… Думаешь, я чего-нибудь понял? — буркнул Айк.

— Нора ма, заппа! — опять крикнула девчонка. Она потеряла одну из своих сандалий и в конце концов выпустила поводья. — Рома, нара, — сердито сказала она, подняла сандалию и побежала обратно внутрь, откуда вскоре появилась уже вместе с южанином, что-то тараторя. Он дал ей медную монету и подошел к нам.

— Что это за страна такая, где люди хватают чужих лошадей без зазрения совести? — сказал гордый собой Айк. — И что такое «заппа»?

— «Заппа» — это «сир» на ломбарди. Эта крошка собиралась отвести наших лошадей на конюшню.

— Заппа, не заппа. Говорили бы на нормальном языке… — Бормоча себе под нос, Айк соскочил на землю и передал поводья той же самой девочке, которая повела его лошадь за угол. Айк ничего не сказал и последовал за остальными в трактир, который мало отличался от тех, в которых мы побывали за время нашего путешествия. Вероятно, все трактиры в Этории были на один манер. Даже доносившийся из кухни запах был знакомым.

— А что означает «Зимбора мира»? — спросил я Элсона, когда мы уселись за стол.

— Это просто, — ответил Элсон. — «Зимбора» значит «местный», а «мира» — «трактир».

— Чудесно, теперь я знаю два слова на ломбарди. Кто знает, может, к концу путешествия заговорю на иноземном языке. Наш мудрец в Виллоне будет мной гордиться.

Я улыбнулся и передал свой стакан Айку, который уже разливал теплый эль цвета корицы с молоком.

После обеда мы поднялись в свою комнату, большое квадратное помещение с четырьмя кроватями, несколькими стульями и камином. Скоро все крепко спали, кроме меня. Я лежал в кровати с закрытыми глазами. Но сон не приходил. Почему-то я не чувствовал усталости. В конце концов, я встал, тихонько прошел мимо своих спящих товарищей и открыл дверь. Но вместо темного коридора я попал в яркий белый свет. Это был тот самый свет, который я видел раньше в своих снах.

— Мишук, — окликнул меня знакомый голос, — Мишук, это я, А-ти.

Белизна отступила, и я оказался в зеленом зале перед лицом А-ти. На коротко стриженной траве выросло кресло из гибких веток, и я сел. А-ти была так же красива, как и раньше, на ее узком лице сияла та же улыбка.

— Вот мы и встретились вновь, мой юный воин, — мягко сказала она.

Что-то такое было в ее голосе, что успокаивало и умиротворяло.

— Твое путешествие скоро примет новый оборот. Все это время ты оставался верен своей цели, несмотря на препятствия и испытания. Но дело не закончено. Тебя ждут впереди новые испытания.

А-ти подняла руку, и в воздухе появился бледно-голубой шар.

— Смотри и запоминай все, что увидишь, — сказала она.

Шар словно танцевал, его бледно-голубой цвет сменился белым, и вдруг на белом фоне возникла четкая картинка.

Я увидел лицо человека, очень знакомого человека, которого я встречал раньше. Это был Симодумо Гапо, главный хранитель имения Эрбисов. Он сидел на стуле за большим столом, уставленным едой и напитками. Рядом с ним стоял человек, лицо которого было в тени, и я мог только различить высокую фигуру в черном плаще. Они разговаривали. Поначалу я не разбирал речи, но скоро голоса зазвучали четче. Шар незаметно увеличился, я уже не видел ни А-ти, ни зеленого зала. Я стоял в комнате рядом с Гапо и внимательно слушал.

— Как ты узнал, что это были именно они? — спросил незнакомец.

— Сначала я не узнал их, господин. Я получил твое сообщение, но в нем говорилось об отряде из семерых, а этих было только четверо. Но когда я узнал, что они из Нормандии и что одного из них зовут Мишук, я догадался, что именно их ты описывал в своем письме. Если бы не имперское вторжение, я бы задержал их здесь до твоего приезда. Но они сбежали. Им помог этот глупец, молодой граф. И южанин оказался ловок.

— Южанин?

— Да, наемник из Азороса. Он был с ними.

— Ты уверен, что он из Азороса?

— Он похож на тамошних головорезов.

— Так что мальчишки?

— Трое оруженосцев, все молодые парни. Я не запомнил все имена, но одного точно звали Мишуком.

— Мишук? Мишук Лойд. Это они. Оруженосцы из Буа. Они уже причинили мне немало хлопот со своими идиотскими поисками.

— Поисками, господин? Ты не говорил об этом. Что они ищут? Это имеет отношение к нам?

— Имеет. Эта молодежь узнала о наших планах больше, чем кто-либо за последние двадцать лет.

— Такие умные? — спросил Гапо.

— Нет, вовсе не умные. Им кто-то помогает, кто-то очень могущественный. К тому же слишком многие наши друзья в Нормандии потеряли бдительность. Они думали, что если никто не задает вопросов, то они в безопасности. Они ошибались.

— Значит, это правда? Северный капитул пал?

— Пал. И повинны в этом те самые оруженосцы, которых ты не сумел задержать.

— Приношу извинения за эту оплошность, господин, но молодой граф перехитрил меня. Кто мог думать, что эти недоноски действительно спасли его от тех, кого я нанял.

— Не будь к себе слишком суров, — сказал незнакомец. — У тебя не было точных сведений, тебе не на что было опереться. Но в следующий раз постарайся быть более изобретательным. Мы не можем позволить себе упустить следующий шанс.

— Да, господин… Уже сейчас принимаются все меры. Я объявил этих парней шпионами, виновными в нападении на Ломбардию. Скоро каждый стражник в королевстве будет знать, как они выглядят. И наемники тоже. Они не смогут нигде остановиться без того, чтобы их там уже ожидали мои люди. Уверяю тебя, очень скоро их схватят, и тогда я отправлю их к тебе.

— Будем надеяться, твой план сработает. Если же нет, то мне придется подыскивать на твое место кого-нибудь другого.

— В этом нет нужды, господин. У меня все под контролем. У меня люди во всех городах Ломбардии. Не пройдет и нескольких дней, как эти молодцы будут в наших руках.