Охота на Избранного

— Нам сегодня везет, — объявил Элсон. — Паром еще грузится. Если мы поторопимся, то сможем добраться до другого берега.

— А наши лошади? Им место найдется? — взволнованно спросил Айк, когда мы начали осторожно спускаться с обрыва.

— Вижу, ты раньше не бывал на пароме, юноша, — ухмыльнулся южанин. — Там достаточно места и для людей, и для лошадей, и для скота.

И хотя копыта лошадей опасно скользили, крутое место мы преодолели без потерь. Внизу Элсон щелкнул поводьями, и его лошадь прибавила шаг. Мы сделали то же самое и больше не задавали вопросов.

Было еще рано. Погода была хорошая, на небе не было ни облачка. Мостовая единственной улицы городка вывела нас прямо к гавани, где пестрая толпа суетилась вокруг бочек, ящиков и мешков. Около причалов южанин спрыгнул с лошади и, велев нам оставаться на месте, исчез за ближайшим углом. Когда он вернулся, на его лице гуляла улыбка.

— Хорошие новости! Паром отходит в полдень. Предлагаю не ждать, пока все хорошие места займут.

Перспектива путешествия по воде в первый раз в жизни очень взволновала и обрадовала нас. Мы соскочили с лошадей, взяли их под уздцы и направились по причалу к парому, который еле заметно покачивался на воде. По деревянному трапу мы прошествовали с причала на просторную палубу. Там нас приветствовал молодой человек в голубой безрукавке, говоривший с тяжелым южным акцентом.

— Добро пожаловать на «Девичью гордость». Пожалуйста, отведите ваших лошадей на нижнюю палубу. Ваши стойла — с пятого по девятое, в конце второго ряда. Когда мы управимся тут, я пошлю кого-нибудь вам помочь. Не забудьте покрепче привязать лошадей. Некоторые животные очень волнуются во время плавания, и мы не хотим, чтобы они там внизу лягнули или покусали кого-нибудь.

Мы повели лошадей по ровному пологому спуску на нижнюю палубу. Запах скота и лежалого сена ударил в ноздри. В конце второго ряда мы нашли наши стойла. Привязав лошадей, мы поднялись на верхнюю палубу, уже заполненную людьми и грузом. Громоздкие товары занимали большую часть пространства, и пассажиры, в том числе и мы, должны были как-то устраиваться на бочках и мешках. Капитан, крупный мужчина в широкополой шляпе, начал отрывисто выкрикивать команды. Матросы, все в голубых безрукавках, убрали трап и веревки. Сразу же откуда-то снизу раздался громкий треск, сильный толчок повалил людей друг на друга. Из толпы раздались крики и проклятия, но скоро прекратились, потому что лодка, плавно качнувшись, начала медленно отходить от берега.

Как и ожидалось, путешествие через Баунд заняло несколько часов. Только к вечеру на горизонте появилась тонкая линия. Скоро мы увидели городок, мало чем отличавшийся от того, что был расположен на противоположном берегу. Несколько домов прилепились к основанию холма, подковой окружая небольшую гавань. Единственное бросающееся в глаза отличие заключалось в количестве народа, ожидавшего на берегу паром. Огромная толпа увидела нашу лодку еще издали и пришла в движение. Все бросились вперед к причалам и заполнили дощатые мосты, так что не оставалось пустого места. Но настоящее безумие началось, когда «Девичья гордость» наконец пришвартовалась. Сотни мужчин, женщин и детей, отпихивая и давя друг друга, ринулись на палубу, не дожидаясь, пока прибывшие пассажиры сойдут на землю.

Мне показалось, что трап не выдержит такого количества людей, но он лишь скрипел. Люди продолжали напирать, пока не вмешался капитан и с помощью своих матросов не оттеснил толпу обратно на причал, освобождая узкий проход для прибывших пассажиров. Мы побежали вниз за лошадьми, вывели их наверх и сумели-таки сойти на берег. Меня оттеснили от остальных, и я один пробивался сквозь толпу по причалу на улицу. Я оглянулся. Передо мной колыхалось людское море, оба причала были заполнены людьми, никто не мог повернуться, не столкнув соседа в воду. Те, кто приплыл вместе с нами, все еще пытались выбраться, а те, кто ждал на берегу, пытались взять паром штурмом. Однако во всем этом беспорядке мне удалось заметить Айка и Рика, пробивавшихся ко мне. Не хватало только Элсона, но скоро его высокая фигура вынырнула из толпы. Он вел в поводу свою лошадь и беспокойно оглядывался.

— Мы никого не потеряли? — спросил он, подходя.

— Все здесь, — ответил я, поправляя свой плащ, который с меня чуть не сорвали.

— Откуда столько людей? — спросил Айк.

— Беженцы, — ответил Элсон, прыгая в седло. — Бегут из Приграничных земель.

С тех самых времен, как Северная Империя захватила этот регион, дела здесь шли не очень. Около двадцати лет имперские бароны пытались улучшить положение в этой отдаленной области, но их усилия не привели к заметным результатам. Глубокие воды Баунда оказались слишком серьезным препятствием, не позволившим наладить постоянную связь берегов. Время шло, и люди начали покидать Приграничные земли, их привлекали более богатые и крупные рынки в центральной части империи. Один за другим исчезали города, вместе с ними хирела и торговля, так как южные купеческие гильдии приказали своим караванам обходить стороной эти земли, приберегая товары для более выгодных рынков запада. В свою очередь, император и его бароны тоже потеряли интерес к этой территории и держали там лишь малую часть своей армии. Только три небольших отряда занимались охраной нескольких крупных поселений да проходящих караванов. И ничего удивительного не было в том, что при таком незначительном военном присутствии Приграничные земли стали добычей всякого рода разбойников и головорезов, все чаще нападавших на более мелкие населенные пункты и сбившиеся с пути караваны. Но все эти неприятности ни в какое сравнение не шли с тем, что происходило здесь в последние несколько сезонов, когда неизвестно откуда появившийся таинственный враг начал разорять земли, стирая с лица земли одну деревню за другой, оставляя жителей без крыши над головой или просто убивая их. В тот день, когда я и мои товарищи пересекли Баунд, мы стали свидетелями того смятения, которое охватило Приграничные земли и заставило большую часть и без того немногочисленного населения в отчаянии бежать на другой берег реки, в более безопасные районы империи. Это было поистине тревожное время для восточной части Северной Империи, и наш отряд собирался проехать как раз через эту ввергнутую в пучину беспорядков область.

Оставив позади прибрежный городок, мы выехали на дорогу, ведущую на восток. Как и раньше, она шла вдоль берега, и мы надеялись через два-три дня выйти к границам империи. После этого наш путь лежал прямо на юг через Ломбардию к Великой Белой реке, за которой находился город Азор, столица Азороса.

Мы ехали по равнине, похожей на те, что раскинулись с другой стороны реки, но признаков человеческого присутствия было гораздо меньше. Около реки мы еще видели горстку путешественников, но они быстро куда-то исчезли, оставив нас одних в незнакомых местах, где не было ни деревень, ни ферм, ни обработанных полей. Мы видели только заросшие поля, деревья, ясное небо и опускающийся за горизонт солнечный диск. Ничто нас не задерживало, и мы быстро скакали вперед, пока не оказались на вершине холма. В отдалении я заметил несколько непонятных черных предметов неправильной формы.

— Что там такое? — я приподнялся на стременах.

— Похоже на поломанные зубы какого-то гиганта, — ответил Айк, посмотрев туда, куда я показывал.

— Нет, это похоже на разрушенную деревню, — сказал Элсон. — Три-четыре сгоревших дома, может, больше.

— Что? — воскликнул Айк. — Деревня? Где?

— Давно ее разрушили? — я повернулся к Элсону.

— Думаю, недели две назад, — ответил Элсон и, дав сильного пинка своей лошади, помчался вниз по склону.

— Что он сказал? — переспросил Айк с беспокойством.

— Мы в Приграничных землях. Только и всего.

Я тряхнул поводьями и помчался догонять южанина. Рик и Айк последовали за мной.

Не останавливаясь, мы миновали уродливые останки когда-то крепких домов и ехали до наступления темноты. Лагерь мы разбили в островке кустарника, примерно в полулиге от дороги. Сознавая опасность, грозившую каждому, оказавшемуся в этих местах, мы решили не разжигать костра и, скромно поужинав, сразу лечь спать, как обычно охраняя лагерь по очереди. Когда моя вахта закончилась, я не чувствовал особой усталости, но очень хотел поскорее попасть в царство снов, ибо знал, что мое дальновидение опять перенесет меня к моим друзьям в Нормандию.