Охота на Избранного

— Мы опоздали, — услышал я собственный голос.

— Да, опять. — Айк остановился рядом со мной.

— Сколько мы уже потеряли?

— Двадцать одну деревню и три города, — сказал Айк.

— Много. Кто-нибудь выжил?

— Боюсь, что нет. Они были обречены. Бедняги, они, наверное, думали, что это просто очередной армейский полк, проходящий через деревню.

— Да, это война…

Внезапно все смешалось перед моими глазами, я испытал нечто вроде легкого обморока, после чего вновь оказался в ночном лесу. Я открыл глаза и тупо смотрел в звездное небо.

Тревожное, загадочное видение. Вид сожженной деревни, мертвые тела, жесткие слова о войне — все это подействовало на меня удручающе. Было ли это очередное предупреждение, или я и вправду увидел кусочек будущего? Я вспомнил, как А-ти говорила, что дальновидение может иногда показывать будущее. До меня донесся тихий шепот. Я повернулся и встретился глазами с Айком, пристально глядевшим на меня.

— Мишук? Не спишь? Я знаю, что не спишь, — мой друг зашептал еще тише, чтобы не разбудить остальных. — Ты это видел? Деревню, трупы?

Я молча кивнул.

— Что скажешь? — Айк подождал немного и, когда я ничего не ответил, добавил: — Еще одно из твоих предупреждений?

— Не знаю. Может быть.

— Когда это прекратится? — Айк словно не расслышал моего ответа. — Кошмары эти, жуткие видения… Не хочу! Мишук, ты меня слышишь? Я не хочу!

Его отчаяние было искренним, и я его понимал. Но ничего не ответил, а вновь закрыл глаза. Усталость ушла, небо надо мной исчезло, я погрузился в сон.

При наступлении сумерек три всадника свернули с дороги и остановились на ночь под ветвями старых корявых сосен. Путники ехали уже несколько дней, останавливаясь только для того, чтобы напоить и накормить лошадей, которые выглядели такими же измученными, как их хозяева. Тьма сгустилась, и маленький костер запылал между деревьями, отгоняя ночную сырость. Когда простой ужин был съеден, люди сели поближе друг к другу.

Некоторое время за тремя фигурами у костра я наблюдал издали, а потом подошел поближе. Стараясь не наступить на ветку, я взглянул под ноги, но не увидел собственных ног. Потрясенный, я поднял руки, но и они были невидимы. Странное чувство охватило меня. Я был там, но в то же время меня там не было! Я шел по мокрой траве, но не ощущал собственных движений. И тогда меня пронзило. То, что я видел, было очередным видением, а три фигуры у костра — это, конечно же, Миня, Роб и Арк. Их изможденные лица поразили меня, и я замер на месте. Так я и стоял, пока внезапное воспоминание не всплыло в моем мозгу. Ведь А-ти предупреждала меня, что может прийти время, когда мое дальновидение начнет углубляться, усиливаться и позволит мне видеть то, что происходит далеко от меня, как во времени, так и в пространстве. Могло ли быть так, что сейчас я видел моих друзей на дороге в Бонвиль? Стремясь узнать ответ, я подошел поближе к костру и, невидимый для своих товарищей, присоединился к ним.

— Завтра едем не так быстро, иначе рискуем потерять лошадей, — сказал Миня. — Я вообще думаю, что с утра час-другой надо идти пешком и только потом верхом.

— Разве мы можем это себе позволить? — спросил Роб, протягивая руки к огню.

— Мы потеряем больше времени, если не пожалеем лошадей, — ответил Миня.

— Похоже на правду, — заметил Арк, привалившись спиной к стволу сосны. — Интересно, как там Мишук и ребята? Им пришлось довериться наемнику. А это такая темная публика.

— Это и меня беспокоит, — согласился Миня, вороша палкой угли. — Ладно, давайте спать. Завтра день не легче.

Друзья замолчали, и вдруг все исчезло. Я оказался в белой пустоте. Какое-то время я ничего не видел, и вдруг образы вернулись. Я стоял на той же поляне. Была глубокая ночь. Арк проснулся, чтобы заменить в карауле Роба, сидевшего у костра и считавшего звезды над головой. В этот момент раздался странный звук. Тихий, почти неслышный треск дерева был заглушен легким порывом ветра, но Роб уже вскочил на ноги. Он уже привык серьезно относиться к любым неожиданностям, а потому одним движением разметал головешки костра и разбудил остальных.

— Там кто-то есть? — спросил Арк, поднимаясь на ноги.

— Пока не знаю, — ответил Роб шепотом.

— Что бы это ни было, рисковать мы не можем, — подал голос Миня, который тоже уже был на ногах. — Поищем другое место для ночлега.

Через минуту все трое, вскочив в седла, уже покидали лагерь, стараясь двигаться по темному краю поляны. Лес кончился, они выбрались на дорогу, пересекающую бескрайнее поле, и, пустив лошадей рысью, покрыли расстояние в несколько лиг. Звуков погони они не слышали и, уверившись, что опасности нет, остановились у другой рощицы, решив провести там остаток ночи. Костер разжигать не стали, завернулись в одеяла и легли на землю. Роб и Арк сразу заснули, а Миня оберегал их сон, тихо мурлыкая какую-то песенку.

Неощутимый щелчок, и картина переменилась. Я снова увидел те же деревья и своих друзей под ними, но уже был рассвет. Пели ранние птицы, теплый ветер лениво шелестел молодой листвой. Миня стоял в некотором отдалении, осматривая окрестности, а Роб и Арк сворачивали одеяла и проверяли подпруги на своих лошадях, которые могли ослабнуть после ночной скачки. Потом Миня вернулся, и они собрались уже вывести лошадей обратно на дорогу, как вдалеке показались фигуры шестерых всадников. Они спустились по отлогому склону и помчались к деревьям, за которыми укрылись мои товарищи. Хотя незнакомцы не могли их увидеть за плотной листвой, все трое отступили глубже в лес, настороженно следя за приближающимся отрядом. В том, что это не местные фермеры, сомнений ни у кого не было, да и на путешествующих торговцев эти люди не походили. Вооруженные мечами и луками всадники, скорее всего, были наемниками, и они кого-то искали.

Конники подскакали ближе к роще и остановились, всматриваясь в деревья, за которыми скрывались мои друзья. В это время на дороге появился еще один всадник на большом черном коне. Когда он подъехал, остальные собрались вокруг него, и он начал что-то им объяснять.

— Они точно кого-то ищут, — прошептал Миня.

— Надеюсь, не нас, — еле слышно усмехнулся Арк. — Не думаю, что мы справимся с семерыми.

— Что будем делать? — поинтересовался Роб.

В наступившем молчании Миня осмотрелся, а потом взглянул на небольшой холм, возвышавшийся с другой стороны рощи.

— Роб, Арк, берете лошадей и быстро за холм, — сказал Миня. — Чтоб вас никто не видел. — Миня открыл сумку, висевшую на его поясе, и вытащил сверток с бумагами, собранными в Пули. Он проверил крепость тесемок и узлов и передал сверток Арку. — Если что случится, отвезете эти письма сиру Джиму.

— Ты не едешь с нами? — удивленно спросил Арк.

— Нет. Я останусь и посмотрю, что надо нашим гостям. Если они настроены враждебно, я задержу их, чтобы дать вам возможность скрыться.

— Ни в коем случае! — запротестовал Роб. — Мы остаемся с тобой.

— Это приказ, — твердо ответил Миня. — Делайте, что я говорю. Если они решат на нас напасть, мы все, скорее всего, погибнем. Кто тогда расскажет герцогу и сиру Джиму о том, что мы узнали в Пули?

— Он прав, — нехотя согласился Арк. — Кто-то должен добраться до Бонвиля.

Тем временем двое всадников отделились от группы и направились через поляну к краю рощи. Мои друзья сразу перестали спорить, а Миня прошептал:

— Быстро! Уходите!

— Ты слышал командира? — сказал Арк, потрепал Роба по плечу и пошел к лошадям.

Роб после секундных мучительных колебаний двинулся вслед. Они пошли по краю рощи, ведя трех лошадей в поводу, обогнули холм и оставили Миню одного.

Топот копыт и голоса всадников становились все громче, и Миня отступил в кусты. Его план был прост — оставаться в укрытии, пока непрошеные гости не уедут, и только тогда присоединиться к друзьям за холмом. Но если незнакомцы его обнаружат, то ему придется вступить с ними в бой — в том случае, конечно, если их намерения окажутся враждебными.