Охота на Избранного

Когда дверь за стражниками закрылась, он обратился к Ларку:

— Помощник, последние два сезона я многое о тебе слышал. Разные люди обвиняли тебя во всяких сомнительных делишках. Никто не мог, правда, ничего доказать, но я склонялся к тому, что в один прекрасный день нужные доказательства появятся. И я поклялся, что тогда добьюсь для тебя сурового приговора. Но сейчас вопрос стал острее. Приговор начинает попахивать смертью. Впрочем, ты можешь еще спасти свою жизнь. Расскажи мне все, и я устрою тебе что-нибудь более сносное — срок при Преграде, например. Ведь тебе нравится северный климат?

Лицо помощника перекосилось. Какое-то время он взвешивал шансы, потом покачал головой и сказал:

— Я уверен, что окажусь тебе полезным. Очень полезным, шеф. Принимаю твое предложение служить в охране Стенной Преграды. Но прошу, чтобы это не был пожизненный приговор. Десяти лет будет вполне достаточно. И не обычным охранником, а голубым шарфом.

— Не думаю, что ты можешь выбирать.

— Могу, шеф! Поверь мне! То, что я тебе расскажу, поставит тебя в очень выгодное положение перед господами в замке.

— Тогда посмотрим…

— Но ты сначала должен дать мне слово. Пообещай, что я получу десять лет, и я расскажу тебе все, что ты хочешь знать.

— Ладно, но если ты хочешь обвести меня вокруг пальца, то я сам отдам тебя в руки палачу.

— Как скажешь, шеф Хак, — Ларк нервно облизнул губы. — Я не тот человек, которого ты ищешь. Я только слуга, простой солдат. Тебе нужен офицер второго яруса. Да, да, благородный рыцарь, гордость и радость Пули. Это его тебе следует арестовать. Хочешь знать его имя?

— Хочу! — грозно вскричал Хак.

— Его зовут сир Мэт, он второй капитан второго яруса.

— Что ты сказал? — голос шефа прервался от волнения.

— Я знаю, что я говорю.

— Доказательства? — рявкнул шеф.

— Так случилось, что несколько лет назад, когда я только стал помощником, он пришел ко мне и попросил о небольшой услуге — передать записку одному отпетому бродяге в трущобах. За это он дал мне серебряную монету, что меня вполне устроило. Мне нужны были деньги, а поручение это выполнить было нетрудно. Я сделал, о чем он просил. Какое-то время спустя он опять пришел ко мне, и потом опять, и опять. Его просьбы были всегда достаточно просты — впустить кого-нибудь в город, или разгрузить небольшие корабли где-нибудь подальше от пристани, или изменить маршрут патруля. Каждый раз сир Мэт щедро платил. И как-то даже пообещал взять меня в замок в качестве своего сержанта. Но это все не шло ни в какое сравнение с поручениями, которые он начал давать мне в этот последний сезон. На исходе зимы он вызвал меня в трактир около гавани и приказал убрать местного сеньора, своего соперника. Сначала я отказался, но он пригрозил выдать меня, так что выбора у меня не было. В тот же вечер я с одним приятелем прикончил беднягу и получил за это десять золотых. Цена неплохая, но лучше бы эти деньги сгорели в подземном огне у Края Земли, потому что очень скоро после этого второй капитан заставил меня выполнить еще несколько кровавых заказов. Всего пришлось убрать семерых — еще одного сеньора, трех иноземцев, простолюдина из трущоб и двух местных торговцев.

Ларк помолчал и посмотрел на шефа, который был мрачен и недвижим. Тогда он судорожно сглотнул и продолжил:

— Во всех случаях, кроме того, когда я убил сеньора прямо в его саду, я использовал один и тот же метод. Я говорил, что обнаружил подозреваемого и иду его арестовывать, и брал с собой трех или четырех стражников, на всякий случай. Пока я разбирался с этим подозреваемым, стражники оставались за дверью или даже на улице. Как вы уже догадались, каждый раз подозреваемые отказывались сдаться и нападали на меня. Я вынужден был убивать их в порядке самообороны. Это был хороший план. И сегодня он бы тоже сработал… если бы не эти крестьянские мальчишки, которые все испортили.

— Зачем тебе нужна была смерть южанина? — спросил шеф.

— Получив твой приказ устроить облаву в трущобах, я сообщил об этом сиру Мэту, который и подсказал мне, что я должен делать. Или ты считаешь, что мы пришли в этот грязный трактиришко по чистой случайности? Нет, это второй капитан указал мне на него. Он велел мне идти туда и убрать всех наемников, которых я там обнаружу. Я не знаю, почему он хотел их смерти, и мне это все равно. Все они были наемниками из других государств, и никто не стал бы их искать. К сожалению, сир Мэт ничего не сказал о пленнике. Когда мы нашли этого южанина, я не знал, что с ним делать. Я не мог убить его, не возбуждая вопросов. И я не мог арестовать его прямо там, перед всеми моими людьми и этими оруженосцами. Так что я отпустил его, хотя и приставил к нему охрану, явную и неявную. Когда же сир Мэт узнал о том, что я сделал, он ужасно рассердился. Он был вне себя от гнева. Он кричал, что я испортил весь его план и что если я хочу жить, то должен уничтожить южанина. Как видите, я должен был действовать быстро. Стражу я оставил в коридоре, а сам пошел выполнять работу. Но этот жалкий узник оказался дьявольски изворотлив и силен. У меня были меч и кинжал, а он отражал мои атаки стулом… какой-то рухлядью… Невероятно! Что ж, это судьба. От нее не убежишь.

Ларк закончил свою речь и со стоном попытался вытянуть ногу. В комнате повисла тишина. Никто из нас, в том числе и Хак, никак не ожидал услышать подобный рассказ.

Глава 27

Было уже утро, когда мы покинули здание управления городской стражи после того, как выжали все, что могли, из продажного помощника шефа. Мы молча стояли у ворот на второй ярус и смотрели на очертания города, спускающегося к синей морской воде, на пенистые гребни волн, набегавших на каменистый берег. Небо над нами было ясным, улицы начинали наполняться народом, и звуки пробуждающегося города смешивались с шумом, доносящимся из гавани.

Наконец вернулись шеф Хак и два его помощника, пришедшие в замок вместе с нами, и мы пошли вдоль внутренней стены второго яруса к большому трехэтажному каменному зданию, которое, в отличие от других сооружений, не только было хорошо построено, но и хорошо охранялось. Оно напоминало цитадель сира Рона, только было немного поменьше. Плоская крыша здания соединялась с внешней стеной деревянной лестницей. Четыре башни возвышались на углах здания, и в них угадывались фигуры стражников, наблюдавших за внутренним двором и внимательно следивших за нашим приближением. Перед массивной железной дверью стояли солдаты с короткими копьями и круглыми щитами. Нас уже ожидали, и, поприветствовав Хака быстрыми кивками, солдаты расступились. Мы сдали все наше оружие еще на нижнем ярусе, и поэтому нас пропустили внутрь без всяких проволочек. Мы быстро последовали за шефом Хаком по каменной лестнице вверх. Там, в круглой прихожей, шеф обменялся несколькими словами с еще одним стражником и ввел нас в большую квадратную комнату, где находились четверо мужчин, все рыцари, одетые в свои цвета. Среди них я узнал сира Сигмуна, капитана второго яруса, чей яркий герб с плывущим кораблем выделялся среди менее красочных символов других рыцарей. Он сидел за круглым столом, положив перед собой руки. Когда мы вошли, капитан встретил нас суровым взглядом и сказал:

— Вот мы и снова встретились, оруженосцы. Это мои соратники, офицеры второго яруса. Они будут присутствовать при нашей встрече, так как нам предстоит обсудить дело чрезвычайной важности.

Сир Сигмун поднял вверх подбородок и обратился к шефу:

— Мне сообщили, что вы обнаружили среди нас предателя. Это так?

— Боюсь, что именно это мы и сделали, капитан… — ответил шеф Хак. — Как ни больно мне об этом говорить, но Ларк Жулос, мой бывший помощник, признался в совершении ряда противозаконных деяний. Он также сказал нам, что человек, который поручал ему выполнение этих деяний, — не кто иной, как сир Мэт Айтфилд, второй капитан здесь, на втором ярусе.

— Рыцарь — предатель? Ты понимаешь, кого и в чем ты обвиняешь?