Охота на Избранного

Голос капитана становился все тише, и мы не могли уже разобрать, что он там шептал самому себе. Но внезапно он встряхнул головой, как будто вспомнив о нашем присутствии, и повернулся к нам:

— Так или иначе, вам следует выполнить задание, и вы можете рассчитывать на мою помощь.

Он встал и направился к тому месту, где на стене висел гобелен, на котором была выткана картина, изображающая город.

— Это Пули. Впечатляет? — капитан задумчиво повел рукой вдоль извилистых линий на цветной ткани. — Город делится на четыре района — замок, верхний город, который тут, прямо под нами, затем нижний город, где живет основная масса населения, и, наконец, гавань. Не думаю, что вы найдете вашего преступника в замке. Здесь все на виду и ничего не делается без ведома и согласия офицеров. Верхний город тоже не место для преступной деятельности. Там нет трактиров, нет постоялых дворов, почти нет бедных домов, а местная знать слишком занята своими мелочными интригами, любовными историями, балами и приемами, у них нет ни времени, ни мозгов на плетение заговоров. А в нескольких лигах от наших холмов можно вообще делать все что угодно, никто и внимания не обратит. Трущобы вокруг гавани — рай для подполья. Разбойники, воры, скупщики краденого, всякое отребье вполне безопасно чувствуют себя там в десятках трактиров и сотнях пивных, в ночлежных домах и притонах. Думаю, что тот, кого вы ищете, сидит как раз в одной из таких пивных и строит свои гнусные козни против нашего королевства. К сожалению, я мало чем могу помочь вам в нижнем городе. Гарнизон герцога отвечает за территорию замка и верхнего города, остальное находится в ведении городской охраны. Городские стражники считаются опытными солдатами, но, как правило, это обычные простолюдины, малознакомые с военным делом. Конечно, среди них найдется несколько человек, знающих свое дело. Один из них — шеф Хак. Уже пять лет стоит он во главе городской стражи Пули и лучше кого бы то ни было осведомлен о том, что происходит в бедных районах города и в гавани. К нему вам непременно следует обратиться. Если он что-то знает, он вам скажет, а если не знает, предложит помощь в поисках. Не получится у вас в нижнем городе, возвращайтесь ко мне. Попытаем счастья на этом холме. Боюсь только, не окажется ли слишком поздно.

Капитан присел к столу, обмакнул перо и написал несколько строк. Потом он посыпал написанное каким-то белым порошком, сложил лист, запечатал углы горячим воском и оттиснул на нем отпечаток своего кольца.

— Отдайте это шефу, — капитан передал письмо Мине. — Один из моих людей проводит вас в здание городской стражи в гавани.

Сир Сигмун позвонил в маленький колокольчик. Дверь открылась, и появились уже знакомые лица. Не вернулись только сир Мэт и Вик.

Покинув замок, мы пошли за одним из оруженосцев сира Сигмуна по лабиринту узких улочек. Это была не та дорога, по которой мы поднимались в крепость, но юноша прекрасно ориентировался в городе, и скоро между крышами домов впереди блеснула вода, показалась гавань. Богатые особняки остались у нас за спиной, и мы очутились на многолюдных улицах нижнего города. Не прошло и получаса, как мы вышли на набережную реки и остановились перед входом в большое здание, растянувшееся на добрую сотню шагов. В отличие от домов в крепости, здание управления городской стражи никем не охранялось. В его распахнутые двери входили и выходили разные люди. Вслед за Ико мы, все шестеро, поднялись на второй этаж и попали в большой зал. За длинными столами сидели мужчины, одетые в черное. Вдоль столов и среди столов образовывали переплетающиеся очереди люди, главным образом простые горожане. Все это создавало впечатление полного хаоса. Я почувствовал себя потерянным и старался держаться поближе к оруженосцу, который, не замедляя шага, провел нас к двери в другом конце комнаты и несколько раз аукнул в нее. Сейчас же одна створка двери открылась, и перед нами появился юноша, тоже одетый в черное. Он обменялся несколькими словами с нашим проводником, мгновенно исчез, но уже через минуту вновь появился и пригласил нас войти. Мы миновали два крохотных помещения и вошли в третье, которое было заметно больше.

Комната, в которой мы очутились, была самая обыкновенная — три окна, пара гобеленов, стулья и несколько столов, на которых лежали груды бумаг. Несколько человек, все больше молодые и одетые в ту же черную униформу, выглядели крайне занятыми — они ворошили бумаги, читали, писали или же перекидывались негромкими словами. Единственный человек, который ничего не делал, сидел за самым большим столом и с любопытством смотрел на нас. Ико подвел нас к нему и объяснил причину нашего появления в его кабинете.

— Приветствую вас, оруженосцы. Сколько вас тут! — Человек смотрел на нас строго. — Меня зовут шеф Хак, Хак Энрик, городская стража Пули. Могу я видеть письмо сира Сигмуна?

— Вот оно.

Миня достал письмо из-под жилета. Шеф Хак развернул бумагу. Сесть нам было некуда, и мы стояли тесной кучкой. Пока шеф был занят письмом, я смог его рассмотреть. Плотный, росту невысокого, лет за сорок. Красноватые щеки и кругленький живот свидетельствовали о любви к пиву и обильной трапезе. Одет он был не в черное, а в темно-голубое. На его груди висел большой серебряный значок с изображением летящей птицы, похожей на ту, что я видел у сира Мэта, только более простой и не инкрустированной камнями.

— Здесь написано, что вам нужна помощь в вашем деле.

— Да, командир, мы ищем одного человека. Мы не знаем, кто он и как выглядит. Предположительно его зовут Азмал. Полагаем, что он находится здесь, в Пули.

— Зачем вы его ищете?

— Есть основания думать, что он связан с целым рядом убийств в нашей провинции.

Шеф Хак поскреб толстыми пальцами подбородок.

— Да, это серьезно. Каковы приметы этого человека?

— Я уже говорил, — Миня исподлобья взглянул на шефа. — Мы не знаем его примет.

— А что вы знаете?

— Только имя.

— Могу сразу сказать, вы взялись за нелегкое дело. Всего вероятнее, мы с вами ищем человека с большими деньгами, который предпочитает держаться подальше от представителей закона и поближе к местам, облюбованным головорезами и всякой швалью. Он может быть где угодно. Имя его может оказаться вымышленным. — Шеф вздохнул, а затем щелкнул пальцами. — Вот что мы сделаем. Я попрошу одного из моих людей устроить вам небольшую экскурсию по наименее привлекательной части города. Даже если нужного вам человека там нет, кто-нибудь мог слышать это имя, правдивое или вымышленное. А я свяжусь со своими осведомителями в городе. Эй, Пит, — шеф Хак обратился к одному из мужчин в комнате, — отложи свои дела и отведи юношей к Ларку. Скажи ему, что этим господам нужна прогулка вдоль моря. И пусть прихватит пару своих парней. Никогда не знаешь, с чем столкнешься в этих местах. Вопросы есть?

— Нет, шеф! — рявкнул мужчина, вскакивая.

— Ну, мальчики, идите за Питом. Ларк опытный сыщик, иногда замещает меня. Он человек храбрый и вам поможет. Хочу дать вам совет. В темных местах держите оружие наготове. Народ там не очень-то дружелюбный. Случайной драки или потасовки вам, скорее всего, не миновать. Постарайтесь обойтись без смертоубийства. Не хочется тратить время на лишнюю писанину.

Поблагодарив шефа за помощь, мы поспешили за Питом, который по длинным запутанным коридорам привел нас к одному из заместителей шефа — Ларку. Ни сам заместитель, ни его подчиненные, веселые молодые парнишки, не возражали против того, чтобы нам помочь. Мне почему-то подумалось, что им скучно сидеть в душных комнатах и они обрадовались возможности побродить на свежем воздухе. Однако солнце уже зашло, и было принято решение отложить поход на следующий день.

Глава 24

Мы ходили из пивной в пивную, из трактира в трактир. Не скрою, изредка попадались приличные заведения, но по большей части это были такие грязные дыры, что даже не имели названия. Встречались даже сырые подвалы и зловонные ямы, где, видимо, собирались самые отъявленные бандиты, воры и пьяницы. Поговорить с этой публикой не удавалось. Согласились потолковать с нами только несколько буфетчиков и хозяев из тех трактиров, что почище, но все они говорили весьма однообразно. Никто из них не слышал ни про какого Азмала. Никто не знал человека, который бы занимался вербовкой, принимал и отправлял гонцов, платил звонкой монетой за всякого рода просьбы и поручения, включая самые сомнительные.