Охота на Избранного

Мы еще никогда не видели, чтобы наш командир так смело и даже дерзко разговаривал со старшими по званию и положению. Человек, стоявший перед нами, не был простым солдатом, по всей вероятности, он не был даже и простым офицером, но Миню, похоже, это не смущало.

— Почему тебе так важно знать мое звание? Уверяю тебя, у меня есть право ознакомиться с содержанием этого письма. Ты выполнил свой долг, доставил письмо. Теперь можешь идти…

— Не могу, сир. Сир Джим, второй капитан охраны герцога Буаского, приказал доставить послание в руки Верховного Правителя Пули или одного из его капитанов. Если вы не занимаете положение капитана, я должен настаивать, чтобы нас проводили к тому, кто занимает такое положение.

— Говоришь, тебе так приказали? Странно…

— Если вы не верите моим словам, сир, прочитайте, что написано на конверте.

Офицер еще раз осмотрел письмо, потом поднес его к свету и пробежал глазами по нескольким коротким строчкам, написанным в левом углу конверта. По лицу его пробежала легкая улыбка.

— Действительно, здесь так написано. Значит, ты все-таки умеешь читать. Ну ладно, прими мои извинения. — С этими словами он вернул письмо Мине и отступил назад. — Но раз уж ты спросил, отвечу. Перед тобой второй капитан второго уровня. Зовут меня сир Мэт Айтфилд, но ты, конечно, этого не знал. Ты всего лишь оруженосец. — Он вновь глянул в окно и продолжил: — Как видишь, я имею полное право вскрыть это письмо. Но я не стану этого делать, потому что уважаю просьбу благородного правителя Буа. Но я сам отведу вас к одному из капитанов герцога Пулийского, и ты сможешь передать послание так, как тебе было приказано. А уж я прослежу за тем, чтобы ты вел себя соответствующим образом, оруженосец.

На последнем слове второй капитан сделал особое ударение. Он направился в другой конец комнаты, взял там пару светлых кожаных перчаток, засунул их за пояс и кивнул сержанту, чтобы тот открыл дверь. Вик немедленно повиновался, но сир Мэт подошел сначала к столу, выдвинул один из ящиков и стал там что-то искать. Он пошарил среди бумаг и перьев, вытащил большой круглый медальон на длинной золотой цепочке и надел его. Я не успел хорошо рассмотреть этот медальон, но мне он показался знакомым и вызвал какое-то неприятное ощущение. Но я отбросил эти странные мысли и последовал за вторым капитаном в коридор.

Во дворе сир Мэт вначале отчитал сидевших на ступеньках стражников, а потом направился по песчаной дорожке к другому каменному зданию, похожему на то, из которого мы только что вышли. Вход в него охраняли не менее десяти солдат. Увидев второго капитана и сержанта, они отдали честь и отступили в сторону, пропуская нас в лабиринт коротких коридоров. По ним мы дошли до большой комнаты, в которой находилось четверо мужчин, один из них, судя по его более яркому и богатому костюму, был офицером высокого ранга. Уже через минуту мы знали, что пожилой человек с тронутыми сединой волосами и короткой бородкой — сир Сигмун, капитан второго яруса. На его темно-красном камзоле был вышит плывущий по волнам корабль. Оружия на нем не было, но за его спиной на стене висел длинный меч, отделка рукояти которого ясно указывала на то, что его владелец действительно был капитаном.

Мы остановились в дверях, а сир Мэт подошел к сиру Сигмуну и, коротко поклонившись, принялся объяснять причины нашего визита, время от времени показывая на нас рукой. Я напрягал слух, пытаясь разобрать его слова, но вдруг второй капитан повернулся к нам — и меня будто гром поразил. На блестящей поверхности золотого медальона на груди сира Мэта я увидел выгравированную птицу, выпуклые глаза которой были сделаны из разных камешков — зеленого и голубого.

«Ты узнаешь этого человека по золотой птице. Берегись его!»

Неужели второй капитан, благородный рыцарь, офицер гарнизона герцога Пулийского — предатель и враг?

Я хотел было рассказать об этом своим друзьям, но сир Сигмун заговорил, и я притих.

— Интересное послание вы мне принесли, — звучный голос вернул меня к реальности. — Мне понятны причины, заставившие вас передать его лично мне в руки.

Сир Сигмун подошел к стоявшему в углу креслицу и сел, удобно устроившись на мягкой желтой подушке.

— Покиньте нас на время, — сказал он, мельком глянув на присутствующих в комнате лиц. — Мне нужно поговорить с этими оруженосцами наедине.

Некоторые немедленно вышли, но другие, и в их числе сир Мэт, остались стоять на месте, недоуменно смотря на капитана. Сир Сигмун повторил свои слова, и они тоже ушли, все, кроме сира Мэта, который, казалось, прирос к полу. В комнате повисла напряженная тишина. Я не смел заговорить, но это не понадобилось. Капитан слегка повысил голос и обратился прямо к сиру Мэту:

— Я сказал, что хочу поговорить с оруженосцами наедине, офицер. Вам что-нибудь непонятно? Это приказ.

— Но, сир… Я не думаю, что разумно оставаться наедине с шестью неизвестными людьми! Мы даже не уверены, что… что они говорят правду. Мне кажется, это вопрос вашей безопасности…

Но объяснения второго капитана были резко оборваны.

— Благодарю за заботу, офицер. — Сир Сигмун строго посмотрел на него и жестом указал на дверь.

— Но, сир…

— Что-то сегодня вы плохо слышите, мой друг, — первый капитан сурово сдвинул брови.

— Как хотите, сир, как хотите…

Второй капитан резко отдал честь и вышел, закрыв за собой дверь. Когда его шаги смолкли вдали, сир Сигмун откинулся на спинку кресла и еще раз внимательно оглядел нас:

— Оруженосцы сира Рона?

— Да, сир, — я успел вставить эти слова раньше Мини, желая хотя бы таким способом вернуться к реальности.

— Посланники герцога Буа?

— Да, сир, — столь же поспешно повторил я.

— Прекрасно. А теперь расскажите мне о том, чего не сказано в этом письме.

— Конечно, сир, — на этот раз с готовностью отозвался Миня. — Что вы желаете знать?

— Все, оруженосец. Я хочу знать все.

Просьба капитана была удовлетворена полностью. Миня начал рассказывать, мы, испытывая нетерпение, добавляли те детали, которые, как нам казалось, Миня опускал. И хотя рассказ выходил каким-то дерганым, капитан нас не останавливал; напротив, слушал очень внимательно, изредка поглядывая то на нас, то на письмо и покачивая головой.

— Итак, алавантары! — не то вопросительным, не то утвердительным тоном сказал капитан, когда мы закончили свое сбивчивое повествование.

— Окончательных доказательств у нас нет, — сказал Миня. — Единственный на сегодня способ узнать это точнее — найти и арестовать того, кого называют Азмалом.

— Это будет нелегко, — сказал капитан. — Я знаю, что Бонвиль — большой город, но Пули крупнее в два, если не в три раза. Вокруг этих стен больше людей, чем во всей провинции Буа. Купцы, пилигримы, матросы, обыватели, бродяги — все приходят сюда по тем или иным причинам. Мы стараемся следить за теми, кто живет на территории крепости, но за ее внешними стенами… Увы! Наши соглядатаи сбиваются с ног. Вопрос, однако, серьезный, и я сделаю то, о чем просит сир Тэм. Я помогу вам в поисках этого человека. К тому же я в долгу перед вашим правителем. Ведь это он рекомендовал меня на этот пост. Да, да. В былые времена, когда рыцарское звание, благородство и отвага еще что-то значили, я служил под его началом. Тогда все было по-другому. Сегодня любой недоумок с благородным именем может назваться рыцарем. Эти юные глупцы, которые толпой валят в столицу королевства, с трудом держат ложку, как же они могут управиться с мечом? Я вас спрашиваю: где те храбрецы, отчаянные воины, которые победили мятежников в Пуно или воевали в пограничных войнах против Весталии, платя за победу потом и кровью? Иные умерли, а те, кто живы, пьянствуют в своих замках. А нынешние солдаты? Оглянитесь вокруг. Горстка людей в этом замке имеет боевой опыт. Большинство никогда не встречалось с противником. О, они воинственно выглядят против уличных пьянчужек и мелких воришек. А дойдет до настоящего сражения, многие ли из них подтвердят свою доблесть?