Охота на Избранного

Сир Джим сохранял полное безразличие. Когда узники на секунду замолкли, он наклонился, опершись обеими руками на стол.

— Впрочем, есть кое-что, что могло бы заставить меня передумать.

— О, господин, все что угодно! — Узники заметались в цепях. — Только оставь нам жизнь!

Капитан кивнул, но не столько им, сколько нам.

— Я получил известие, что кто-то пытался использовать услуги наемников для темных делишек в сельской местности. Не думаю, что вы знаете что-либо об этом.

— Знаем! — перебивая друг друга, вскричали арестованные. — Господин, мы кое-что об этом знаем! Правда!

— Знаете? Тогда рассказывайте. Понравится мне ваш рассказ, подумаю о замене смертной казни сторожевой службой у Стенной Преграды. Или пятьюдесятью годами в шахтах Пуно, если вы предпочитаете тяжелый труд.

— Да, да, — заторопился один из мужчин. — В прошлом году, это было в начале осени, два человека пришли в Бонвиль. Не знаю, кто они и откуда явились. Они выискивали людей, которые согласились бы выполнить несколько поручений, большей частью вдали от городов.

По словам арестованных, в Бонвиле всегда кто-нибудь искал исполнителей для темных дел, но эти двое не были похожи на других. Их поручения всегда были окутаны тайной, а кошельки казались бездонными. Один из приятелей арестованных грабителей, недавно умерший, согласился на них работать и получил триста серебряных монет. Триста монет! Непостижимо! Большинство так называемых работодателей не заплатили бы и половины этой суммы за самую сложную работу, даже в удачный день, а уж в период дождей плата не превышала пятидесяти медяков за дело.

Нечего и говорить, новость о странных заказчиках с толстыми кошельками молниеносно распространилась. Искатели приключений стекались в город в надежде заработать шальные деньги. Наши арестованные тоже однажды встречались с необычными заказчиками в пивной «Грязная кошка» на восточной окраине Бонвиля. Это заведение было не более чем мусорной ямой, но мужчины, пришедшие на встречу, не принадлежали к отбросам общества. Они были прекрасно одеты, с приличной свитой, а их оружие вызывало уважение.

— Как они выглядели? — спросил сир Джим.

— Кто? Эти мужчины?

— Конечно, мужчины, кто же еще.

— Один высокий, худой, с длинным лицом и темными волосами, другой пониже, круглолицый, лысый, плотный, но не толстый. Оба, похоже, иноземцы. Южане из Азороса, Янтарной Империи или Свободных Городов. Едва ли они принадлежали к благородному сословию, скорее торговцы или богатые путешественники. А может, и сами наемники или вольные стрелки. Одеты одинаково — длинные плащи, темные штаны, кожаные жилеты.

— Какого рода работу они предлагали? — поинтересовался сир Джим.

— Набирали отряд для охоты за какими-то юнцами из малых городов Буа. Говорили, это легкая работа. Найти по приметам парня, отрезать ему голову и принести в мешке в качестве доказательства. Они предлагали двести монет — пятьдесят сразу, остальные после выполнения. Это очень большая сумма, просто огромная. Но не для нас. Мы не убийцы. Вчера же вечером произошел несчастный случай. Мы клянемся.

— Об этом потом, продолжайте рассказ.

— Мы не убиваем людей, не говоря уже о детях. Мы встали и ушли. Потом люди рассказывали, что они нашли для этой работы каких-то наемников из Свободных Городов. Но мы не знаем, правда ли это.

— И это все?

— Да, все. Клянемся.

— Надеюсь.

— Честное слово! Спросите других, поговорите с завсегдатаями «Грязной кошки», они знают о тех двоих. И они видели, как мы уходили. Зайдите в «Летящую птицу», трактир около ярмарки. Говорят, их там тоже видели.

— Проверю, будьте уверены, — сказал капитан, шагая по комнате. — Если вы говорите правду, я сдержу слово и сохраню ваши жалкие жизни. Пока же возвращайтесь в камеру и молите Духа, чтобы кто-нибудь смог подтвердить ваш рассказ.

Капитан подошел к двери и постучал. Замок щелкнул, появились знакомые нам стражники.

— Уберите их, — приказал капитан. — Попозже я еще с ними потолкую.

Когда звон кандалов стих, сир Джим сел на стол и сказал:

— Что думаете, оруженосцы? Услышали что-нибудь знакомое?

— Так точно, сир, — ответил Миня.

— Похоже, нам повезло. Ваша история подтверждается. Считаю, мы должны начать с «Грязной кошки». Кто знает, может, эти злодеи действительно сказали правду.

Покидая холодную камеру, мы думали о том, что еще на один шаг приблизились к пониманию сложной интриги, полной неведомых опасностей и таинственных врагов. В Бонвиле находились двое иноземцев, заинтересованных в убийстве юношей в Буа. И мы должны были их найти.

Глава 21

Утром я и мои товарищи, позавтракав в «Храбром рыцаре», отправились в герцогский замок, где разыскали сира Джима. Он отдавал распоряжения группе солдат, вооруженных короткими копьями и круглыми щитами. Закончив говорить, он поднял руку, и вооруженная колонна сдвинулась с места, прошла через открытые ворота замка и направилась к окраине Бонвиля. Мы присоединились к процессии, стараясь держаться поближе к сиру Джиму и опасаясь потеряться в толпах зевак, собиравшихся на обочинах улиц, чтобы поглазеть на городскую стражу на марше.

Солнце взошло, воздух стал горячим и сухим. Наш отряд подошел к круглой базарной площади, где за рядами торговых палаток мы заметили неопрятное строение с надписью «Грязная кошка» на одной створке двери и вздыбленной кошачьей фигурой, намалеванной на второй створке. Визит наш оказался напрасным, так как никто в харчевне не мог нам ничем помочь. Хозяин смутно помнил двух мужчин, подходящих под описание, но не знал, ни кто они, ни где их найти. Мы решили отправиться в «Летящую птицу», расположенную на дальнем конце бонвильской ярмарочной площади. Чтобы туда попасть, нам пришлось покинуть широкие улицы и углубиться в узкие переулки, полные мусора, отвратительного запаха, а также довольно странных субъектов, которые при виде городских стражников пытались быстро спрятаться. Пробираясь по грязным проулкам, мы вышли на немощеный пустырь, окруженный ветхими двухэтажными строениями, над входом в одно из которых висела, покачиваясь, вывеска со словами «Летящая птица. Мир всем входящим». Это место было наименее привлекательным из всех подобных в городе, и те, у кого водились хоть какие-то деньги, предпочитали более чистые заведения поближе к замку и патрулируемым улицам. Зато здесь отбоя не было от сомнительных личностей, не желавших попадать в поле зрения закона и чувствующих себя уютно в притонах бедных районов Бонвиля.

У входа сир Джим остановился и отдал несколько приказаний. Троих стражников он отправил наблюдать за черным ходом, троим велел занять позиции перед домом, а четверым идти с ним. Мы вошли в трактир вслед за ними и очутились в пустом зале, в дальнем конце которого за высокой стойкой беседовали двое мужчин, потягивая какой-то напиток из высоких глиняных кружек.

При виде нас мужчины замолчали и встали со своих табуретов, не сводя глаз с сира Джима, который направился к ним по скрипучим половицам. Его твердые шаги сопровождались не только скрипом, но и позвякиванием его оружия и доспехов. Не успел он дойти до стойки, как один из мужчин приторно улыбнулся и произнес нарочито вежливым тоном:

— Как ты поживаешь в этот прекрасный весенний день, капитан?

— Прекрасно, Энтон, спасибо за заботу, — сир Джим был так же притворно вежлив.

— Большая честь видеть тебя в моем скромном заведении, капитан. Что привело тебя сюда? Надеюсь, ничего серьезного. Если ты рассчитываешь найти здесь что-либо противозаконное, то ошибаешься. Я чист, уверяю тебя.

— Так ли это, Энтон? Как давно мы с тобой знакомы, а?

— Очень давно, капитан. Даже слишком давно.

Энтон снова поклонился и улыбнулся еще шире.

Несмотря на очевидное напряжение, их разговор был на удивление спокойным. Они были хорошо знакомы и знали, что говорить при встрече. Один из них постоянно был озабочен тем, чтобы не попасться в сети правосудия, другой пытался уличить первого, и в этой игре в кошки-мышки роли были распределены и выучены уже давно.