Охота на Избранного

Мы подбежали к Робу и Арку одновременно с Риком. Теперь нас было пятеро против одного, что должно было обеспечить нашу быструю победу. Опасаясь, однако, опытного воина, мы не стали действовать сгоряча, а лишь окружили его. Тот тоже не искал удачи в нападении, но лишь с невероятной скоростью размахивал мечом, мешая кому-либо из нас приблизиться. Но силы его были не бесконечны. Меч взлетал все более медленно. В конце концов Роб так отчаянно взмахнул топором, что противник был вынужден отскочить назад. Но там уже ждал Арк, который ударил его по голове своей тяжелой булавой. Не издав ни звука, человек выронил свое оружие и упал на мягкую траву. Теперь боеспособным оставался только один из напавших на нас. Шагах в двадцати от места последнего боя он сражался с Миней, тесня его к чахлым деревцам на другом краю нашего лагеря.

В отличие от других противник, доставшийся Мине, явно был не просто опытным, но, по-видимому, сверхопытным бойцом — сильным, умелым, хладнокровным. Он уже выбил из рук оруженосца меч и теперь пытался прижать его к стволу ближайшего дерева, перекрывая все пути к отступлению. Он уже изготовился нанести смертельный удар, когда мы, громко пыхтя, возникли за его спиной, заставив его обернуться к нам. Однако он не растерялся. Не успели мы атаковать его, как он отступил в поле и занял оборонительную позицию в стороне от костра, все время оглядываясь в поисках своих сообщников. Теперь мы не могли его ясно видеть. Нам приходилось действовать с двойной осторожностью. Айк и я последовали за ним, а другие зашли с флангов и тыла, чтобы не дать ему сбежать. Некоторое время мы кружили вокруг противника. Потом Айк отвлек его внимание на себя быстрым выпадом меча, а Роб опустил топор на его голову и спину. Мы услышали уже знакомый звук — еще одно мертвое тело упало на землю.

Бой закончился. Враг был уничтожен. Однако мы еще продолжали держать оборону, ожидая, не выпрыгнет ли из темноты кто-нибудь еще. Но никто не появился, воцарилась полная тишина, и мы понемногу успокоились. Я отдышался и, когда мои руки перестали дрожать, оглянулся вокруг. В истоптанной, мятой траве лежали четыре неподвижные фигуры с застывшими, искаженными страхом и болью лицами. Один из убитых, противник Мини, лежал прямо у моих ног, открытые невидящие глаза на холодном лице смотрели в небо. Я видел это лицо во сне. Раткер! Я мысленно произнес его имя, и на меня внезапно нахлынул поток образов, унося меня обратно во времени к тому моменту, когда прервалось мое видение.

Раткер выпрыгнул из своего укрытия, стараясь не поскользнуться и не упасть. Ему не удалось использовать преимущество внезапности, на что он рассчитывал. Так хорошо спланированная операция грозила обернуться катастрофой. Он быстро занял оборонительную позицию и приготовился встретить врага, проклиная все то, что привело его на это поле, — свою жадность, свое нетерпение, свой неудачный выбор сообщников и свое легкомыслие. Увы, время сожалений прошло. Теперь нужно было спасать свою жизнь.

Когда первый из шести пареньков приблизился к нему с обнаженным мечом, Раткер ринулся вперед и выхватил свой второй клинок. Он надеялся, что его сообщники не бросились бежать, не оставили его одного. Если эти разбойники и воры были хоть вполовину так хороши, как они о себе похвалялись, четверо опытных бойцов вполне могли справиться с преобладающим числом зеленых юнцов.

Втравившие Раткера в это дело люди втолковывали ему, что он столкнется с деревенскими парнями, впервые взявшими в руки оружие, которым они, конечно же, не умеют владеть. Он же, участник бесконечных потасовок, стычек и даже дуэлей, всегда выходил победителем. Сейчас перед ним стоял простой мальчишка среднего роста, из тех, что работают на конюшнях. Раткер улыбнулся самому себе и, уверенный в своих силах, покрепче сжал рукоять длинного кинжала. Несколько быстрых движений, несколько неожиданных и ловких приемов — и он победит. Разумеется, он выиграет этот ночной бой и получит свои четыреста монет. Но с первых же ударов он понял, что его противник тоже вполне приличный боец, умеющий обращаться с мечом. Но все же это еще не рыцарь. Пусть храбрый паренек, но такой молодой, такой неокрепший. Раткер понемногу теснил своего противника и наконец ловким ударом выбил у него из рук меч. Парень тут же выхватил из-за пояса небольшой кинжал. Ну это разве оружие против него! Раткер вновь позволил себе улыбку. Опыт подсказывал ему, что победа скоро будет за ним. Два мощных взмаха, и он прижал парня к дереву. Бежать голубчику некуда. Еще одна атака — и все будет кончено. Еще чуток времени.

Но как раз времени у него не оставалось. Он приготовился к решающему удару, но тут многочисленные враги окружили его, как пчелы улей. Положение стало угрожающим. Раткер затравленно оглянулся в поисках своих сообщников, но их не было видно. «Где эти недоумки? — подумал он в отчаянии. — Почему не приходят на помощь? Убиты? Сбежали? Пора и мне делать ноги. Ох, я найду этих трусов. Четыреста монет… Все пропало…» Внезапно он понял, что у него нет другого выхода, как сдаться. Его противники не похожи на безжалостных злодеев. Он сумеет с ними договориться. У него немного серебра за подкладкой. Он отдаст все. Он даже готов отбыть двадцатилетний срок у Стенной Преграды, только бы не умирать в этом холодном диком месте, которое они называют Буа.

Подняв меч, Раткер открыл рот, чтобы выкрикнуть слова о сдаче в плен, но не успел. Широкое стальное лезвие сверкнуло перед его глазами. Он отступил, чтобы избежать удара, но тут что-то страшно тяжелое свалилось ему на спину. Внезапная боль пронзила все тело. «Это все? Неужели конец?» Страха смерти почему-то не было. «Четыреста монет!» — прохрипел он и медленно опустился на траву.

Образы исчезли. Я встряхнул головой, освобождаясь от плена галлюцинации. Безжизненное тело наемника все еще лежало у моих ног. Вокруг, жестикулируя и перебрасываясь отрывочными фразами, ходили по лагерю мои товарищи, остывая после жаркой схватки. Никаких врагов вроде бы больше не было, но они продолжали всматриваться в темное поле, не выпуская из рук оружия.

— Ну и кто были эти молодчики? — услышал я вопрос Айка.

Не дожидаясь ответа, он опустился на колени, чтобы осмотреть тело одного из убитых бандитов, и откинул полу плаща незнакомца, под которым оказалась кожаная куртка. Подошел мой брат и, тронув неподвижное тело концом топора, спросил:

— Откуда они явились?

— Из полей, с западной стороны, — ответил Миня, поднимая с земли меч, выбитый из его руки во время схватки.

— Сколько их в точности? — спросил Айк, не поднимаясь с колен.

— Я насчитал четыре тела, — сказал Миня. — Если их было больше, то остальные сбежали. Не думаю, что они вернутся.

Тут взволнованно заговорил Роб:

— Не знаю, как вас, а меня все это очень беспокоит. Сначала на нас напал один человек, ладно. Потом двое пытались напасть на целый замок. А теперь, пожалуйста, четверо! Тенденция ясна, и ничего хорошего она не предвещает. Кто-то настойчиво охотится за нами, и я подозреваю, что чем дальше мы будем продвигаться, тем более решительным и отчаянным станет наш тайный враг. И все же хотелось бы добраться до Бонвиля, прежде чем нас убьют.

— Не волнуйся, до Бонвиля мы доберемся. — Миня хмыкнул. — Целые и невредимые.

— Откуда ты знаешь? — проворчал Роб.

— Мы ведь живы, разве не так? — заметил Миня.

— Пока, — упирался Роб. — Кто мешает им снова напасть?

— Ну, не сегодня ночью. И все-таки лучше найти другое место для ночевки. Береженого Дух бережет. — Миня наклонился к своему убитому противнику и, порывшись в карманах окровавленной куртки, добавил: — Только сначала обыщем тела. Вдруг найдем что-нибудь важное? А уже потом схороним их как-нибудь. Они, конечно, наши враги и мерзавцы, но теперь они в Царстве Духа. Мы не должны отказывать им в испытаниях загробной жизни.

Миня дал нам знак обыскать остальных. Мы подчинились, хотя и неохотно.

Через полчаса мы закончили и собрались вокруг костра, точнее вокруг красных углей. Я подкинул веток, огонек разгорелся. Миня показал нам увесистый кошелек из темно-зеленого бархата. Потом он высыпал на полу своей куртки его содержимое — маленький свернутый лист бумаги и приличное количество серебряных монет.