Охота на Избранного

Он был уверен, что легко справится с этим делом, не без оснований рассчитывая на неожиданность нападения и свой многолетний опыт наемника. Осторожно пробравшись через густой кустарник, он стоял вместе с сообщниками за широким стволом дерева и всматривался в освещенный догорающим костром круг. Пока что им удавалось двигаться без лишних движений и ненужного шума, который мог бы разбудить спящих людей, и Раткер был доволен.

Весь предыдущий день он был в особенно хорошем настроении. Легкое задание, попавшееся ему нежданно-негаданно, должно было пополнить его отощавший кошель изрядной суммой. Всего две недели назад он сидел в бонвильском трактире «Львиное сердце», раздумывая о том, как вылезти из долговой ямы, когда к нему подошли двое мужчин и сделали предложение, от которого трудно было отказаться. За убийство какого-то деревенского парня из южного города Виллона, путешествовавшего в компании таких же молодых ребят, таинственные незнакомцы пообещали заплатить четыреста серебряных монет. Отличная сделка, которая принесла бы ему достаточно денег, чтобы расплатиться со всеми долгами и еще год жить припеваючи.

У Раткера не было в тот момент под рукой надежных помощников, но он согласился взяться за это дело не раздумывая. Получив аванс, он решил нанять несколько отпетых головорезов. По местным кабакам он набрал отряд в пятнадцать человек, двенадцать из которых были местными разбойниками, а трое — наемники с юга. На этих троих он особенно надеялся. Они были точны в движениях, холодны и исполнительны. Впрочем, и страшны тоже. Поговаривали даже, что эти трое — члены известного тайного Ордена Змеиных Укусов. Раткер разбил отряд на четыре группы, дал всем описание нужного человека и выплатил небольшие суммы, после чего отослал группы в разных направлениях. Особенно тщательно он велел им проверить три главные торговые дороги, ведущие из Бонвиля на юг.

План его был прост. Одна из его групп найдет деревенского парнишку, прирежет его и вернется с его головой в столицу. Раткер отнесет трофей заказчикам, которые и выплатят оставшуюся сумму. О том, что сообщники его надуют, можно было не беспокоиться, так как только он знал заказчиков. Это был превосходный план. С одной стороны, нескольким группам охотников было легче найти человека, который бродит бес его знает где. А с другой, поскольку основные пути передвижения этих парней ему все же были названы, можно было быть уверенным, что он получит деньги в любом случае, кто бы из его бандитов ни убил мальчишку.

Сам Раткер выбрал главную Северную дорогу, пересекавшую провинцию от Пули до Весталии, взял с собой трех местных удальцов и отправился выслеживать добычу, стараясь быть как можно более осторожным и незаметным. И как же ему повезло! На восьмой день поисков он заметил на дороге в Бонвиль отряд молодых людей. Интуиция подсказывала Раткеру, что он нашел то, что искал, но все же надо было удостовериться. От остальных групп пока не было никаких сведений, и Раткер стал следить за юными путешественниками, наблюдая за ними издалека и прячась от их взоров в холмах и среди деревьев. Для полной уверенности он решил не торопиться с нападением и действовать наверняка. Он следовал за ними как тень, ничем не выдав своего присутствия. К концу второго дня он уже был абсолютно уверен, что напал на след тех, кто ему нужен. Оставалось только выбрать походящий момент, выполнить работу и вернуться в Бонвиль за вознаграждением.

После полуночи, когда мутная луна скрылась за облаками, Раткер повел своих людей к месту ночевки парней. Пока они шли перелеском, он криво улыбнулся и пробормотал: «Четыреста монет серебром! Пожалуй, надо почаще бывать в этом королевстве. Если я буду получать такие заказы хотя бы раза два в год, я не только обеспечу себе красивую жизнь, но, глядишь, и выбьюсь в уважаемые люди».

Эта приятная мысль грела сердце. Он ухмыльнулся еще шире и вынул свой длинный кинжал. Чтобы добраться до лагеря, они должны были выйти из леса в открытое поле, но удача продолжала улыбаться ему: плотные облака совершенно заслонили луну, покрыв все вокруг мглистой влагой.

В спину Раткеру дунул ветерок, и он испугался на минуту, что лошади, мирно щипавшие траву около спящих путешественников, почуют его запах и забеспокоятся. Но животные, похоже, ничего не замечали. А ведь ему при его опыте достаточно и нескольких минут. Надо надеяться, скоро все закончится. Он тихо свистнул, подражая ночной птице, и трое его сообщников по-воровски прокрались к нему. «Тише… Тише… Оружие готово? Еще несколько шагов, и…»

Громкий треск взорвал тишину. Раткер судорожно оглянулся, всматриваясь в темноту. Он решил, что кто-то из его людей наступил на ветку. Но он ошибся. Звук раздался не сзади. Нет. Он раздался в лагере. Раткер внезапно понял, что случилось нечто непредвиденное. Люди у костра не спали. Они двигались и кричали, размахивая мечами, а один из них бежал прямо на него.

Отступать было поздно.

Громкий звук сломанной ветви отозвался эхом в лощине. Я открыл глаза и напряг слух. Ничего больше не услышав, я перевернулся на другой бок и отпрянул — прямо надо мной стоял Миня с обнаженным мечом в руке. Он сделал шаг, и еще одна ветка, из тех, что были заготовлены для костра, хрустнула. Миня всматривался в темноту.

— Раткер! — хрипло прокричал я.

— Да, кажется, у нас гости, — ответил оруженосец, положив руку на мое плечо.

Тем временем зашевелились остальные. Я оглянулся. Рик уже держал свой топор, Айк крутил свой меч, на широком лезвии которого играл свет от костра. Роб и Арк судорожно водили по земле руками, со стыдом понимая, что заснули во время своей вахты.

— Ужас! Как я мог заснуть? — бормотал Арк, пытаясь нашарить свою булаву.

— Вот он! — Роб схватил свой топор.

И вдруг мы услышали шаркающий звук откуда-то из окружающей тьмы. Мы вскочили, но свет костра мешал что-либо увидеть, создавая вокруг нас стену абсолютной черноты. Нам пришлось пересечь границу между светом и тьмой вслед за Миней, который уже бросился по направлению к чему-то или кому-то, притаившемуся в ночи. Когда наши глаза привыкли к темноте, мы заметили в высокой траве четыре темных фигуры. Дрожь пробежала по моему телу. «Раткер! Раткер!!» — твердил я, понимая, что мое видение не было плодом воображения или обычным сном. Это было оно — дальновидение. Это удивительно, это редкое качество, просыпавшееся лишь в решительный миг. Оно пыталось меня предупредить! А я? Почему же я не проснулся? Раткер! Так звали человека, который хотел меня убить. Он — я это точно знал — притаился сейчас где-то совсем близко. Я выхватил из ножен меч и закричал:

— Берегись! Это засада!

— Я их вижу!

— Я тоже!

— Вон там! Их трое!

— Четверо!

Крики моих друзей раздавались со всех сторон, на наших мечах и топорах играл свет костра, а глаза наши были устремлены на четыре темных фигуры, поднявшихся из травы в десятке шагов от нас.

Как и несколько дней назад, меня охватило смятение, я не мог ясно мыслить, а руки и ноги не совсем подчинялись мне. Но, когда я увидел, что Миня схватился с ближайшим к нему противником, голова моя прояснилась, и я бросился к нему на помощь. Когда я подбежал, оруженосец уже наступал на соперника, который умело уклонялся от его ударов и защищался, орудуя длинным кинжалом. Трое других, вооруженные мечами, ринулись на подмогу своему товарищу.

Один из нападавших оттеснил меня и Айка, ловко действуя сразу двумя короткими мечами. Другой кружил вокруг Арка и Роба, пытаясь напасть с фланга то на одного, то на второго, в то время как четвертый, вооруженный тонкой рапирой, теснил моего брата, принуждая его отступать к костру. Рик пытался отбивать его удары своим длинным топором, острие которого сверкало в темноте. В какой-то момент мне казалось, что брат не выдержит. Отступая, он споткнулся, пошатнулся, почти упал. Пытаясь сохранить равновесие, он опустил топор. Противник, увидев свое преимущество, бросился на него, но и сам споткнулся, оказавшись в опасной близости к Рику, который немедленно этим воспользовался. Тяжелый удар прошел косо, но все же задел плечо нападавшего. Тот выронил рапиру и упал на колени. Второй удар обухом пришелся ему в затылок. Он был еще жив, но сражаться уже не мог. Закрывая рукой размозженную голову, он свалился в траву, испуская глухие стоны. Я успел схватить это боковым зрением в течение секунды или двух. Противник, который теснил нас с Айком, оказался искусным бойцом и надолго отвлекаться не позволял. Но все же численное превосходство постепенно начало играть свою роль. Пока я со всей силы отпускал удары мечом, Айк заскочил слева и, выбрав подходящий момент, ткнул противника в бок. Острие лишь слегка достало злодея, но заставило отклониться и выронить один из его мечей. И вот тут я не промахнулся — мой меч опустился на его шею. Из раны хлынула кровь, он рухнул на землю и застыл, продолжая сжимать в руке второй свой меч. Я даже не проверил, жив он или мертв, так как уже бежал на помощь Робу и Арку. Айк мчался в шаге от меня.