Страница 38 из 129
— Эй, вы! — крикнул он. — Сир Рон ожидает вас в комнате советника. Собирайтесь, я буду ждать вас снаружи.
Когда мы пятеро вошли в так называемую комнату советника, сир Рон был уже там. Он сидел в высоком белом кресле. На столе перед ним лежали письмо отшельника и книга, найденная нами в монастыре. Чуть в стороне от сеньора сидел старик в высокой шапке из дорогой ткани и синем балахоне, струящемся до самого пола. Рядом с ним тоже лежала книга, и тоже в коже, но только огромного размера. Еще мы разглядели чернильницу, перо и флакон с песком.
— А, вот и вы! Отлично, — сеньор указал нам на две длинные скамьи у дальней стены. Темно-коричневые скамьи, сделанные из тяжелых бревен, распиленных вдоль на две половины, были отполированы до блеска. На них для удобства лежали небольшие подушки из зеленого, расшитого золотыми нитками сафьяна.
— Вчера я сказал, что желаю говорить с вами. Так вот настало время поговорить, и поговорить открыто. Мишук, когда ты пришел ко мне в первый раз, я не был с тобой до конца откровенен. Тогда я сказал тебе, что я прекратил все поиски пропавшего каравана. Но это не совсем так. Уже давно я подозреваю, что исчезновение твоего отца не случайность и что во всей этой истории замешаны какие-то темные силы. Но какие именно, я не знаю. Все мои попытки найти хоть какую-нибудь зацепку оказываются тщетны. Словно кто-то намеренно мешает моему расследованию. Я даже начал подозревать кого-то из своих подданных. И тут появился ты, и я решил, что, может быть, тебе повезет, что без моего видимого участия ты сможешь разузнать больше. А чтобы тебе было легче справиться с заданием, я, в секрете от других, направил тебе Миню. Как оказалось, мой расчет был верным. Не привлекая излишнего внимания, ты и твой отряд узнали то, что мне оказалось не под силу.
— Сир Рон, что же заставило вас заподозрить неладное в случае с моим отцом? — спросил я.
Сеньор помолчал немного, потом поменял положение тела, кашляя при каждом движении, и ответил:
— Все началось осенью прошлого года, когда до моего слуха начали доходить странные сообщения, большей частью сплетни, которыми обменивались местные жители на базарах, во время вечеринок и праздников. Обычные вещи — кто-то потерялся в лесу, пропал скот, несколько охотников не вернулись домой. Каждый факт, взятый в отдельности, может показаться вполне ординарным, но вместе они составляют весьма тревожную картину. Первые же достоверные известия я получил уже в начале зимы от сира Иллоу, семья которого владеет землей к северо-востоку отсюда. Он писал мне, что группа фермеров не вернулась из обычного похода в лес. Люди бесследно пропали вместе со снаряжением и лошадью. Этот случай не вызвал бы такого серьезного беспокойства, если бы не дети. Среди пропавших оказалось пятеро детей. Такое количество привело в волнение жителей деревни, паника была неминуема. Чтобы успокоить своих подданных, сир Иллоу послал солдат обыскивать леса, но те ничего не обнаружили. Бедняги просто испарились. Их исчезновение приписали предательским болотам, в которых и раньше погибали люди. Не успели прийти в себя земляки пропавших фермеров, как я получил новое известие, на этот раз от сира Энтона, молодого владетельного рыцаря, который живет за пределами Буа, в соседней провинции Канци. Его старый больной отец велел ему расследовать исчезновение богатого лавочника и всей его семьи из маленького городка Жулиона. Поначалу все думали, что купец просто отправился в одно из своих долгих путешествий, но прошло две недели, три, и люди начали волноваться. Сир Энтон сам поехал искать пропавшего купца, но поиски не дали результатов. Как и фермеры сира Иллоу, купец с семьей словно исчезли с лица земли. И вновь исчезновение приписали случайности, какому-то несчастному случаю. Но тут сам герцог получает личное письмо от жены сира Ивена Лекса, друга герцога, с кем он провел много лет вместе на службе королю. Жена сира Ивена умоляла герцога о помощи. Ее муж и двое сыновей не вернулись с охоты. Уже несколько дней от них не поступало никаких известий. Вместе с ними пропали с десяток оруженосцев и ратников. Обеспокоенный этим сообщением, герцог отправил в замок Лекса трех своих капитанов. Последние, опасаясь, что на сира Лекса напали бандиты, взяли десяток опытных оруженосцев и около тридцати местных стражников и прочесали все лежащие вокруг замка земли, все рощи и леса, все поляны и овраги. Увы, никаких следов рыцаря и его свиты. Люди исчезли, как будто никогда не существовали. Но было одно отличие — сир Лекс и его люди не были простолюдинами. Они были опытными воинами. Чтобы взять над ними верх, нужен был многочисленный отряд столь же опытных бойцов. Это обстоятельство очень обеспокоило капитанов герцога. В тревоге они вернулись в Бонвиль, чтобы сообщить трагическое известие герцогу, который принял эту историю близко к сердцу. Не откладывая дела в долгий ящик, он разослал личные депеши всем сеньорам провинции с настоятельной просьбой предпринять поиски сира Лекса и его сыновей. Многие откликнулись, я в их числе. Рыцарей мы не нашли. Глубоко обеспокоенный необъяснимым происшествием, я вернулся в свой замок и сразу же получил еще одно тревожное сообщение, на этот раз с южной границы моих владений. В окрестностях города Гулео кто-то напал на лагерь рудокопов. Бандиты действовали быстро и жестоко. Они обрушились в середине ночи и убили очень многих. Только малое число людей смогло скрыться в лесу. Причины этого нападения остались неизвестны, но самое странное заключалось в том, что все юноши, мальчики и даже младенцы пропали без следа, их не нашли ни среди мертвых, ни среди живых. И этим дело не кончилось. Не прошло и месяца, как пропал караван купца Брюна Лойда, твоего отца, Мишук. До вчерашнего вечера я не мог найти связи между этими происшествиями. Но теперь, когда я прочитал письмо отшельника и услышал отчет о вашем путешествии, я понял, что такая связь существует. И малоизвестные нам алавантары тут не на последнем месте. Эта книга, — сир Рон поднял в руке нашу находку, — первое тому доказательство. Теперь я должен узнать, какую именно угрозу представляют эти самые алавантары для этой провинции и всего королевства. И в этом вы можете мне помочь. В отличие от большинства моих подданных вы уже немало знаете об этом деле. Более того, вам сопутствует удача, да и расспросы нескольких крестьян привлекут много меньше внимания, нежели рыцарское расследование. Поэтому предлагаю вам продолжить поиски. Но вы не состоите у меня на службе, я не могу вам приказывать. Вы можете либо согласиться, и в этом случае ваше путешествие окажется, скорее всего, долгим и опасным, либо отказаться. Если вы решите принять мое предложение, вы станете моими слугами, и в этом случае я, следуя нашим священным рыцарским традициям, возведу вас в ранг оруженосцев.
Мы затихли. Слышно было, как где-то вверху прожужжала муха.
Сир Рон помолчал минуту и очень внимательно посмотрел на нас.
— Готовы ли вы отказаться от вашей привычной жизни и служить королевству Нормандии, как служили многие храбрые и добродетельные мужчины до вас?
Это был серьезный вопрос и неожиданный. Я скосил глаза на своих друзей. Откровенно говоря, я не знал, что ответить. Я слышал об оруженосцах и их обязанностях. Я видел их повсюду. И еще я знал Миню, моего нового товарища, ставшего другом всем нам. Но в то же время я не имел никакого представления о том, что значит быть солдатом. Смогу ли я им стать? Я никогда не считал себя воином, даже после ночного сражения с наемным убийцей. Я не умел ни готовить еду на костре, ни выслеживать, ни охотиться, ни даже читать карты. Но я понимал, что у меня нет другого выхода. Сир Рон был прав. Между алавантарами и исчезновением отцовского каравана существовала какая-то связь. Я чувствовал это интуитивно. И если для того, чтобы найти отца, Эйва и остальных, я должен стать оруженосцем сира Рона, то так тому и быть.
Я приготовился узнать, что это такое — быть верным слугой сира Рона, и в этот момент Арк встал со скамьи, сделал шаг вперед и, смотря прямо на рыцаря, сказал громко и уверенно: