Охота на Избранного

Остановившись перед знакомым забором, я отдышался и начал искать две плохо прибитые доски, которые столько раз позволяли мне пролезать сквозь высокое заграждение. Пока я отодвигал планки, Айк занял позицию в середине переулка, чтобы видеть улицу и при этом самому не быть на виду. Наконец я протиснулся через узкую щель во двор. Луна и падающий из окон свет позволяли мне свободно ориентироваться. Осмотревшись, я спрятался за поленницей дров в нескольких шагах от двери черного хода.

За задернутыми занавесками нашей столовой я разглядел два силуэта, еще один в комнате сестер на втором этаже. Несомненно, это были мать, Ули и Аджи, занятые, как всегда, домашними заботами. Но Рика, к сожалению, я не увидел. Окно его комнаты было открыто, но света не было, и никакого движения внутри я не заметил. «Может быть, он внизу?» — подумал я и стал прикидывать, как подобраться поближе к дому. Дверь черного хода была в тени, но падавший из кухни желтый конус света мешал подкрасться туда незамеченным. Я прошел вдоль забора к задней стене сарая и укрылся в стоге сена. Мелькнула мысль: «А что, если Рик все-таки в своей комнате?» Нашарив на земле камушек, я швырнул его в открытое окно. Камень, к моей досаде, не долетел и отскочил от стены с громким стуком. Я зарылся в сено, но ничего не произошло. Нащупав второй камень, я стал прицеливаться и на шаг отступил назад. Каково же было мое удивление, когда в этот самый момент меня остановил чей-то тихий свист. Я обернулся и в нескольких шагах от себя увидел Рика, стоявшего у открытых ворот сарая.

— Рик, что ты тут делаешь?! — я чуть не закричал, но сдержался и произнес эти слова достаточно тихо.

— Я? А ты сам что тут делаешь? — спросил он, а потом добавил: — Можешь не отвечать. Думаю, ответ мне известен.

— Известен? Тебе? — я страшно удивился.

— Ты пришел за мной. Так?

— Откуда ты знаешь? — прошептал я в растерянности.

— Все это очень странно. — Он сделал шаг в мою сторону. — Честно говоря, не знаю, поверишь ли ты мне. Я сам себе не верю.

— Рик, — прервал я его. — За последние дни я столько всего видел, что поверю всему. Говори, не бойся.

— Это случилось два дня назад, — прошептал Рик. — Приснился мне сон…

— Сон, что за сон? — тут же спросил я.

— Это было такое видение… такое яркое, такое необычное… там была женщина… очень красивая… но очень странная…

— Странная женщина, говоришь? А ее случайно звали не А-ти?

— А-ти. — Рик вопросительно посмотрел на меня.

— Все ясно. Точнее, не все, но кое-что.

Рик пожал плечами и рассказал все, что с ним произошло. Оказалось, что за два дня до моего прихода в Виллон моего брата во сне посетила странная гостья. Или, лучше сказать, это она пригласила Рика в гости, а он покорно приглашение принял. Там было все — огромный живой зал, фонтаны, птицы, зеленые ветви и синее небо. И длинный разговор, в котором А-ти предупредила Рика о том, что его жизнь в опасности. Она сказала, что он должен приготовиться к скорому путешествию, что за ним явится его младший брат…

— Получается, она сказала правду, — прошептал Рик и, помолчав, добавил: — Но я по-прежнему ничего не понимаю. Ты объяснишь?

— Сейчас тебе достаточно знать, что твоя гостья — не призрак и даже не сон, это другое. Позже я тебе расскажу, как я это понимаю. А сейчас нам надо идти. Ты готов?

— Как ни странно. — Рик скрылся в сарае и через секунду появился с дорожным ранцем.

— А что мать?

— Когда ты ушел, она не долго сердилась. Молчала все больше. А потом сказала нам, что о тебе беспокоиться не нужно, что ушел ты по делу и вернешься тогда, когда его исполнишь. И все. Надеюсь, к моему уходу она отнесется столь же благоразумно. Но на твоем месте я бы ей на глаза не попадался, второй раз она тебя так просто не отпустит.

— Хотелось бы ее повидать, ее и сестричек, но… но я не могу здесь оставаться, — сказал я с грустью.

Я взглянул еще раз на дом, на родные окна и кивнул брату:

— Идем.

Мы вылезли в щель в заборе, нашли Айка и вернулись в сад той же дорогой, известив друзей о своем приближении громким треском раздвигаемых ветвей.

— Порядок? — спросил Роб, но, увидев Рика, махнул рукой: и так все понятно.

При свете холодной луны мы покинули Виллон и направились в Сирон. Когда последние огни за нашей спиной исчезли, мы разбили лагерь в небольшом лесу в стороне от дороги. Товарищи мои поддались темноте и усталости, и только мы с Риком не сомкнули глаз. Нам нужно было о многом поговорить.

— Значит, ждал меня, говоришь? — начал я, устроившись поудобнее у почти потухшего огня.

— Не мог не ждать, — ответил Рик. — Сон был уж очень необычным.

— Я очень тебя понимаю. Сам испытал похожее.

Я замолчал, раздумывая, как приступить к повествованию.

— С чего начать? — спросил я вслух самого себя. — С того ли дня, когда я ушел из Виллона?

И я рассказал Рику обо всем, что случилось с нами во время путешествия. Рассказ получился длинный, но брат слушал внимательно, а когда я закончил, начал задавать вопросы, много вопросов — о книге, об отшельнике, о женщине из племени аалов, о Великой Войне и, само собою, об отцовском караване, о судьбе отца и Эйва. На последний вопрос я ответить не мог, и мы замолчали, размышляя или грезя — к тому моменту я уже не чувствовал разницы.

Все глубже погружаясь в сон, я поймал себя на мысли, что в своем путешествии я сделал один большой круг. Я ушел из Виллона, чтобы найти отца и Эйва, а вернулся, чтобы спасти Рика. Но действия мои и моих товарищей предопределил не случай, а А-ти. И хотя я даже не был уверен, что он существует, слова ее оправдывались. И все же я не знал, что ждало меня впереди. Пока единственная ниточка тянулась к обитателям брошенного монастыря, загадочным алавантарам, о ком мне предстояло выяснить еще очень многое.

Глава 15

Когда солнце встало, я уже не спал и готовился пуститься в путь. Мы решили избегать непрошеного внимания и потому выступили на заре, оставив позади Виллон. Я бездумно следовал за друзьями, борясь с желанием свалиться в траву и заснуть. Позавтракать мы не успели, в животе у меня бурчало, голова кружилась, но я старался не ныть и не жаловаться даже самому себе.

Дорога была пустынной, лишь одинокий фермер проехал мимо нас на своей скрипучей телеге, которую лениво тянула грязновато-серая кобыла. Он не обратил на нас никакого внимания, да и мы на него неособенное. Ближе к полудню стало жарко. Мы сняли плащи, расстегнули рубахи, надеясь, что ветерок освежит разгоряченные тела. Но ветерок пронесся и исчез, не принеся облегчения, которое наступило только с заходом солнца.

Когда темнота вынудила нас остановиться, мы нашли в поле одинокий дуб и возле его корней заснули как мертвые. Хотя мы отдыхали дольше, чем в прошлую ночь, однако недостаточно, чтобы возместить недобранные часы сна, поэтому поднялись мы усталые и обессиленные. Пытаясь не клевать носом на ходу, я рассматривал окрестности, но ничего не помогало. Я спотыкался о камни и чуть не свалился в мелкий ручей, что вызвало улыбку моих товарищей. К полудню стало ясно, что мы придем в Сирон засветло. Это нас подбодрило. Мы еще быстрее устремились вперед, и скоро вдалеке появились крепостные башни, возвышавшиеся над крышами городка. Уже второй раз за неделю мы подходили к цитадели сира Рона.

Мы наполнили фляги свежей водой из колодца и направились к главным воротам, где также отдыхали стражники, опираясь на длинные копья и бросая ленивые взгляды на пустую улицу. Ворота, как и в прошлый раз, были открыты. Миня заблаговременно сел на лошадь и собирался въехать в крепость элегантно и с достоинством. Неожиданно один из стражей опустил копье и заступил ему путь. Вслед за этим он вдруг широко улыбнулся.

— Эй, мальчик мой! — закричал он. — Сто лет тебя не видал!

— Вижу, капитан, тебя опять назначили привратником. — Миня поднял в приветствии обе руки, бросив поводья.

— Четвертый раз, — пожаловался стражник. — Не знаю, чем я заслужил такое наказание?