Страница 16 из 129
— Неужели это кольцо твоей сестры? — спросил я друга.
— Определенно не скажу. Я никогда не держал его в руках. Видел раза два, да и то мельком.
— А может быть так, что твой отец дал это кольцо отцу Мишука, чтобы тот договорился в большом городе о его переделке? — спросил Арк.
— Почему нет? У нас в Виллоне и ювелира-то не сыщешь. — Айк вертел кольцо в пальцах. — У того кольца тоже было три красных камня. И тоже с оленями.
— Три красных камня с вырезанными на них оленями, — задумчиво произнес Арк. — Таких совпадений не бывает. — Он взял кольцо у Айка и поднял его, чтобы лучше рассмотреть в свете заходящего солнца.
— Что ты хочешь сказать? — спросил я.
— Если это кошель твоего отца, а кольцо сестренки Айка, то это может означать только две вещи, — ответил Арк, верный своему логическому образу мышления. — Либо твой отец обронил кошелек, когда ночевал на этой поляне, либо тут произошло нечто более серьезное. Нападение на караван, неравная борьба и все такое. Не исключаю, что каравана здесь вообще не было. События могли произойти в другом месте, а повозку привезли сюда и разграбили. Кошелек мог выронить кто-то из грабителей. Но это маловероятно, потому что грабители обычно не теряют ценности, раз уж они их заполучили. Да и кто потащит тяжелый фургон в лесную глушь, чтобы там обчистить его! Так что мы можем остановиться на более мрачном предположении. Мне больно это говорить, но я подозреваю, что караван твоего отца остановился здесь на отдых и… не покинул этого места. Не покинул по доброй воле. Все это соответствует и тому, что ты видел во сне. Ведь так, Мишук?
Я молча кивнул.
— Кошелек, вероятно, соскользнул с пояса во время борьбы. Либо твой отец засунул его сюда намеренно, как указание на то, что случилось с караваном. Обрати внимание, солдаты прочесали это место, но ничего не нашли. А мы нашли. Твой отец словно предвидел это.
— Мне нравится ход твоей мысли, — сказал я.
— Что же касается повозки, то ее мог спрятать в кустах твой отец или сами бандиты, которые не смогли забрать ее с собой. Уж больно много им досталось добычи. Как бы то ни было, нам не разобраться в этой истории, пока мы не узнаем больше. Надо идти в монастырь искать того монаха.
— Допустим, что отец и его люди действительно ночевали здесь. Кто-то напал на них. Кто? Куда их увели? — спросил я Арка, надеясь, что у него больше ответов, чем у меня.
— А вот это нам и предстоит выяснить, — сурово отрезал Арк.
Арк был прав. У нас оставалось очень много вопросов, но мы имели пусть малую, но зацепку. Утешившись этой мыслью, мы решили прекратить поиски и идти к нашей следующей цели — приюту Ордена Духа. Это было широко известное религиозное сообщество, проповедующее Слово Духа по краям и весям Этории. Идти туда нам предстояло целый день, поэтому после краткого отдыха мы собрали свои вещи и пошли по тропинке, которую обнаружили на западной стороне поляны. Не прошли мы и лиги, как тропа круто пошла вверх и вывела нас к основанию большого голого холма, возвышавшегося над окружающим его лесом. Мы осторожно вскарабкались на вершину и постояли немного, рассматривая зеленое море, расстилающееся далеко во все стороны. Не заметив ничего необычного, мы спустились обратно в лес и повернули на юг, шагая в этом направлении несколько лиг мимо многочисленных мелких ручьев с прозрачной холодной водой, которые разбегались по земле, как маленькие вены по невидимому телу.
Потихоньку спустились сумерки. Стремясь пройти как можно дальше до темноты, мы шли, пока над нашими головами не зажглись звезды. Остановились мы на первой попавшейся поляне. Это была узкая полоска мягкой травы, зажатая между могучими стволами старых дубов. Мы разожгли костер и приготовили простой ужин. К этому времени стало совсем темно. Мутная луна бросала желтоватый свет на траву, мягкий свет костра освещал два или три ближайших дуба. Остальные деревья тонули в непроглядном мраке. В тот вечер мы чувствовали себя особенно усталыми и вскоре после ужина заснули, быстро перенесясь в иное царство — царство видений, снов и кошмаров.
Глава 10
Я ехал верхом на великолепном скакуне, покрытом белой попоной, шитой толстыми золотыми нитями. Я был вооружен длинным сверкающим мечом, свободно висящим на бедре, и одет в блестящие стальные латы, на которые был накинут красно-белый плащ со знакомым символом горящего золотого кубка в центре голубого круга. Цокая копытами по улицам незнакомого города, я указывал моим друзьям путь к высоким стенам белой крепости, возвышающейся над серой скалой и словно бы парящей в синем летнем небе. Когда мы подъехали поближе, дорога круто повернула и мы оказались на широкой аллее, мощенной блестящими черными плитами.
По обеим сторонам аллеи среди аккуратно подрезанных тополей стояли люди. Старые и молодые, высокие и маленькие, мужчины и женщины, дети и карлики, дворяне и простолюдины заполнили все проходы и тропинки. Толпа являла невероятную цветовую палитру, составленную из тысяч ярких лоскутов, нарядных одеяний, бесчисленных драгоценных украшений всех цветов и оттенков. Веселые мелодии, шум и бесконечный разговор слышались повсюду, сообщая толпе характер единого живого существа. Мы пробирались сквозь эту толпу, пока не достигли края просторной площади, тоже заполненной людьми, которые смотрели на возвышение в нескольких десятках шагов от нас и с волнением ожидали появления кого-то или чего-то на этом подиуме. Неожиданно ряды зрителей взорвались криками радости и восхищения, быстро перешедшими в непрекращающийся громкий гул.
Пытаясь рассмотреть причину этого энтузиазма, я приподнялся на стременах и посмотрел вперед. Море людей, людей и людей… Но толпа начала хаотичное движение к сцене, и я заметил колонну рыцарей, по двое выезжавших из проулка и медленно двигавшихся к подиуму, рассеивая зрителей по сторонам. Там было около пятидесяти всадников в полном облачении. Возглавлял колонну высокий человек в шлеме с опущенным забралом. Левой рукой он держал поводья, а правой высоко поднял древко со штандартом, на котором сияла горящая чаша в голубом круге. Его золотые доспехи сияли на солнце. Ловко управляя огромным черным жеребцом, он подъехал к платформе, передал знамя другому всаднику, спрыгнул с коня и исчез среди стоявших внизу людей только для того, чтобы тут же появиться на пустой сцене.
Он не поднял руки, не сказал ни слова. Но люди, когда увидели его, просто сошли с ума, поднялась новая волна приветствий, рукоплесканий и криков, превратившаяся в оглушающий рев. Рыцарь посмотрел на толпу, отбросил полу вишневого плаща и выхватил из ножен длинный сверкающий меч, подняв его высоко над головой. Это зрелище довело толпу до неистовства. Крики и рукоплескания продолжались даже тогда, когда человек опустил меч и вложил его обратно в ножны. Рыцарь еще раз сквозь темные прорези осмотрел толпу, а потом, желая открыть лицо, не поднял забрало, но целиком снял свой сверкающий шлем.
Каково же было мое изумление, когда я понял, что мужчина в золотых доспехах не кто иной, как мой родной брат Рик! Я хотел крикнуть ему что-нибудь, но не успел. Видение закончилось, и я открыл глаза.
— Мишук, Мишук, — услышал я тихий голос.
Кто-то лежал рядом со мной и шептал мне на ухо.
— Это ты, Айк? — спросил я, протирая глаза.
— Ты видел? Ты видел Рика и всех этих людей?
— Ты тоже видел Рика? — изумился я.
— Конечно.
— Поразительно! — Я сел, отодвинув скомканное горячее одеяло. Да, я все еще не мог привыкнуть к тому, что мы иногда видим общие сны. — Я думал, это обычный сон.
— Я тоже, — согласился Айк. — И все же… Ты видел его доспехи? И этот меч? Здорово, правда? Первый раз мы видим твоего брата во сне. Ведь так?
— Думаю, да, — ответил я.
— Интересно, видел ли Рик этот сон?
— Надо будет спросить, — задумчиво сказал я. — Если мы вернемся в Виллон.
— В Виллон? Не желаю возвращаться домой. Во всяком случае, не сейчас. Через год или два посмотрим.