Страница 16 из 44
Ееголовадернуласьназад так,словно я дал ейпощечину,губы слегкаприоткрылись.Затемзеленыеглаза сновасузились, иона соскочилас кровати, состукомприземлившисьна пол.
— Значит, уменя не можетбыть проблем,да? У меня,по-твоему,нет проблем? — Онасхватила первуюпопавшуюсяпод рукувещь, которая,к несчастью,оказаласьмоимполузабитымрюкзаком, ишвырнула мнев головуфутболку. — Тыдаже незнаешь меня,ты... фрик!
— Эй!— Я поднялруки,защищаясь.
— Ямертва изастрялаздесь. У меняестьпроблемы! — Вмое лицополетелиджинсы. — То,что всевыглядитзамечательносо стороны... — Алонашагнула ккнижномушкафу, — незначит... — вменя одна задругойполетелинесколькокниг, и япригнулся, — чтотак на самомделе и есть!
Справочникдухов Тобинаотскочил отпередней спинкикровати игрохнулся напол.
— Осторожно!Ты мне чутьбашку им не снесла.
— Апо нейкто-нибудьбудетскучать? — съязвилаАлона, хватаяеще однустопку книг.
— Прекрати!— Ясоскользнулс кровати,подальше отлинии огня, ипоморщилсяотпульсирующейв голове боли.— Мне жаль, чтоя так сказал.Прости,ладно?
— Твоих...извинений...не...достаточно, — процедилаона сквозьзубы, швыряяпосле каждогослова книжку.Хорошо хотьбрала их тольков мягкомпереплете.
Собравшисьсоставшимисясилами, яобхватилАлону заталию иоттащил откнижногошкафа,стараясь необращатьвнимания наисходящий отее волоссвежийцветочный запахи то, как онаизвивается.Затем она взбрыкнулаи заехалаодной из своихдлинныхножек,которыми ялюбовалсяранее, мне полодыжке.
Мырухнули накровать,издавшую приэтом не предвещающийничегохорошегогромкий треск– опять же, неиз областимоихфантазий.
Глава7
Алона
Ясела, смахнувволосы слица, иобнаружила подсобойКиллиана.Наша с нимстычка – начавшаяся,кстати, из-заегоидиотизма –закончиласьтем, что яраспласталасьна егоширокойгруди,которая кмоемуудивлению, былашире, чемказалась состороны.Похоже,темно-синийцвет худит.
Касающиесяменя рукитоже былибольше, чем ядумала. Ячувствовалажар кожиКиллиана имягкую тканьфутболки, приего дыханиищекотавшуювнутреннююстрону моихбедер.
Безфизическогоконтактаможноспокойно пережитьтри дня – это нетакой уждолгий срок,если толькопри каждомсоприкосновениис человекомты не превращаешьсяв ледяноетрясущеесянечто. Тогдаэти три дняпревращаютсяв вечность и...прикосновенияк УиллуКиллианустановятсяоченьприятны.
Онсмотрел наменя снизувверх, и язаметила уего жуткихсветло-голубыхглаз темныйободок – как украев горныхозер, еще недо конца подернутыхльдом.Киллианнервнооблизал губы,обнаживбелые ровныезубы, которыея раньше ниразу невидела,потому что онне из улыбчивых.Ну да-да, япитаюслабость кхорошимзубам, и что?Это же нефут-фетиш иличто-тонастолько жепротивное. Ито, что мненравитсялюбоватьсяработойумелогоортодонта, совсемне значит,что мнеобязательнопонравитсячеловек схорошимизубами и...
— Эм,Алона? — робкоспросил Уилл.
Еговопрос резкопривел меня вчувство. Что яделаю? Это жеУилл Киллиан!Я стукнулаего по плечам.
— Слезьс меня.
— Этоты сидишь намне! — воскликнулон.
— Тывсе этоспланировал. —Я попыталасьслезть снего, но онприжимал своимтелом моюлевую ногу ккровати.
— Ода, я все этоподстроил,начиная сошвыряния вменя тобойкниг!
Яна секундупересталапытатьсявыдернутьиз-под негосвою ногу,чтобы злоглянуть нанего.
— Я бы не сталакидать в тебякнигами, еслибы ты не...
Всеего тело внезапнонапряглосьподо мной.
— Тыслышишь? — Егоглазарасширились.Он сел,освободив моюногу, но приэтом я саманачалазаваливатьсяна пол.Киллианпоймал меняза руки и, потянуввверх, усадилна своиколени.
— Киллиан,— предупреждающесказала я.
— Помолчии дайпослушать.
Поего голосубыло слышно,что он нешутит, и язамолчала.Есливернуласьтак чернаятуманнаяштуковина...
Новсе, что яуслышала – шуммашины. Онавроде бысворачивалана ближайшуюподъезднуюдорожку.Ничегосверхъестественногов этом небыло, ноКиллиан,похоже,серьезно испугался.
Онподнял менясо своихколеней ипосадил рядом– аха, значит,он еще исильнее, чемкажется, – забралсяна кровать сногами и,поднявшись, выглянулв окно,расположенноевысоко на стененад спинкой кровати.
— Черт.— Киллианосторожноопустился напостель,затем встална пол.
— Чтопроисходит? — требовательноспросила я. — Моидесять минутеще не истекли.— Он же несобираетсясвалить отменя? — Язадала всеголишь одинвопрос, накоторый ты,между прочим,практическине ответил.Ты мне скормилодни своидогадки.
Проигнорировавменя, Киллианнагнулся, чтобыподобратьраскиданнуюмной одежду исновапихнуть ее врюкзак.
Явстала на егослегкапокачивающейсякровати итоже прошла кокну, чтобыпосмотреть,чтопроисходитна улице. Наподъездной дорожкеу домаКиллианаприпарковалсяседануныло-коричневогоцвета.Передниедверцыраспахнулись.Спассажирскойстороны вышламаленькаяженщина стакими жетемнымиволосами, каку Киллиана.Даже с такогорасстояниябыли видны еепокрасневшиеот слез глаза.В руках онамяла что-тобелое –носовойплаток илисалфетку.Вылезший со стороныводителянизенькийплотныймужчина сбородкойобнял ееодной рукой. Онбыл в пиджакес кожанымизаплатами нарукавах.
— Твоимама и отчим, — предположилая. — Ну и чего тыперепугался?
Напугатьтут можетразве чтожуткий вкус отчима.На нем былистариковскиеботинки столстеннойрезиновойподошвой. Вотуж не знала,что кто-тореально такиеносит. Дляменя они всеравно чтобугимен –страшенный,уродливый,упоминающийсяв легендах,но никем иникогда невиданный.
— Моямама былавсего лишьраз замужем –за моимотцом.
Киллианзастегнулмолнию нарюкзаке и закинулего на плечо.
— Нуладно. — Ясоскочила скровати ипоследовалаза ним изкомнаты.
— Тебенужноуходить.Сейчас же. — Киллианпрошел покоридорумимо кухни кдвери,которую я доэтого невидела.Видимо, этоглавный входв дом.
— Унас былуговор!
Онтак резкоостановился,что я чуть неналетела нанего сзади. Повернулсяко мне лицом.На егобледныхщекахвыступили красныепятна. Онявно былвзволнован.
— Тот пареньтам, — Киллианткнулпальцем внаправлениидвери, — докторМиллер, мойпсихиатр. Онхочет упечь меняв клинику зато, что я вижуто, чего не существует.— Поняла?
Неочень.
— Ноя же здесь.
— Недля него. Итебепотребуетсячертовски многовремени длятого, чтобыдоказать этокому-либокроме меня.Так что еслиты хочешь довестинашдесятиминутныйразговор до конца,то заткнись ине путайсяпод ногами, покая не выберусьотсюда.
Киллианвстал у дверии оченьосторожно отодвинулдвернойзасов,поморщившись,когда тотгромко ипротестующезаскрипел.Очевидно,этой дверьюпочти непользовались.
Ничемне прикрытаяпаника вголосе Уилласмягчилаоскорбительныеслова и вместес тем подаламне идею. Ябочком придвинуласьк нему.
— Обещай,что поможешьмне.
— Что?— взглянул онна меня. Еголадоньзастыла на двернойручке.
Черезстены кухниза нашимиспинамипослышалисьголоса. Онидоносились сдорожки. Киллиан,видно, рассчитывал,что мама спсихиатромвойдут в домчерез заднююдверь в тотсамый момент,когда онвыйдет черезпереднюю. Этомогло сработать,но правильновыбранноемгновение решаловсе.
— Еслия не могустать тем,кем была... — аповерьте мне,в то тело, чтоя видела усудмедэкспертасовершенноточновернуться невозможно,— то я хочудвигатьсядальше.Ангелы, арфы,облака,молнии,насылаемыена головуМисти, пончикитрижды в деньбез боязнипотолстеть – яхочу все это.Присутствиездесь лишь...ввергаетменя вдепрессию. — Ясклонилаголову на бокиполуприкрылаглаза,посмотрев наКиллианавзглядом,благодарякоторомуКрис однаждыаж в Пеориюпоехалкупить мнекофейно-мятныйлатте, когда вСтарбаксезакончилсямятный сироп.— Я буду вестисебя какмышка и небудумешаться.Толькосделай так,чтобы за мнойпришел яркийсвет.
Уиллпокачалголовой,натянутоулыбнувшись.
— Яне могу этогосделать.
— Почемунет?
— Этоне от менязависит.
— Аот коготогда? — уперлая руки в боки.
Онне ответил.Склонилголову, кчему-топрислушиваясь,и поднялруку,показывая,чтобы ямолчала.