Страница 3 из 13
- Давай свой патронташ! - пока она растерянно и не верящим взглядом меня буравила, перешёл на ворчание и сам стащил с неё пояс. - Как маленькая, честное слово!.. у нас каждая минута на счету, а ей всё бы любоваться сиянием... Вот! Теперь порядок! Трогаем дальше!
Пояс уже был на ней, да ещё прикрытый кольчужной опояской. Но двинувшись за мной, красавица всё-таки попыталась взывать к моему здравому рассудку:
- Миха, а может не надо? Всё равно ведь среди Светозарных - женщин нет. Только даром этот груан "чужим" станет... Да и вообще, если кто заподозрит меня в ношении такого богатства - сразу убьют.
- Не говори глупостей! Чтобы не заподозрили, то когда устроимся где-то в замке или в башне, пару раз показательно покажешь пояс остальным. Пусть убедятся, что там в кармашках только нитки, иголки и пуговицы. Кстати, на одной из двойняшек в башне пятьдесят пять дробь четырнадцать (55/14) я тоже видел пояс, но вряд ли кто даже помыслить решится, что у неё там груаны.
- Ну да, я тоже заметила...
Я коротко рассмеялся, заранее показывая, что намерен пошутить:
- Ну и дружба наша станет ещё крепче. Теперь ты точно от меня не сбежишь.
Ксана шутку поняла, и тоже хихикнула:
- Вот это мне не повезло... А ведь так мечтала сбежать от тебя и пожить под покровительством доброго Ольшина! - правда тут же её хихиканье смолкло и она другим голосом, злобным и мстительным поинтересовалась: - Когда остальными уродами из той башни займёшься?
Она меня, похоже, уже за всесильного и непобедимого Гудвина считала! Не иначе! Правда, семерых соратников и пособников у Ольшина, самого старого ветерана, а скорей всего и командующего башней уже нет. Он - восьмой. Плюс двойняшки - десять, Плюс ещё три женщины, проживающие там же, как мы поняли из разговора во время пьянки. За вычетом всех, остаётся в объекте из бетонных колец только три защитника. Ну, максимум четыре, если мы не знали о шестнадцатом обитателе. С такой группкой и в самом деле справиться будет не сложно. Вроде бы...
Ибо сама суть любой башни или замка, как раз и заключалась в приоритете обороняющихся перед атакующими. Запершись изнутри, используя только метательное оружие, камни и груаны, можно сдержать натиск десятикратно превосходящего противника. Тут и спора быть не могло. Так что просто так атаковать подлых предателей - нет смысла. Скорей всего я вообще их оставил бы в покое и поспешил на поиски иного места жилья. Но данное самому себе слово освободить несчастных рабынь, так мне напоминающих Верочку и Катеньку, не допускало никаких иных трактовок действий или помыслов. Так что в любом случае: либо мы тех уродов прикончим, либо сами головы сложим. Это я и подтвердил своим ответом:
- Как ни велико Дно, но с теми ублюдками, которых собрал вокруг себя Ольшин, нам здесь будет тесно. Либо они, либо мы!
Мы как раз подошли к месту, где виднелись останки разорванных людей, и в сумме со всеми остальными кусками плоти, зрелище было более чем непритязательным. Даже у меня появились рвотные позывы, когда мне под ноги попалась откушенная, а скорей всего оторванная почти по самое плечо мужская рука. Ну и запахи били по обонянию так, что хотелось срочно зажать ноздри наглухо.
Каково же было моё удивление, когда идущая сзади Ксана, вдруг обратилась ко мне вполне будничным, пусть и несколько отстранённым голосом:
- Миха, а ведь мы можем обмануть Ольшина. И довольно элементарно. Сейчас возвращаемся в их башню, входим к ним с испуганными лицами...
Я не выдержал, резко обернулся и с удивлением уставился в прекрасные глаза, которые теперь были прищурены и поблескивали огоньками яростного мщения. Похоже, моя подруга становится опасной в том плане, что начинается терять реальное отношение к окружающей обстановке. Следовало как можно быстрей вернуть её на грешную твердь всеми проклятого Дна:
- Ты о чём, болезная?! О каких лицах ты говоришь?!
- Да о наших с тобой, - нисколько не смутившись, продолжила моя оруженосец. - Вернее, только о твоём, ибо я буду в шлеме. И учти, нашей сказке не поверить нельзя. Мы говорим, что по пути решили опять заглянуть в тот самый проход, где мы убили первого тервеля в наш первый день. Мол, мяска захотелось свеженького. А когда решили возвращаться, наткнулись на выходе на прущие из средних трёх проходов стада слизняков. Двинулись обратно, долго прятались, потом решили выйти. Услышали в долине рев, вой и визг сражения, и решили бегом вернуться в башню к "нашим друзьям". Вот и рванули в проход номер пять. Ну а в самой башне ты сразу проткнёшь Ольшина, я - второго. А уж с последним мы в два счёта справимся. Даже если и ещё один отыщется, то и его заколем. И девочки - свободны! Правда, здорово я придумала?
Она всё это протараторила на одном дыхании, я стоял с приоткрытым ртом и мысленно возмущался:
"И почему я сам до такого не додумался!?"
Конечно, и в предложенном варианте была куча сложностей и непредвидимых, неизбежных случайностей. И каждая могла обернуться для нас гибелью. Но, по сути, такая задумка могла оказаться самым лучшим нашим стратегическим замыслом. Ведь провозись мы здесь ещё час, а то и полтора, всё равно потом мы преспокойно вернёмся к башне, и нас никто не заподозрит в обмане. Ольшину, несмотря на весь его опыт, и в голову не взбредёт предположить, что мы ухайдакали насмерть сразу семерых отличных воинов. Причина, по которой их так долго не было до нашего прихода - так оно и понятно: ждали в засаде, нас выслеживали. А что с нами не появились в башне, тоже объяснения есть: неудачно попали на пути монстров, да и убрались куда подальше, забились в какую-то щель и ждут окончания нежданной войны в мире фауны.
То есть все мысли на наши заявления можно предугадать.
Да и опять-таки, мы ведь можем уточнить более тщательно все возможные реакции на наши действия и слова у пленённого Сурта Пнявого, в сторону которого я регулярно продолжал посматривать. Правда и мысль по его поводу мелькнула нехорошая: "Может он там уже и помер? Потому что ни разу даже голову не приподнял над камнями..."
Но и подругу следовало немедленно поощрить, за умные мысли и превосходные идеи. Поэтому я прикрыл пересохший рот, прокашлялся, и выдал:
- Ты умнеешь прямо на глазах! Видимо народная молва врёт, когда утверждает: что красивые женщины - все полные глупышки.
Сомнительный комплимент получился, чего уж там, но бывшая секретарша поставного выглядела польщённой и гордой после моих слов. Наверное поэтому, её глаза и заметили первыми виднеющийся из-под просевшего колобка пояс с кармашками. Как ни странно, но для меня пока носимые на поясах груаны оставались невидимы. И не знаю в чём дело, это ещё следовало просматривать, сравнивать и исследовать, но скорей всего некий особенный вид кожи использовался для патронташных отделений. Вот через неё мой взгляд обладателя Первого щита и не проникал.
А в данном поясе находился груан! Пусть только один, и "чужой", но зато не жалко будет при отражении неожиданной атаки его использовать как основное оружие. Да и лишняя устрица нас делала значительно богаче во всех смыслах. Плюс ко всему наш азарт поиска усилился.
Наградой нам за интенсивность в поисках стало нахождение два раза по одному груану, которые мы отыскали на лбах у мёртвых байбьюков. Точнее говоря лоб, как таковой, на шаре не выделялся внешне никакой выпуклостью, скорей странными шестью, семью складками, и слишком уж твёрдой, непробиваемой кожей. Но как раз во второй складке снизу я и приметил желанное свечение. Первый раз мы бросились к находке сразу, слишком обрадовавшись, а во второй я поэкспериментировал с расстояниями. Получалось, что идеально и чётко вижу груан во лбу байбьюка с пятнадцати, двадцати метров. И несколько перенапрягаясь - с тридцати, максимум с тридцати пяти метров. Честно говоря, вначале я расстроился от таких скромных результатов, но потом немного подумал, прикинул отсутствие подобных способностей у других обитателей Дна, и понял, что я чуть ли не "держу бога за бороду". С моими возможностями я мог творить здесь удивительные вещи и без сомнения, долго здесь не задержусь. Как только станем вместе с Ксаной Светозарными, нам сразу откроется дорога наверх, в мир Набатной Любви.