Тот, кто любит

— Ты прав. Как всегда.

Он осторожно продолжал свой путь. И тут увидел, что хамелеонотнюдь не спит, а, заняв прочную позицию между ветвей и выпучивогромные водянистые глаза, спокойно и с интересом наблюдает за ним.Интересно, эта тварь что-нибудь соображает, задумался Стэн,чувствуя себя под этим взглядом не очень-то уютно.

— На тебя трудно сердиться, Гейл! — признался он.

— Вот и хорошо, — крикнула она ему в ответ. —Потому что мне невыносимо знать, что ты все еще имеешь на меня зуб.Особенно сейчас, когда я снова дома.

Он проверил на прочность следующую ветку, прежде чемпереместиться на нее.

— Кстати, надолго ли ты вернулась?

— Еще пока не знаю. Может, насовсем.

А может, и нет, подумал Стэн. Гейл, насколько он ее знал, всегдаказалась непоседой. В ней постоянно жила жажда приключений. Иотъезд с Роджером Шерлоу как раз и явился очередной ее попыткойоткрыть для себя большой мир, существовавший за пределами тихогоХартлпула.

Стэн посмотрел на чертового Пе-Пе, и тот ответил ему долгим,высокомерным взглядом. На спасателей так не смотрят.

— Что же заставило тебя изменить свое мнение о нашемгородке?

— Не что, а кто, — кивнула она в сторонублизнецов. — С этими людьми ты сегодня уже познакомился.

Гейл начала волноваться. Ветка, на которую залез Стэн,продолжала опасно раскачиваться. Воображение уже рисовало картину,как он, сорвавшись, кубарем катится вниз к ее ногам. Меланхоличныйлюбимец детей такого риска не стоил!

— Стэн, может, лучше спустишься. Я не хочу, чтобы ты из-заменя пострадал.

Слишком поздно, отметил про себя он, а вслух протянул:

— Спасать несчастных рептилий — часть моей работы, мэм.

Хамелеон умудрился пристроиться почти на конце довольно тонкойветки. Стэн потянулся было к нему, но почувствовал треск и метнулсяназад. Задержав дыхание, он проверил на прочность следующую ветвь,которая внешне была прочнее.

Гейл, в ужасе сцепив на груди руки, наблюдала за ним. Затемахнула, когда он оступился, и его нога не нашла опоры.

— Стэн, пожалуйста, будь осторожен!

— Я стараюсь, Гейл.

— Пе-Пе, Пе-Пе! — закричала Ли Энн. К ней тут жеприсоединился Риччи. И два голоса принялись звать любимца.

— Ну же, хвостатый, — уговаривал его Стэн,приближаясь. — Тебе ведь не хочется всю оставшуюся жизньпровести на дереве. Ты же благоразумное существо. Так что хватитвалять дурака. Пора спускаться.

Похоже, уговоры подействовали. Пе-Пе переместился чуть ближе и,словно поддразнивая помощника начальника полиции, стрельнул краснойлентой тонкого липкого языка. Пытаясь его достать, Стэн опятьоступился. Проглотив проклятие, готовое было сорваться с губ, онвовремя успел схватиться за верхнюю ветвь. Сердце забилось часто иглухо…

Гейл вскрикнула. Близнецы еще крепче прильнули к ней, непонимая, то ли это такая взрослая игра, то ли на самом деле что-тоне в порядке.

— Мама! — неуверенно позвала Ли Энн.

Женщина крепко прижала к себе детей, словно они были сейчас тойветвью, за которую ей надо было держаться, чтоб не упасть и неразбиться самой.

— Стэн, спускайся сейчас же! — Ее голоссорвался. — Плюнь ты на этого зверюгу. Я не хочу, чтобы тырисковал.

Но не в его характере было останавливаться на полпути. Молодойчеловек был упрям и сам себе порой удивлялся, понимая, что емуиногда не хватает здорового рационализма. Но зато, если уж он зачто-то брался, то непременно доводил до конца. Это касалось любогодела, в том числе и спасения кого бы то ни было.

— Успокойся. Не надо дергаться. Сейчас я его сниму.

Он старался смотреть прямо в глаза мистеру Пе-Пе, гипнотизируя,приказывая подчиниться и сидеть смирно в ожидании помощи.

— Господи, зачем я только затеяла все это! И почемуприслали именно тебя? У тебя, что в полиции разве нет настоящихдел?

— По всей видимости, нет.

Стэн оказался на уровне хамелеона. И они опять смотрели в глазадруг другу.

— Итак, Пе-Пе, здесь только ты и я. Предлагаю тебе сделку:ты позволишь мне взять тебя, а я обещаю, что не стану спускать стебя шкуру за все твои безобразия. Идет?

Одним резким движением Стэн рванулся вперед, и тут ветка срезким хрустом надломилась. Однако помощник полицейского умудрилсяподхватить ее. Дети внизу издали радостный возглас. Отстаиваясвободу, Пе-Пе испуганно шарахнулся, но с ветки не соскочил. Стэнначал спускаться, хватаясь правой рукой за ствол дерева, а левойудерживая трофей. На полпути, он вдруг скривился от боли,напоровшись на торчащий сучок.

Путешествие вниз, казалось, длилось вечность и былонебезопасным. Но вот, наконец, Стэн оказался на земле и положилветку с хамелеоном на траву. Близнецы с радостными крикамибросились к нему.

Спасатель стоял, чувствуя, что рука саднит, как будто по нейпровели теркой.

— Не трогайте Пе-Пе, — крикнула Гейл детям. — Ато он опять окажется на дереве. Завтра поедем в ветеринарный центр,узнаем, как быть с ним дальше. Может быть, мы не правильнообращаемся с нашим питомцем.

Она развернулась, чтобы поблагодарить Стэна, но слова замерли наязыке. Кожа на его руке была содрана от ладони до серединызапястья.

— О Боже, как ты поранился!

Да, но это ерунда в сравнении с теми ранами, что нанесла мне ты,подумал Стэн. Пожав плечами, он произнес:

— Бывало и хуже. Не волнуйся, ничего серьезного, до свадьбызаживет.

— Ничего серьезного? Пошли, это нужно промыть иобработать.

Единственное, о чем он мог думать в следующую секунду, это отом, что Гейл, подобрав с газона брошенную им фуражку, ведет его вдом. Ему совершенно не хотелось, чтобы она суетилась вокруг него,словно он беспомощный ребенок, хотя царапины жгли и саднили.Казалось, множество ос вонзили свои жала ему в руку.

— Подумаешь, ссадина…

— Ссадина! Да еще какая!.. Ты бы наверняка так и оставилее. Не спорь, иди со мной…

Стэн открыл было рот, чтобы возразить, но потом передумал. Гейлправа, самое большое, что он догадался бы сделать, это приложить кранкам мокрый платок, чтобы не испачкать форму.

Слегка пожав плечами, он позволил ей позаботиться о себе.

3

Отослав детей в комнату рядом с кухней, чтобы можно было следитьза ними, Гейл придвинула стул к раковине и, не желая слушатьникакие протесты, усадила на него Стэна.

Потом взяла его правую руку и нахмурилась, осматривая ссадину.Она была серьезней, чем показалось сначала. Ей понадобится марля ийод.

— Можешь остаться один на минутку? Или все же следуетпривязать тебя к стулу, чтобы не сбежал? — грозно спросилаГейл.

Вопрос вызвал непрошеные воспоминания. Последний раз, когдаСтэна связывали, зачинщиком этого безобразия являлась опять же этанесносная Гейл. Им тогда было по десять лет, и они играли в войну сего кузенами.

— Я не убегу, — пообещал Стэн, прерывая потоквоспоминаний. И пренебрежительно добавил, покосившись на руку: —Хотя ты, мне кажется, делаешь из мухи слона.

— Ничего себе из мухи слона, — бросила та, направляясьв ванную комнату.

Воображение уже рисовало ей чудовищные картины: Стэн могсорваться и разбиться.

— Позволь мне немного позаботиться о тебе, —улыбнулась она, возвращаясь и неся аптечку.

Сдавшись, помощник полицейского пожал плечами.

— Ну ладно, можешь вспомнить старые добрые времена ипоиграть в доктора.

Гейл высыпала содержимое аптечки на стол. Вооружившись ватой ийодом, подошла к Стэну.

Он подозрительно покосился на горку медикаментов, возникшую накухонном столе. Вообще-то ему никогда особенно не нравился йод.

— Я пошутил насчет доктора… Да у тебя тут достаточно всего,чтобы сделать операцию.

Гейл улыбнулась. Несмотря на то, что Стэн внешне выгляделдовольно-таки зрелым мужчиной, в душе он все еще остается тем жемальчишкой, каким был когда-то.

— Лучше быть во всеоружии, — призналась она, бросиввзгляд в соседнюю комнату, где близнецы увлеченно играли впридуманную ими самими игру: Ли Энн забралась на стол, подражаяПе-Пе, а Риччи храбро пытался ее спасти.