Тот, кто любит

Он допил шампанское и, поставив бокал, переспросил:

— Как это?

Женщина посмотрела на него, озорно улыбаясь.

— Вспомни, ведь мы заключили сделку: если я иду на свадьбу,ты со мной танцуешь.

Майлз, сидевший рядом, рассмеялся. Никто никогда не мог вытащитьего кузена на танцевальную площадку.

— Давай, Стэн. Ты же не сможешь нарушить данное дамеобещание?

— Да, дружище. А то мы немного заскучали. Повеселинас! — поддразнил его Кевин. Но в следующую же секунду сампочувствовал, как кто-то тянет его за руку. Джейн насмешливосмотрела на мужа.

— Я тоже хочу танцевать, мистер Сайзмур, — заявилаона. — Разрешите вас пригласить?

— И я засиделась. Хочу размяться, — сказала Кэролайн,глядя на Алекса.

А того, как известно, хлебом не корми, только дай потанцевать,особенно с хохотушкой Кэролайн. Но чтобы поддержать шутку, онпритворился, будто рассержен на Стэна.

— Видишь, что ты натворил? Доволен? — проворчалон.

— Ну-ка, Майлз Сайзмур, быстро поднимайся! —скомандовала Трейси и встала, выжидающе глядя на мужа.

— Да, мэм. — Начальник полиции ловко вскочил и,подхватив жену под руку, присоединился к танцующим.

Окруженный пустыми стульями, Бен накрыл ладонью рукусупруги.

— Ну что, Мелли, может, и мы тряхнем стариной?

Та игриво захлопала ресницами.

— Сколько тебе лет, а все туда же…

Когда уже вокруг никого не оказалось, Гейл повернулась кСтэну.

— Только мы остались. Я жду. Пожалуй, ему не отвертеться.Он поднялся и с легким поклоном пригласил ее, стараясь невспоминать о том, как в семье из-за его неумения танцевать, пронего частенько говаривали, мол, у парня две левые ноги.

— Сама же потом будешь жалеть.

Гейл положила свою ладонь в протянутую руку кавалера.

— Это угроза?

— Нет, просто предупреждение.

В медленном танце он обнял ее, сказав на ухо сквозь громкиевсхлипы саксофона и кларнета:

— Надо же, не танцевал с выпускного вечера.

Как же ей хочется все время быть вот так с ним рядом, и чтобы ондержал ее в своих руках, как сейчас. Эта мысль пришла ей в головувнезапно, как откровение.

— Я и не ожидаю от тебя замысловатых па, — приободрилаона Стэна, крепко прижавшись к нему при всех.

Ну и что, думала Гейл, в медленном танце так можно, егоспециально для этого и выдумали. Вон же все вокруг точно как и они,едва двигаются под музыку, обнимая друг друга. А вообще-то,кажется, она сильно влюблена в Стэнли Сайзмура. Интересно, что быон сказал, если б узнал об этом прямо сейчас?

— Ну и как у меня, получается? — спросил он, сквозьоглушающие звуки оркестра.

— Все хорошо, — ответила она. — Это не так уж исложно. Просто слушай мелодию.

Стэн, конечно, пытался следовать ее советам, но его сердцестучало как барабан, заглушая все остальные звуки. Впрочем, емубыло все равно, как он выглядит со стороны. Медведь и тот держалсябы, наверное, более грациозно. Но кому какое дело? Вот он обнимаетсейчас Гейл, они вместе, и это главное.

— Ты знаешь, я…

Не успел он договорить, как почувствовал легкое похлопывание поплечу. Кто-то рядом отчетливо произнес:

— Пора поменять партнеров.

Теперь, когда его хоть и с уговорами, но все же втащили в кругтанцующих, Стэн не собирался останавливаться и тем более выпускатьиз своих объятий Гейл.

— Не мешался бы ты тут, приятель, — вполне дружелюбносказал он, оборачиваясь.

И даже громкая музыка, кажется, как-то поутихла, когда он увиделпарня, стоявшего перед собой. Это был невесть откуда взявшийсяРоджер Шерлоу.

12

Гейл замерла в оцепенении. Ведь миссис Шерлоу не упоминала отом, что ее племянник приедет, чтоб присутствовать вместе со всемина свадьбе. Встреча с ним была нежелательна.

Утром она на всякий случай высматривала его среди гостей,которые чинно входили в призывно распахнутые по случаю венчаниятяжелые двери церкви и рассаживались на черных деревянных скамьях спрямыми спинками, в ожидании появления священника и шествиямолодоженов под торжественные, медленные звуки органа. И соблегчением вздохнула, не увидев его.

Потом, когда после венчания, все приехали в дом Шерлоу ирассаживались за праздничные столы, она еще раз обежала глазамиприсутствующих. Роджера, слава Богу, не было.

Гейл не собиралась позволять бывшему мужу вот так запростовторгаться в ее настоящую жизнь. Бросив на него жесткий взгляд, онаспросила:

— Откуда ты здесь взялся?

Роджер, как и прежде, послал ей очаровательную улыбку, словнонамекая, что готов снова поухаживать за ней.

— Я опоздал с вылетом. Самолет задержался. Глядя на Гейлзавораживающим взглядом, будто они одни в этом зале, Роджерпротянул руку и предложил:

— Ну же, потанцуем, как в старые добрые времена? — Иумоляюще добавил, упрашивая: — Послушай, неудобно, люди уженачинают коситься в нашу сторону.

Стэн выжидающе смотрел на Гейл. Он поступит так, как она скажет:либо позволит этому типу потанцевать с ней, либо вышвырнет егоотсюда, несмотря на то, что тот — двоюродный брат невесты.

Гейл чувствовала, что напряженная враждебность между двумямужчинами возрастает. Ей не хотелось устраивать сцены и уж темболее быть причиной потасовки.

— Все в порядке, Стэн, — сказала она спокойно. Отодного танца никто не пострадает.

Помощник полицейского не стал бы утверждать этот факт с такойуверенностью. Одна лишь мысль о том, что любимая женщина будеттанцевать с другим, причиняла ему боль. Но Гейл приняла решение,которое он должен уважать. К тому же, с какой стати ей думать о егочувствах? Планы, которые у него есть на ее счет, касаются покатолько его одного.

Кивнув, Стэн лишь огорченно вздохнул:

— Как скажешь.

И у нее вдруг защемило в груди, когда она увидела спинуудаляющегося друга.

— Боже, я почти забыл, какая ты красивая, — тихосказал Роджер, медленно двигаясь с ней в танце.

Гейл посмотрела на него. Неужели этот тип думает, что онарастает от его комплиментов?

— Ты многое забыл.

Уголки его губ приподнялись в улыбке, будто она произнесла нечтозабавное.

— Не злись. Тебе не идет роль обманутой жены.

— Ты прав, обманутая жена, это уже не я, — ответилаона. — Вспомни хорошенько, мы в разводе.

Гейл ощущала на себе взгляды танцующих. Жених и невеста, до сихпор находившиеся в центре всеобщего внимания, как бы отступилисейчас на задний план. Ведь появление на свадьбе Роджера и егообъяснение с бывшей супругой — тема весьма благодатная длятолкований и пересудов на следующие несколько недель.

— Я помню, — драматично сказал он с нужным оттенкомпечали в голосе. — В разводе я сам виноват.

Если бы ей не было известно, насколько лицемерна его улыбка ифальшив томный взгляд раскаявшегося грешника, она, возможно, икупилась бы, поверив в искренность произнесенных им слов. Но Гейлслишком хорошо знала Роджера, усвоила преподанный им горький урок.Он приехал посмотреть, как она живет без него. И то, что Гейлвыстояла и не поддалась отчаянью, уязвляло его гордость. Другогообъяснения признанию им собственной вины просто не могло быть. Иона откровенно сказала:

— Если ты рассчитывал, что я пожалею тебя после такогосамоуничижения, то зря. Разрушение семьи действительно дело твоихрук.

Роджер вздохнул так, словно его сердце разбито.

— Я не рассчитывал на твою жалость. А приехал, чтобыпопытаться загладить свою вину.

— А я думала, ты хотел поздравить свою кузину с законнымбраком, — съязвила она.

Роджер попытался прижать ее к себе.

— Не перескакивай на другую тему.

Гейл вскинула голову.

— Не прижимай меня, иначе я тебя стукну.

Он послушно ослабил кольцо рук, и они танцевали, не касаясь другдруга.

— Послушай, ну прости! Мои измены, это всего лишьнесерьезные увлечения. — Я приехал, чтобы умолять тебя датьмне еще один шанс. — В его вздохе промелькнуло легкоераздражение. Но кающееся выражение лица не исчезло.

Гейл понимала, его самолюбие не вынесло того, что она оказаласьс мужчиной, с которым к тому же выглядела вполне счастливой.