Тот, кто любит

Но со Стэнли?

Ошеломленная и сбитая с толку, Гейл запрокинула голову, чтобыпосмотреть на того, кто был сейчас так близко.

— Что это было? — выдавила она наконец.

Стэн не смог удержаться, чтобы не убрать выбившуюся прядь заухо.

— Ты же сама хотела, чтобы произошло что-нибудь из ряда вонвыходящее. — Он улыбнулся. — Ну как, отвлеклась?

— О, да! — Гейл все никак не могла поверить. Неужелиэто Стэнли держит ее в своих объятиях? Как такое моглополучиться? — Это все равно, что стрелять по мухе изпулемета.

Да, он целовал ее и раньше, но как друг. Ему еще никогда недоводилось целовать ее с такой страстью, будто хотел заставить еезабыть обо всем на свете.

Гейл попыталась сконцентрироваться, вернуться на землю. Онанадеялась, члены экзаменационной комиссии не будут задавать ейвопросы сложнее, чем «как вас зовут?», потому что сейчас она и натакой смогла бы ответить с большим трудом.

Но через какое-то время, когда ее мозги снова начнут работать,она серьезно обдумает, что за влечение существует между ними. Ведьдействительно что-то происходит, хотя еще пять минут назад она неотдавала себе в этом отчета.

Гейл сжала губы, сохраняя вкус поцелуя. На удачу. Затем за ееспиной послышался детский смех. Румянец залил щеки молодойженщины.

Она заставила себя вернуться в реальность.

— Ты уверен, что здесь все будет хорошо?

Дети гурьбой зашли в кухню. Стэн посмотрел на близнецов и своихплемянниц. Сейчас ему казалось, он сможет свернуть горы, а не то,что справиться с тринадцатью маленькими человечками.

— Уверен. — Он уже чувствовал себявоспитателем-профессионалом, а не дилетантом, каким пришел в первыйраз посидеть с Риччи и Ли Энн.

— Кроме того, Майлз пустил слух, где я сегодня. Насколько язнаю своих невесток, они найдут предлог, чтобы заглянуть сюда,узнать, как идут дела. По-моему, они уже очередь установили.

Гейл чувствовала, что Стэн оскорблен таким недоверием.

— Знаешь, на свете есть вещи пострашнее заботливойсемьи.

Стэн уловил тоскливые нотки в ее голосе и понял, что сейчас Гейлопять вспомнила свою мать. У нее никогда не было настоящей,полноценной семьи. Как и у него. Пока Сайзмуры не взяли мальчикапод свое крыло.

— Догадываюсь, — мягко сказал он, бросая взгляд начасы. — Тебе, пожалуй, уже пора, а то опоздаешь.

У Гейл снова засосало под ложечкой. Но благодаря Стэну ипоцелую, уже гораздо меньше, чем раньше. Она посмотрела надетей.

— Так, чтобы все слушались Стэна.

— Стэнли, мамочка, — поправила ее Ли Энн созначительным выражением лица.

— Да, Стэнли, — сдалась Гейл.

Она расцеловала ребят на прощание.

Уже подходя к двери, они услышали звонок. Стэн не удивился,когда увидел на пороге тетю Мелли с полной корзинкой в руке.Аромат, исходивший из плетеных недр, указывал на то, что тамнаходятся знаменитые шоколадные печенья Мелани Сайзмур. Те самые,которые значились в списке его любимых сладостей под номеромодин.

Стэн повернулся к Гейл.

— Ну, что я тебе говорил? Первая смена уже прибыла.

Мелани с деланным простодушием расцеловала Гейл.

— Ты о чем? Я приехала пожелать моей девочке «ни пуха, нипера». И заодно завезти вот это.

Миссис Сайзмур указала на корзинку и, с заговорщицким видомнаклоняясь к Гейл, произнесла, понизив голос:

— Безотказный способ заставить моих молодцов сделать все,что мне захочется.

Гейл обратила внимание, что миссис Сайзмур упомянула толькомужскую часть семейства.

— А Келли?

Мелани драматично закатила глаза к небу.

— Келли — совсем другая история. Настоящий капризныйбесенок, каких еще поискать. Если есть справедливость на свете, унее родится маленькая девочка, такая же, как она сама, которая дастей понять, почем фунт лиха. Вот тогда я умру с улыбкой нагубах.

Стэн снова взглянул на часы. Гейл уже действительно пора, еслиона не хочет неприятностей.

— Иди же, иди, — стал подгонять он ее.

Гейл сжала его руку, произнесла одними губами «спасибо» ипобежала к машине.

Он проводил ее взглядом, потом закрыл дверь и вошел в гостиную,где дети уже окружили тетю Мелли плотным кольцом, как цыплятакурицу. Он поднял бровь.

— Ну раз уж я все равно пришла, — начала она такимголосом, что становилось понятно: в ближайшем будущем гостьяуходить не собирается, — то, пожалуй, не откажу себе вудовольствии немного поиграть со своими внучками и ихдрузьями. — Ее взгляд остановился на племяннике. — Если,конечно, ты не возражаешь.

Стэн смиренно возвел руки к небу, в душе радуясь, что тетя здесьс ними.

— Нисколько.

— Хорошо. — Мелани вручила ему корзинку.

— Только один вопрос, тетя.

— Да?

Стэн поставил корзинку наверх, где она до обеда была недосягаемадля маленьких, тянущихся за ней ручек.

— Когда следующая смена?

— Следующая смена? Что ты имеешь в виду? — МеланиСайзмур была сама невинность. Стэн, не отрываясь, смотрел на хитруюстарушку, и она наконец-то не выдержала и рассмеялась. —Примерно через час.

Оказывается, Кэролайн обещала подъехать и взять ребят в Паркразвлечений, где сегодня детей катают на пони. В молодости Мелани иБен тоже подрабатывали на аттракционах в парках, катая детей налошадях со своей фермы.

— Я всегда говорила Бену, что ты смекалистый. Тебя такпросто не проведешь.

Ей удавалось незаметно делать Стэну комплименты, и, такимобразом, постепенно свести на нет все те нелицеприятныевысказывания, которые мальчику в свое время довелось услышать всвой адрес от собственных родителей. Он до сих пор благодарил Богаза то, что Мелани Сайзмур существует на свете.

— Ты еще не забыла, как играть в «Путешествие на луну»?

Упоминание об этом развлечении перенесло ее в те годы, когда еесобственные дети еще были маленькими. Она притворилась, чтооскорблена:

— Эй, да перед тобой самый опытный путешественник, глававсей экспедиции. — В углу она заметила множество яркихкоробок. Некоторые из названий ей оказались знакомы. — Я и вдругих играх тоже профессионал, — гордо заявила она.

— Не сомневаюсь, — улыбнулся Стэн. Тринадцать пармаленьких глаз с обожанием посмотрели на старушку.

— Неси все сюда.

Он все же выбрал из стопки «Путешествие на луну», разложил картуна журнальном столике. Затем мысленно поблагодарил Майлза за то,что кузен все рассказал семье. И даже испытал гордость оттого, чтотак много людей заботятся о Гейл. Было приятно, что тетя и дядя,так же, как и кузены, приняли Гейл с распростертыми объятиями.

Единственно, чего ему теперь не хватало для полногосчастья, — чтобы сама Гейл приняла его в свою жизнь. И не какдруга, а как мужчину, который ее любит.

Стэн раскладывал на столе игру, карточки и фишки. Ребята всевремя порывались ему помочь. Тетя Мелли, откинувшись в кресле,зачарованно наблюдала за действом.

Нет смысла обманывать себя. Он знал, что любит Гейл больше всегона свете. Всегда любил, и будет любить, неважно, какие между нимимогут возникнуть разногласия.

Даже если раньше у него еще и оставались какие-то сомнения, топоследний поцелуй развеял их словно дым.

Мелани не удержалась и присоединилась к компании.

— Выше нос, — подбодрила она племянника, складываякарточки в аккуратную стопку. — Все будет хорошо.

Естественно, Стэн решил, что тетя имеет в виду экзамен.

— Да, у нее все кончится благополучно. Она получитлицензию.

— И это тоже, — согласилась Мелани.

Стэн взглянул на тетю. То ли ему показалось, то ли она и правдаподмигнула. Но в следующую же секунду пожилая леди вновь занималаськарточками и фишками. Дети окружили столик плотным кольцом ивыжидающе смотрели на своего кумира.

9

Стэн в кухне наполнял тринадцать стаканов апельсиновым соком длядетей, которые по их выражению «просто умирали от жажды», тщательноследя за тем, чтобы в них соку было поровну. И вдруг услышал, каквходная дверь открылась и закрылась.

Ли Энн повернула голову в сторону прихожей, ее жиденькиехвостики заплясали.