Тот, кто любит

Так что не одними только обещаниями настоящей жизни за пределамизахолустного Хартлпула взял ее Роджер Шерлоу. Это был мужчина,способный пробудить страсть, за ним она и пошла. А милый юныйСтэнли остался в прошлом. Видимо, у каждого было свое место.

Стэн быстро простился и поспешил к машине, не поддался искушениюостаться рядом с женщиной, которую любил. Он сел в «лендровер»,захлопнув дверцу, запустил двигатель и вскоре уже катил поМаркет-роуд в сторону полицейского участка. Ощущение сегодняшнейГейл потрясло его, вкус поцелуя все еще оставался у него нагубах.

Услышав стук входной двери, Майлз поднял голову и посмотрел начасы, мирно тикавшие на стене.

— Я уже хотел было объявить тебя в розыск. Ну как, тысправился?

Он осекся, увидев кузена. Тот держал в руках мокрую форменнуюрубашку. А в той, что была на нем, вероятно, никогда еще непоявлялись на службе офицеры английской полиции. Кивнув назабинтованную правую руку своего помощника, примирительносказал:

— Понятно, на дереве вместо хамелеона оказался тигр. Ну а срубашкой что?

— Она была в крови, — ответил Стэн, развешивая ее дляпросушки на спинке стула, и добавил — Гейл объяснила, что пятнаостанутся, если их сразу не застирать.

— А все же, почему кровь?

— Потому что лазанье по сучковатым деревьям и потягиваниегрога у камина не одно и то же.

— А Гейл, значит, тебя спасла и забинтовала рану!

Стэн кивнул. А Майлз нахмурился, зная, что его помощник нелюбит, когда вокруг него суетятся по пустякам. Стало быть,поранился серьезно.

— Как ты себя чувствуешь? Может, нужно показаться докторуДженкинзу, сделать прививку от столбняка?

Стэн опустился в кресло за своим столом и внезапно понял, какустал. До него дошло, что он даже не обедал. Может, ему надопоесть, тогда все уляжется и можно будет спокойно обдуматьсегодняшние события?

— Только не надо делать из мухи слона. Это всего лишьссадина. Чертова рептилия никак не хотела спускаться. Гейл говорит,что хамелеон оказался у них случайно. Они толком не знают, как сним обращаться. Если честно, этот прохиндей не вызвал у меняжелания прижать его к сердцу. Но Гейл всегда кого-нибудь подбирала:то вывалившихся из гнезда птенцов, то котят…

Майлз заметил, как загорелись глаза его кузена, когда тотзаговорил о своей неверной подружке.

— Ну и как она?

Стэн сделал вид, будто не заметил самодовольный взгляд Майлза.Наверняка вообразил себя проницательным служащим брачногоагентства, когда отправлял его на этот вызов. Так что обойдется безподробностей.

— Ты знаешь, как. Сам же мне все рассказал о ней.

— Я-то видел ее лишь мельком, — призналсяМайлз. — Она похорошела.

— Да, — согласился Стэн. — Стала еще красивей. Новсе такая же упрямая и своевольная.

Тут он вспомнил об обещании, данном Гейл. Ну что ж, вот егомаленькая месть Майлзу.

— Кстати, я сказал, что ты будешь рад ей помочь.

Тот непонимающе и устало посмотрел на своего помощника.

— В чем?

— Ее мебель привезут в конце недели. Нужны крепкие ребята,чтобы обставить новый дом.

— Новый дом? Я думал, она с детьми будет жить у мистераЛапойнта.

— Да, но только до конца недели. Гейл всегда была гордой.Независимость много значит для нее. Поэтому она и задумала открытьдетский сад.

Стэн прикинул, кому можно было бы предложить воспользоватьсяуслугами этого нового заведения. Например, в одном только кланеСайзмуров полно детей в возрасте до шести лет.

— Старина, кажется, твоей маленькой Вэнди уже пораприобретать навыки социального общения, не так ли?

— Ей всего три года, — напомнил Майлз. — И,кстати, если ты забыл, у нее полно кузенов и кузин, так что онаприобретает эти навыки прямо в семье Сайзмуров, тут как раз нетпроблем.

Стэн не слушал собеседника. В его голове уже зрел план, какпомочь Гейл.

— Наверняка кузины Трейси, Кэролайн и Джейн захотят, чтобыза их детьми присматривал кто-то, кому они доверяют.

— Уже клиентов присматриваешь? А пару часов назад ты дажеехать к ней не хотел.

Стэн не видел необходимости пускаться в объяснения.

— Просто главное в любом деле — это начать.

Майлз наконец-то решившись, спросил:

— Значит, вы помирились?

— Да мы, в общем-то, и не ссорились, — поправил егоСтэн. — Попросту говоря, так сложилось, что у Гейл в какой-томомент началась своя новая жизнь, у меня — своя. Мы ведь никогда недавали друг другу обещаний и не обменивались клятвами.

Майлз прекрасно понимал, что кузен говорит так, чтобы не ронятьсвое достоинство. Даже если ни единого клятвенного слова и не былопроизнесено, он давно и навсегда отдал Гейл свое сердце. Поэтомулишь ответил:

— Рад, что ты так здраво рассуждаешь.

— Так ты поговоришь с Трейси? — настаивал Стэн. —Насчет детского сада…

— Хорошо, я подкину ей такую заманчивую идейку, как толькотам все откроется, — уступил Майлз и, решив сменить тему,спросил: — Когда Гейл потребуется помощь?

— В субботу. Ей пришло в голову поселиться в доме ДоротиХорст…

— Да, ты уже говорил, — сухо кивнул Майлз, даваяпонять, что разговор о Гейл закончен и пора возвращаться кработе.

Стоп, надо следить за собой, решил Стэн. Сам себе навообразилневесть что. А ей требуется всего лишь дружеская поддержка. Значит,в субботу он просто поможет старому другу, и все. Надо признатьсясебе в том, что никаких романтических отношений и тем более никакойблизости между ним и Гейл быть не может. Если он будет постояннопомнить об этом, ему легко удастся избежать разгула фантазии,который случился сегодня. Необходимо знать свое место, тогда небудешь выглядеть смешно со стороны. И хорошо бы прямо сейчасзаняться делами, хватит с него переживаний.

Начал Стэн с того, что разобрал весь архивный хлам, хранившийсяв железном сейфе участка уже лет пятьдесят. Проверил картотеку,убрав из нее карточки тех преступников, которые давно отправилисьна праведный суд Всевышнего, освободив Хартлпул и его окрестностиот своего беспокойного присутствия. Просмотрел досье, где значилисьимена их более молодых последователей, упорно претендующих занятьвакантные места на нарах в окружной тюрьме графства.

Он прочитал сообщения, поступавшие в участок в течение всего дняиз округа и даже из столицы. В них сообщалось то о пропаже двухбутылок эля из кладовки местной пивоварни, то о безбилетномпассажире, снятом с утреннего лондонского экспресса, то обинспекционной комиссии чиновников из самого Скотланд-Ярда, котораяуполномочена посетить любой, даже самый маленький и отдаленныйполицейский участок Великобритании, чтоб выяснить, как служится,как живется сотрудникам…

Пусть выясняют, как мне тут служится, подумал Стэн, а уж со всемостальным я как-нибудь разберусь сам.

Ближе к вечеру он поехал на ферму к дяде, где во всю шла уборкасена. Рука его уже почти не беспокоила, и можно было поработатьфизически, позабыв хоть на время о предстоящей субботней встрече сГейл. Однако воспоминание о ее поцелуе, легком и нежном, неоставляло его.

Этой женщине нужна лишь моя забота и поддержка, а больше ничего,твердил он с обидой, как заклинание, отправляя при этом на вилахсразу по полстога с тракторного прицепа в огромный сенной сарай.Она всегда предпочитала только дружить со мной. А поцелуй ничего незначит…

— С кем ты тут разговариваешь, Стэнли? — спросиланеожиданно появившаяся возле сарая тетя Мелани. — Хватитвозиться с сеном, темнеет уже. Пошли в дом. Заночуешь у нас?

Несмотря на свои шестьдесят, тетя сохранила стройность фигуры игордую осанку.

— Она у меня красавица, — говаривал при случае дядяБен.

Он любил в шутку рассказывать, что женился на своей Меллиисключительно для того, чтобы дети получились красивыми. А она,отшучиваясь, отвечала, что вышла за него по той же причине.

Стэну приятна была компания этих добрых пожилых людей. Онивоспринимались им как две половины целого, соединенного любовью.Чета старших Сайзмуров давно являлась для него образцом семейногосчастья, им следовало подражать. С юных лет он был готов к этому,надеясь, что Гейл как раз и станет в дальнейшем его второйполовиной. И ее неожиданное замужество и отъезд навсегда, как емуказалось, перечеркнули эти планы.